Кончить малолетке во внутрь: В МЕНЯ!!!!!! — 52 ответов

Леонтьев научил девочек кончать как в «Голливуде»

Только над головами нашими не закат, как в любимой нами обоими книге, а глубокая ночь. И идет сплошной стеной снег, рассыпаясь удивительно крупными, как будто рукотворными снежинками. А ледяной ветер дует так, что через две минуты зуб уже не попадает на зуб. Оказывается, на высоких московских крышах дуют ветра какой-то нечеловеческой силы. Я — в длинной шубе, но, вмиг промерзнув, дрожу крупно, как цуцик, а мой визави — нараспашку, без верхней одежды и после недавней тяжелой простуды. И — поет. А я слушаю и думаю: «Господи! Это же немыслимо просто! У него же вся грудь голая! Он же заболеет уже сегодня ночью! Это все я виновата! И зачем я только хотела с ним на эту крышу?! Уж скорее бы допел!». И это был единственный раз, когда я мечтала, чтобы Валерий Леонтьев поскорее закончил бы свой номер. И вот наконец звучит заветное: «Спасибо! Снято! Все свободны!».

— Валерий Яковлевич, вы — первый, кто поет на морозе после болезни, да еще нараспашку, это какое-то творческое безумие, — сообщаю я ему банальную очевидность, а он кутается в кем-то заботливо подкинутый плед и не отвечает.

Наверное, потому что скулы свело от холода.

Но он правда — первый. Он — первый всегда и во всем. Первый, кто сломал советские шаблоны серости и скуки на сцене, и первый, кто привнес на эстрадные подмостки шоу голливудского масштаба. То есть оказался родоначальником российского шоу-бизнеса в высшем, творческом смысле этого слова. А еще возглавил мощно развернувшуюся в стране сексуальную революцию. И став однажды секс-символом, остался им навсегда. Вот и в нынешнем году интернет-пространство вдруг взорвала его песня «Кончайте, девочки», которая была записана, на минуточку, в 1995 году. Она бы и тогда порвала в клочья Всемирную паутину. Интернета просто еще не было — не изобрели. «Если бы секс был человеком, он выглядел бы именно так», — оценили Леонтьева представители нынешнего поколения.

— Валерий Яковлевич, какой смысл вы вкладывали в строчки «кончайте, девочки, кончайте, ох, кончайте» в 1995 году? И как эту песню вообще пропустили тогда на ТВ?

— Я вкладывал как раз то, что надо было девочкам, — смеется он, — а что касается худсоветов. .. За последние полвека в словосочетании «мальчик в клубе склеил модель» действительно поменялся смысл всех четырех слов, наверное, поэтому и пропустили тогда.

— Но вы-то всегда были «плохим мальчиком»?

— Я? — удивляет он. — Нет. Никогда не стремился быть «плохим», просто страстно хотел петь и еще — чтобы зрителям это ужасно нравилось.

— А им нравилось? Людям, выросшим в стране, где не было секса?

— Не всем, да. Поэтому меня многие так же категорически отвергают, как другие — любят.

— Вас это не угнетает?

— Неприятие? Нет. Это ведь также искренне, только со знаком минус.

— Вам не было страшно, у людей в головах еще марксизм-ленинизм, а вы: «Меня кладут они на жареный песок и в рот хотят…»

— Там дальше про сок.

— Я понимаю. Как вы решились?

— Да мы просто прикалывались, — говорит он, — весело было.

— Сегодня слабо такое спеть?

— Сегодня такого стало много, уже неинтересно.

— Что тогда нужно спеть сегодня, чтобы это стало «ах!»?

— «Ах!» — это в первую очередь отклонение от нормы, всегда в основе любого слома стереотипов должно лежать такое отклонение. Для шоу-бизнеса это очевидно.

— Когда-то вы первым вышли на сцену в юбке…

— Ну, это был килт — мужская, кожаная, длинная, очень красивая юбка. И шили мне ее специально для номера на песню «Гюльчатай».

— У вас в костюмах два настроения: или это смокинг, или то, что потом еще годами обсасывает пресса.

— Я бы сказал: это или сценический наряд, или то, что требуется согласно дресс-коду, я никогда не ошибаюсь в выборе костюма.

Фото: Ольга Пономарева.

— Изобретенную вами сетку, за которую по вам не прошелся только ленивый, весьма успешно с… скрала несколько лет назад Рианна, показалась так на премии CFDA — и ее никто за это не ругал. Вам не обидно?

— Нет.

— Мы не привыкли, что западные звезды что-то могут заимствовать из имиджа наших артистов, но вот вам удалось первому и, похоже, единственному сломать и этот стереотип.

— Ну, бывает, что и они что-то подсматривают. Я вообще к этому спокойно отношусь.

— Вы — первый, кто во время исполнения взмывал над сценой, первый, кто совершал прыжки и делал стойки на руках. Кто привнес в свои шоу потрясающие спецэффекты: стену настоящего дождя, рушащиеся мосты, дым, трассы, стальные конструкции. И невероятную игру света. Вы внедрили в мозги советского человека самый настоящий Голливуд.

— А в чем вопрос?

— Как вы думаете, сегодня шоу по-прежнему интересны публике или уже поднадоели и нынешним молодым артистам пора искать что-то другое?

— Шоу — это такой жанр, что все должно светиться, вертеться, удивлять и поражать, и это никому никогда не надоест, если в центре находится яркий артист, который всем этим владеет, крутит и зажигает.

— Когда есть яркий артист, то конечно, но нет ли здесь опасности, что с развитием технологий публике станет легче впаривать посредством шоу неярких артистов как образец абсолютного таланта?

— Публика — дура? Нет! Вот кого точно невозможно обмануть, так это публику.

— Тогда чем можно объяснить падение уровня эстрадных исполнителей? Уже давно нет молодых звезд вашего уровня в России или уровня Мадонны, Шер на Западе, почему все так упрощается, становится банальным: тексты, музыка, вокальные способности?

— Возможно, стали другие интересы у зрителей. Просто мир меняется в целом. Появляются другие ценности.

— Теперь всем правит хайп?

— И это тоже. Раньше надо было шокировать, увлекать, заинтересовать собой, а теперь можно и просто хайпануть — сорвать куш, оказаться в нужном месте в нужный час. Но на это тоже нужен свой талант.

— Говорят, вы не любите исполнять свои «золотые хиты», например «Дельтаплан», это правда?

— Нет. Но, как я это называю, «золотой нафталин» не мешает чем-то разбавлять, иначе будет слишком много блеска и мало сюрпризов.

— Ваш портрет до сих пор висит на всемирно известной студии А&M Records в Голливуде, которую в 1917 году основал Чарли Чаплин, где вы — первый из россиян — писали альбом, вы гордитесь этим фактом?

— Мне это приятно.

— Вас тяжело удивить новой песней, соблазнить что-то исполнить?

— Я слушаю и выбираю для исполнения песни уже 50 лет, меня действительно сложно удивить.

— Сколько текстов вы помните наизусть?

— За пределами возможностей человеческой памяти.

— Вы, наверное, ненавидите поэзию.

— Чтобы стихи меня «пробили», они должны быть по-настоящему гениальными.

— Мне очень нравятся ваши песни на стихи русских классиков. Вы обязательно должны в концерте петь «Свечу».

— Я подумаю об этом.

— Завтра?

— Когда-нибудь. ..

— К текстам песен у вас не такие суровые требования, как к стихам?

— Тексты тоже должны быть высокого уровня. И музыка. И аранжировка. И исполнение. Абсолютно все!

— А вот у меня есть уверенность, что вы из любого сора можете сделать конфету…

— «Когда вы знали, из какого сора…» Не знаю — не уверен.

— Как вы решаетесь взять песню в свой репертуар?

— Должно что-то дрогнуть в душе.

— Однажды вы читали мне наизусть сонеты Шекспира… А можно еще раз?

— Уже год, как я бросил пить… (Смеется.)

— Жаль…

— «Что делать, Фауст…»

— Вы верите, что поцелованы Богом?

— Мне бы хотелось, чтобы так думали зрители и, главное, чтобы у них для этого были все основания.

— Вы уже полвека на сцене и ваша слава пока, слава Богу, остается на пике. Это — не основание?

— Спасибо Господу, что дает мне силы! Спасибо людям за их любовь и отдачу!

— Вам какая публика больше нравится: та, наивная и восторженная, из вашей молодости, или сегодняшняя — порядком пресытившаяся, но все равно вами восхищающаяся?

— Мне нравится моя публика: тонкая, неравнодушная, дышащая со мной в унисон: такая была и, слава Богу, есть, и, надеюсь, еще будет.

Фото: Ольга Пономарева.

— А мне ваша сегодняшняя публика не нравится: слишком молодая, раскованная, юные женщины относятся к вам фривольно — обнимают, целуют. Я вот, например, ревную! И думаю, что не я одна. Это проблема, когда артист на сцене полвека и у него долгая смена зрительских поколений?

— Некоторая проблема в этом есть, но скорее не для артиста — я-то любую свою публику люблю, — а внутри аудитории. Но как-то приходится всех примирять, потому что у меня действительно сегодня просто гигантский разброс возрастного ценза: от малолетних детей до милейших бабушек. И да, много совсем молодых девушек, которые иногда решительно игнорируют мой собственный возраст. Но ты не переживай, и у них тоже вырастут дети.

— У вас 19 марта день рождения, вы мне скажете, как долго у ваших зрителей еще будет возможность кричать вам из зала в этот день: «Поздравляем!»?

— Не скажу.

— У моей коллеги двухлетняя дочка — ваша поклонница, у нее будет шанс вынести вам на сцену цветы в свои шестнадцать?

— Это как Бог даст.

— Вы религиозны, посещаете храм?

— Нет. Но если бы был религиозен, изучал бы первоисточник.

— Вы знаете, что за вас молятся ваши поклонники, заказывают службы «за здравие»?

— Да.

— Вы не против?

— Нет.

— Верите, что зачтется?

— Надеюсь.

— Чего вы боитесь?

— Ничего, я многое пережил, испытал, превозмог, переборол.

— Потери, разочарования?

— И это тоже.

— Не боитесь болезней? Коронавируса например.

— Нет. (Смеется.)

— Забвения?

— Не очень.

— Течения времени?

— Я бы не сказал, что с годами мы становимся счастливее.

Фото: Ольга Пономарева.

— Научите меня плохому! Композитор Лора Квинт говорила, что ее вы научили.

— Вот врать я не умею, — вздыхает он, — так что этому вряд ли научу.

Врать он, правда, не умеет. Если заболел, так и говорит об этом, если вдруг чувствует себя без сил — тоже не скрывает. А потом я читаю в Интернете всякие домыслы о его якобы уходе со сцены по состоянию здоровья. И расстраиваюсь — неправда же! А он — не читает, ну, соответственно, и не расстраивается. «И ты, — говорит, — не читай. Лучше Эрнеста Хемингуэя. Я вот так его люблю! «Старик и море»… — и выражение его глаз становится мечтательным. А мне не нравится, что он так уж любит Хэма, — тот фигура, конечно, сильная, и история его жизни потрясающе интересная, но уж больно грустный финал.

— Как вы думаете, почему он решился на такое?

— Наверное, просто очень устал, — пожимает плечами Леонтьев.

— А вы устаете?

— Да, но я люблю жизнь и достаточно быстро восстанавливаюсь.

— Как птица Феникс? Из пепла?

— Случалось, что и из пепла.

— Зимой вы делали операцию в области спины, но все равно работаете: концерты, записи.

— Не пугай людей! Операция — в прошлом. Иногда случается небольшая скованность в движениях, но не более того. Ситуация в пределах нормы, и все обязательно будет хорошо.

— Вы сегодня не побоялись бы сделать stage diving («ныряние» со сцены, когда артист прыгает в зал. — Авт.), как делали в молодости?

— Я ни на секунду не сомневаюсь, что и сегодня мне никто не даст упасть.

— Вы верите в предсказания?

— Отчасти!

— Какое было самое приятное в вашей жизни?

— Я очень долго буду молодым.

100 главных русских фильмов 1992–2013 — Журнал «Афиша»

«Хрусталев, машину!»

Алексей Герман, 1998

«Хрусталев, ма­шину!» — вязкое, хтоническое месиво из отражающихся друг в друге сцен, многократно умно­жающих паранои­дальное пространство картины, где беда приходит ниоткуда

Фотография: Киностудия «Ленфильм»

Накануне смерти Сталина генерал медицинской службы (Юрий Цурило) становится очередной жертвой «дела врачей». Бесконечно долго снимавшийся колоссальный фильм-кошмар, трудный для неподготовленного восприятия из-за диковинного киноязыка и отсутствия исторических сносок на полях. По легенде, западные журналисты сперва освистали фильм на каннской премьере, а потом подумали и извинились.

Светлана Кармалита

сценарист

— Герман говорил, что когда «Хрусталев, машину!» сначала не приняли в Каннах, он это воспринял очень болезненно. Почему ее не приняли?

— Они ничего не поняли. Существуют какие-то странные вещи, одну из которых я пережила сейчас в Венеции на показе «Мой друг Иван Лапшин». Эту картину очень часто показывают на Западе, и она считается одной из лучших. Но как можно воспринять эту картину отдельно от того, что происходило в то время в Советском Союзе? Ведь, как говорил Леша, для того чтобы зритель что-то взял в голову, ему надо это сказать три раза. Объяснить, что это 1935 год, убит Киров, началась «большая чистка», что все исторические персонажи, кроме Лапшина, которого забыли на Кавказе, будут расстреляны по нелепым обвинениям. И если эта картина воспринимается до сих пор как высокохудожественное произведение на Западе, то, значит, своими другими качествами, чисто художественными. Что же касается «Хрусталев, машину!», то там был ведь текст перед показом, который рассказывал о «деле врачей», о Берии, о репрессиях. Что-то прочитали и начали смотреть про жизнь семьи. А там было то, к чему Леша пришел на «Лапшине». Он говорил: «А теперь мы начинаем затаптывать сюжет». Он ненавидел голые сюжеты, когда все понятно. Он считал, что любая история должна быть погружена в те обстоятельства жизни, в которых она происходит. Поэтому история героя «Хрусталев, машину!» была погружена в то, как он жил дома, как работал, что происходило, что такое еврейские девочки, которые прячутся в шкафу, когда кто-то звонит в дверь. И не все объясняется в диалогах, как привыкли. Тем более картина многонаселена: начинаешь следить за этим, а внимание переключается совершенно на другого. Нет той ясности, которой требовало кино.

— Но в итоге отношение к картине западной критики изменилось.

— Она привлекла даже не тем, о чем она, а своим изобразительным рядом, густотой той жизни, в которую они вошли. А потом уже произошло какое-то понимание. То же и с «Трудно быть богом». Те, кого захватило течение жизни на экране, смогли досмотреть фильм, даже после того как наступил настоящий ужас после высадки «черного ордена». Да, описан ужасный мир будущего лет через 500, повешенные на улицах. А вот вчера у нас в Питере кого-то застрелили на улице. Да, существуют национальные всякие у нас дела, да, и у них там рыжие.

— Алексей Юрьевич считал необходим погружать в эту невыносимость? Он повторял вслед за последователями критического реализма: «Мы не врачи, мы боль».

— Он ведь никого никуда не погружал, он снимал картину о любви, «Трудно быть богом».

— А «Хрусталев, машину!»?

— А это совсем другое. В «Хрусталев, машину!» он рассказывал о себе, о своих папе, маме. Это его квартира, которая даже была восстановлена. Друг ­семьи, один известный писатель, пошел в 5 утра с удочкой рыбу ловить на Мойку и услышал по уличному репродуктору, что Юрию Павловичу Герману дали орден. А поскольку дом рядом, он помчался об этом сообщить и в 6 утра позвонил в квартиру. Открыла мама Татьяна Александровна, он закричал: «Юре дали орден!» — и схлопотал такую пощечину! За тот страх, который Лешина мама пережила, пока бежала в ночной рубашке открывать дверь. Были, конечно, веселые компании и смех, но и рабы веселятся в «Трудно быть богом», и, в общем, никакой такой удушающей обстановки в замке у Румата нет. Но «Хрусталев, машину!» очень сконцентрированная картина, это практически несколько дней, и эти несколько дней показывают, как герой думает, что сходит с ума и за ним следят. Произошла история в картине, которая была и в жизни. Вся семья Лешиных родителей эмигрировала разными путями. В 60-е годы объявились все: в Америке, в Швеции, в Австралии. У дяди Леши, который ушел через финскую границу, был друг, финский коммунист Линдеберг, и дядя попросил его узнать, жива ли сестра. Тот пришел к Германам домой, Юрий Павлович выбросил его с лестницы, и это вошло в картину.

Алексей Герман в «Хрусталев, маши­ну!» показал сцену медленной смерти Сталина, окруженного верными врачами (одного из которых сыграл писатель Дмитрий Пригов)

Фотография: Киностудия «Ленфильм»

— Ну персонажа после этого убили на улице.

— А это уже художественное. Леша ведь говорил, что это обстоятельства жизни моей семьи, а логический финал каждой из этих линий я завершаю сам. Ведь и Юрия Павловича не сажали.

— Почему Герман говорил, что «не зря мы создали интеллигентного героя, который не лезет наверх»?

— Может, потому что сам Юрий Палыч никогда не лез во власть, хотя и был известным писателем. И Леша не лез. Его уговаривали переехать в Москву и стать председателем Союза кинематографистов. Он ответил: «Ни в коем случае». А потом подумал и сказал мне: «Знаешь, они сейчас будут перезванивать, стой рядом со мной, держи меня за руку, я слабый, а они так кричат, вдруг я соглашусь». Поэтому я стояла рядом, и чем громче они кричали, тем сильнее я его щипала, чтобы он не согласился. Он обладал признаками человека добропорядочного, честного, не идущего на компромиссы, очень сильного, который всегда говорит, что он слабый.

— Он был непредсказуем на площадке?

— Он был предсказуем по тем признакам, когда мы могли понять, что происходит что-то не то. Достаточно часто это бывало, и бывало практически на всех картинах. Когда все отрепетировано, все готово, каждый знает свой маневр, актеры одеты, грим хороший, а Леша не снимает. И ничего с этим поделать нельзя, потому что заставить его снимать тоже невозможно. Пыталась я, когда мне казалось, что все, что он хотел, есть, и я говорила: «Но может, Лешечка, снимем, там посмотрим». А мне говорили: «Слушай, Света, оставь ты его в покое, он чего-то не знает». И когда в результате снимали, появлялось что-то, что не могло прийти в голову. Ну как могло прийти в голову, что в царстве-государстве «Трудно быть богом» донны и горожане высокопоставленные здороваются розами? Ну как это можно предположить? По-моему, никак. Он мыслил не словами, а картинками. Например, сцена, когда Леня первый раз идет по длинному коридору во дворце. Все было отрепетировано, а Леше не хватало чего-то именно в картинке. А в картинке ему не хватало именно белой розы. Когда готовились, всю картину рисовали художники. Ни один предмет в кадре не мог возникнуть, если он не был им подписан и утвержден.

— Герман говорил, что картина «требует постоянно коррекции» и режиссер проверяется по тому, насколько долго он может репетировать с актером, потому что у «режиссера есть возможность создавать миры, хотя это дело божье».

— Ну эти миры он не создавал по кусочкам, отдельно. Какие изменения произошли начиная с первой и заканчивая последней картиной? Что он сам про себя понимал? Например, первое, от чего он начал отказываться, это так называемая восьмерка, то есть чередование планов двух разговаривающих людей. Он смеялся: «Покажи его, покажи ее, покажи его — понятно, — влюбился». Первый раз он сознательно отказался от этого в монологе летчика в «Двадцати днях без войны». Он снимал только летчика и говорил, что того, что говорит летчик, абсолютно достаточно для того, чтобы не подстегивать сцену обратной точкой, которая нужна лишь для того, чтобы показать, понимает ли его собеседник. И чем дальше, тем больше он отказывался от сочетания крупных планов. Что же касается целостности картины, то рассказать о ней так же трудно, как для многих сейчас ее воспринять. Во-первых, он считал, что для того, чтобы актер снялся крупно, он должен это заслужить. Он должен быть внутренне готов к тому, что его крупный план даст не просто лицо, а более глубокую суть того, что происходит. Я помню крупный план Лени Ярмольника в разговоре с донном Ребе, который возглавлял охрану короны в «Трудно быть богом», когда Леша вдруг перевел разговор на другое. Румата в вязанке дров увидел испуганную мышь, которую мы не видим. И он сказал: «Там мышь. Ей тоже страшно». И таким образом он передал состояние своего собеседника, которому стало страшно. Но я абсолютно не убеждена, что он увидел там мышь. Это могла быть просто игра героя, чтобы привести донна Ребе в состояние еще большего страха.

Фотография: Киностудия «Ленфильм»

— Германа должно было раздражать постоянное сравнение «Трудно быть богом» с современностью?

— Он этого не переносил. А что, господа, а ваша инквизиция, а крестовые походы, а сожженные ведьмы, а английские работные дома? Этого разве не было? И это нам сейчас кажется чудовищным, и как можно было жить в этих обстоятельствах? Но ведь жили. Но вот когда пришли «черные», вот тут уже жить нельзя. Кажется. Хотя и здесь выживут. Я помню, как оператор Заболоцкий сказал: «Пошла зима, сейчас в брошенных деревнях начали замерзать старики».

— Герман считал своей главной задачей, как он говорил, «воспроизведение ощущения», в том числе запаха и звука.

— В том-то и дело. Поэтому и музыки нет в фильме. Леша говорил, что музыка в картине — это музыка кадра. И музыка звука жизни. При его многослойности звука, кадра и так далее я практически в каждом кадре могу объяснить, что в нем самое важное. Когда генерал приходит к влюбленной в него учительнице и говорит, что кофе пахнет, и она отвечает: «Это из бака». Почему? Потому что до этого она уронила в бак банку с кофе. Хоть мы этого и не видим. Там логическая связь по любой линии прослеживается — при таком количестве персонажей там за любым персонажем и линией можно проследить и рассказать, что было до и что было позже. Здесь же она уронила кофе в бак с бельем и обожглась, поэтому кофе действительно пахнет. Каждый такой момент оправдан. Мы однажды в гости поехали, и там были свежевымытые полы и запах керосина. И потом мы сидели с Лешей и думали, ну как это можно передать. Я думаю, он бы придумал. В «Трудно быть богом» с запахами все просто. (Смеется.)

— Как писались диалоги? Вот это в «Хрусталев, машину!» «язык в жопу загоню, на Луну отправлю». Это откуда берется?

— Это классические фразы, существовавшие в жизни, они из лагерной жизни, это фольклор. У нас нет отдельных диалогов. Мы сели писать с первого слова и поехали. Как прозу. Обычно я садилась за машинку и очень волновалась, ждала первых фраз. Они всегда принадлежали Леше. Например, в «Хрусталев, машину!» сценарий начинался с мультипликационной картины цветной — внутренности человека, кровь бежит, сосуды, сердце бьется и трепещет кусочек внутри сосуда, как листок на ветру осенью, и на этом фоне голос мужской, непонятно чей: «Надо бить палками». Потом этот кусочек отрывался и вместе с кровью отправлялся в путь, пока не происходила закупорка сосуда. Это был инсульт Сталина. А потом это просто не понадобилось. Картина жизни оказалась нам интереснее. Мы долго писали. История приобретала более законченный вид именно в силу изменения картинки в голове, потому что мы оба видели картинку. И мы все время об этом разговаривали. Вот в «Двадцати днях» у нас никак не получалась сцена, когда Никулин привез вещи в Ташкент. Мы никак не могли связать это со Сталинградом и гибелью героя с чудовищной фамилией Веснин. Сотни вариантов проговаривали, и наконец я придумала. В пудренице с зеркалом покажем фотографию Веснина — и так через нее все свяжется. И я рассказала это Леше и заплакала, мы стояли в метро. И Лешка сказал: «Замечательно!» И потом добавил: «Ну и дура ты!» Я с ужасом и стыдом это вспоминаю, хотя, казалось, это так трогательно. Но это прием сродни тому, который наша родственница называла «бить копытом по слезной железе». И так делать нельзя. Очень трудно найти слово, которое не имеет отношения ни к герою, ни к действию, но будет сказано так, что оно чем-то станет. В «Лапшине» в первой сцене, где день рождения Лапшина, когда разговаривают о разном, кто-то проходит и говорит «томаты-ароматы». У нас как пример это слово существовало. Что означает это сочетание слов? Такие слова мы искали, которые мы использовали из раза в раз. Целый список есть таких слов, которые вроде бы ни к селу ни к городу, но нужны. Или в «Трудно быть богом» что дает эта реплика? Мы не видим людей, которые это говорят, они на дальнем фоне под дождем: «А я звезд боюсь. Это грех?» А это просто атмосфера их жизни, как воспоминание о помидорах зимой. Томаты-ароматы.

— Американские критики после премьеры в Риме «Трудно быть богом» написали, что устарела картина. Хотя итальянцы так не считают вроде.

— Мы слишком разные. Притом что наша близкая родня в Америке нас звала переехать. В 1960-е годы дядя Леша, миллионер, предложил миллион долларов, это были огромные тогда просто деньги, чтобы мы переехали в Америку и сняли картину. Мы сидели тогда без работы совсем. Они говорили: снимай что хочешь. Но у них была одна настоятельная, но совершенно невозможная для Леши просьба: в картине не должно быть зла. Ну мы, конечно, не поехали.

— А об отъезде думали?

— Мы часами об этом разговаривали. У нас с Лешей совпали страхи, причем он боялся больше, всегда боялся 1937 года. Всегда говорил, что в нашей стране можно перевернуть в одну секунду все. Мы договорились, что если кого-то из нашего окружения арестуют, мы уезжаем. Нас все время звали в Америку, нам давали жилье, деньги. Но мы бы все равно никогда не уехали.

Фотография: Киностудия «Ленфильм»

— Почему из картины в картину идет усложнение формы?

— Потому что она его не устраивала. Эта работа, которая шла бесконечно у него в голове. Сначала отказ от крупных планов, от прямолинейного изложения сюжета. Это же надо чем-то заменять. Вот он и заменял изобразительно такой многослойной формой. Он считал, что «Проверка на дорогах» слишком прямолинейная картина, например, хоть граждански это очень хороший фильм. Но это кино. Крепкое, но кино. А дальше пошли поиски уже совсем другого. Это уже не совсем кино. Леша, например, считал, что звук в кино появился тогда, когда немое кино еще не исчерпало своих возможностей. Появление звука оборвало поиск изобразительного ряда, и начался новый период кино, звукового. Леша всегда очень внимательно следил, не мешает ли звук изображению. Ты начинаешь слушать важный диалог, но не видишь изображения его. Оно ускользает. То, о чем говорят, становится важнее того, что изображено на экране. Поэтому соотношение должно быть такое: или ты смотришь изображение замечательное, но не очень слушаешь звук, и звук ускользает — или наоборот. Например, когда он расставлял авторский текст. Ну кого мы только не пробовали! И на «Лапшине», и на «Трудно быть богом». Существует начало, пейзаж, и авторский голос говорит: «Каждый день мне снится один и тот же сон. Я не на Земле». И вся группа сидит и думает, что делать: мы либо не слушаем звук и смотрим изображение, либо мы смотрим изображение и пропускаем то, о чем говорят. И несколько месяцев мы искали голос. Была куча писателей и актеров, которые делали это замечательно, но голос уничтожал картинку — и наоборот. В итоге нашли актера, у которого та же манера, что и у озвучивавшего «Лапшина» и «Хрусталев, машину!»: когда и смотришь, и слышишь.

— Сравнения «Трудно быть богом» с Брейгелем и Босхом случайны?

— Да, это совпадения. Леша не изучал Босха и Брейгеля, не ходил по музеям, не очень хорошо разбирался в живописи. Никогда не было такого подхода: давай сделаем как у Брейгеля. Он питался в первую очередь книгами. Прозу отца очень любил и Трифонова. Очень хорошо разбирался в поэзии, очень любил Заболоцкого. И настолько это было ему близко, что если я видела, что он взял Заболоцкого или Бродского в руки, то, как только он выходил, я книжки мгновенно прятала, потому что это приводило его к тяжелой депрессии. Но он ни фильмы специально не смотрел чужие, ни музыку не слушал. Брал из себя. Ему совсем не нужна была чужая информация. Воспроизведение эпохи — другое. Когда мы готовились к съемкам, мы смотрели всю хронику времени, про которое собирались снимать. Леша очень здорово научился ее смотреть. Брали всю техническую хронику, например, о том, как кладут трубы на Невском. Потому что в кадр попадал реальный фон города в 1935 году, а не парадная хроника. Поэтому детские чистые полосатые маечки из журналов мод он сразу изгонял как навязанное.

— Он же очень жестким был на площадке?

— Со стороны посмотреть — еще каким. Я не знаю, кто еще так орал на съемках, как он. У меня есть записи репетиции. Господи, как он орал. Но он мог орать сколько угодно — не было ни одного случая, когда бы в группе считали, что он неправ.

— Гурченко же на него ужасно обижалась и возмущалась.

— Ну Гурченко пришла из абсолютно советского кино уже знаменитой актрисой, которая точно знала, что будет играть. И это абсолютно не соответствовало тому, что хотел Леша. Он ее предупредил: «Люся, у тебя есть выражение лица, которым ты пользуешься во всех кинокартинах, вот, пожалуйста, чтобы его ни разу не было». Но актер не может удержаться, и поэтому он снял первый ее кадр с 17 дублями и все без включенной камеры. И кто-то ей об этом рассказал. Естественно, она озверела. Он говорил: «Иду говорить ей гадости, скажу, как она плохо сегодня выглядит». Потому что когда она его начинала ненавидеть, а это было большую часть картины, она думала о том, как она его ненавидит, а не о том, что она актриса. Я была ассистенткой на площадке, и она через меня пыталась объяснить Леше, что он негодяй. Она устроила заговор и подключила добрейшего, интеллигентнейшего Никулина к этому. Они вызвали меня в свой «рафик», и Гурченко стала объяснять, что Леша совершенно невыносим, что он жесток, ударил милиционера, произносила монологи о добре и зле. Ну я объяснила, что милиционер отправился есть плов, когда солнце уходит, и сорвал съемку, а у нас комиссия сидит, ну не выдержал Леша и дал ему под зад. Не выдержал человек. Закончилось все очень большой дружбой, которая переросла в любовь.

— У Германа практически во всех фильмах присутствует так или иначе война.

— Это второй его страх после 1937 года. Мы думали о войне много. Война существует всегда. Не бывает утопий. Мы сидели в Красногорске и смотрели хронику, бегущего солдата: его убили — и оператор это снял. И Леша сказал: «Стоп, открутите обратно». Открутили. И солдат встал на пленке и побежал обратно. На наших глазах он стал живым. И мы работать дальше не могли. Война — это что-то такое, что может быть постижимо в каждой своей мелочи отдельно, но что это такое в целом, понять невозможно. И это все равно жизнь. Поэтому у него никогда не было желания снять картину о счастливых людях. Он мог снять счастливые минуты, но в трагических обстоятельствах. Он все время пытался с этим разобраться.

Интервью
  • Анастасия Принцева

%PDF-1.2 % 1 0 obj > stream ulmojonqqpqvolwvvtpmpqtsqmspzulprpwpqwsxuu{~xzszzxxzytxxwzyxwuz~{yyz|~w|x~sp{x{uxztwwttt{{rvut|{}|zr|~w|wvywvwxytvvwxxw}{|y}yzz~}~z~MKIMOPKMPONKKKNKIJJMMNLMLMMNNNNNMMMMKKQNLLLKLMJKMMMJJJJJNNNNNLQPOOOQOPKLKNMNNLLMNNNMLKLLLKKKKLLMOONNMNINNLMMKJOMLLPLMLPMLNOMJKNNNLOKKJKLNONLNPPPOTOORSRSRTTSSSTSQWRPQRQPOOPRTOSVSQQQQQSSSRRQSTTTUWVPV[QNKJHFMJGFFJLLKJJJIEHHMLJJKKKKNMJGHLKLLLJJIFIJHJKIHGGGGGKJIIGEGHJJJMKJKLNLKIJLIJJJIIIIGGGHIIHFIHFFGKIIEHIIJIGGIIIIKJJIJJIJJHFFJJKHJJHFGHIHHGHHHHHIGGFFHGGIIGGGLJHIJMJHJJJIIIJHLMMJJJJJGGGGHLLLJIGHLMMLROKIGFBCEEDGHEIIIIHEFFMJHIHHGFMJGEEJIJDJIIIJIIIHEEEEEDDCGGHGHHHGFFFFHIHHGGGFGHJHFHIIGFCFIFEEGGJHEDEFFGEEEIIGFEEFHHHIHGIHHGGFCDHFEGIJHHEFGIIIJJJJJJJJJJJJJGGGGFLJGGHKIGHHGGGGGGKHEGGGGGJJJJJKLOEGIKOLMLЃSHFEEFFGIFFEFFEEEFGFGGGGDBGEHKDFHFFEEEFEEEEEFHDEFFFGDFFGHJEGHIDEFFFEEEFDEHGFDBEEEEEEEFFFEEFFCAFEFHHFCAFFFEEEFFFGHHGEEEEEEIIEFEIGFFEEEEFFGFEEGHIGFHHFGHIHHIIIIIHIIIIIIJFGIIIIIHLKJIIIIIHHHHHHHGNMLIHKKH|NHGFEFFGHFFFFFFFFDDFDCHGEDGFEEFFGFFFFFFFFFFFFFFFFFFFDFFFGDIGGGFGFGGEHIIGEGGFGHFFFEEEFFFFFFEEEDFFFGFECBEEFFEEEFFFGGGGFFFFFEEFFEHFFFFFEDDEGGFFGHHGGHHGFDIHHIIIIIHIIHHIIIGHIIIIIHKJIIIIIIIIIIIIIHLJKJJHIHOGGEEEFEDEFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFFDBGFFFFFFFFEECGEFEHHHEDEGGGGEFFFFFFFEEEEEFFFFFEFFFFFFFECCCCDFFECEFFFFFFHGFFFFFEEFFFFFFFFDCCDEGGFFGGGGGGGGGGGGHIIIIGJIGGIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIHKGIKKJIMOGJGFFFEEFFFFFFFFFFFFFCCCEFFFFFFGDDFFFFFFFFFEDHGFDDFFFEEEFGGFFFEDEEFGHEFEDDFFFFFEEEEEFCCCCDEFFFFGFFEEEEEFFFEDCCCCDGFDFDEGFFGGGGFFFFFEEEDFFFHHCGFGGGGGGGGGHIJIJFGGHHHJIIIIGGIIIIIIJGIIIIIIIIIIIIHGIIGJMyOGJGGFFFFFFFFFFFFFFFFFCCCEFFEEFFGGGEEEFFFFFFFEHGFDDFEEEEEGGGGFFECEFEFHEEEDDFFFEFEEEFEFBCCCDEEEEFFFFFFFEEFFFFGHACCDGEDFDEGGGGGGGGEFFFEEEDFFGI?BFFGGGGGGGGGHHFGIGGGHHHIIIIIHHIIIIIIJGIIIIIIHHIHIHHGIHGJNyNGIFFFFFFFFFFFFFHFFFFFFFFFFFDBGFFGGDCBGFFFFFFFFFFFFEEEEEEEEEFFFDCEFFEFEFFFFFGIEFEEFEEFBCCEECCCCDGFFFFFBDFFFFFFBCCEECCBDEGGGGGGGGFFFFDCCDEFFFFFFFGGGGGGGHIGGGHIIHGHIIIIIJLIIIIIIIIIIIIIIIIGGIGKHIIIHGHPwLGHDFFGEFDGGGFFGGGGFFFFFFGGGEDFFEGHHEBGFFFFFFFFEDEFEEEFEEFEDDCFEDEFHEFFFFFEDDDFFEEEFFFBDEEEDDEDEEEGFEDCCDEECCBCEEDDCCBFFGGGGFEEEEEFFEEBCDEFFFFFFGGGGGFHHGGGGGGIHHIIIGGIIJIIIIIIHIIIIIIGGGHHIHJHIIIIJLLvJGFFFFGCFCHHGGGFFGHFFFFFFGHIGFFFEGHHEBGGFFFEFFFDBEFEEEEEEFFFDBGFEFGDCEFFFFEBFHFGFEFFFGBDFFFFFFGECDIFCBCCCFFCCCCGFDCCCBHGGGGGGGHFEFFFFFABBEFFFFFFGFFFGFJHGFFFFEIIIIIIFFJIIIJJIIIHIJIIIJFGGHIIIIIHIJIMKK|NFJIJJHHFFEEFGGMLNHFFFFFFGGEFFFGHGGGDCBBFFFHFFFFGFFEEEEFEFFFDCB[email protected]FEBBBBGFGFFFFFFFFGIIIHFIHGIIJIIIIIIIHHGFGIGFFDGIIHIIIIIFEHIIIIIIJHBIMNO|MEIIIIGGGFEFFGGHFHEFFFFFFGHFFEFGHHGCCCCEFFECEFDEFFFGFFFFFFFFDDEBACDDDFFFFFFFEFCDFIIFEDBCCCCCCCCEFDCEGFDDCCCBDBGFECCDDCGFFGEEEECFFDDCDGEFFFFFFFFFGHIJGFHHHHIIIIIIIHHIHHFGIGGGEGIIIIIIIIGHKJIIIIIIHEIMMN{MEIIIIGHHGCFFGGGGGGFFFFFFGHHGBFFGGGFDCDHFFFFFGBDFEEDEFFFFFFFCEJCBEFFDFFFFFEEEFEFFEEFFGBCCCCCCCCFECCFFFFDCCBCECHFDDDFEFFDFGCCDEEEFCBCEFFFFFFFFFFFGFFFEGGHIIIIIIIIIGGIIJFHIGGGGFIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIILLMvMGGGGHFFFFEEFGGGGEEFFEHGGHHHGEFEEFGFDCCEFDDFFGBDEEEEEBDCCEFFEEFDCEFFEFCDFFEEEFCDFCCCEGBCCEEEDCCDFEEFDCGFECCCDDEDDFFEEEFEFFECDFEFGCBCEFFFFFFFFFFEDDHFGIFGIIIIHJHIIGGGGGGGGEEGHHIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIILKNwHFGGGGEFFEFFGGGFGEEFFEHHHHHHGFFFFDCEDCCDFCCFFFCDFFFFEADCCEFFFEFFGFFFFEHGFEFEEEIHFDCCDFBCCDEFDCCDFFFFDCFFFDCCDDDDDFFEEEEEFFEDEFFFGDCCEEFFFFFEEEGFDEHJIIFHIIIIHJHIIGGGGGGGGHHGHIIIIIIIIIIIIIIHHIIIIIJLJMHEGGGGEFFCGHHHGCFFFFFEIGFGGGGHEFFFFDEFFFFEEFFFFFFFFFEADDFFFFFEHGGFFHGEIGFFEEEEMJEEFFDCCCCCCFEDDEFFFEEFFFFFFFFFCEGFFCBBCDFFFGFFHGFFEFICGEGHHGHHIHGGGIHGGHIIIIIIIIIIIIIIFHIIIIHFIIIIIIIIIIIIIHIIIIIKLLJIKGHGGGEFFEFGGFHDFHHHHGHFDFHIFGEFFFFHGFFGEFHFFFFFFFFFFDEEFFFFFEGFFFFGFEKFEEFFEHFECFGFDCCCCCFFEFCDDDDDEFCEFFFDFGCDEEDBCACCDEFDDCGFFDGFHFEDEJGHIJGGGHFGHHFGGHIIIIIHGHHGHHHHIIIGEEIFGHHIIIGHHIIJIIIIIJJLIH}MIHGGGEFFFFFEDIIDBBBBAIGFFFHIFEEFFFIGGFGDCGFFFFFGGGGGGFFFFFFFFEFFFFFFFGIDE[email protected]FEHJEGGIDEIJEGGIIIIIJHGGGGGGCGJIIGDHGDGGFIIIEFFHIIIIIIIHILIIzSJHEEEFFFFFFHJFFGHHHHHGGGIIIEBKHFFEABBFFFFFFFFFDBBBBBAFFFCCFFFFFFFFFFFFIDEFFCBFFGEEFFGBDFFDBEGCCCCCBDFFEBCDDCBBDFDDFFGDDDFGGFFFFFFFGGHCDDEDGGEMGGGGGHIIHGFGIGFFFGGGGGFJDFFECFFJIGFKIIIIIIIHFDGIIILLHIH}LJHFFFFFFFFDGHFGGGGGGGGHJHHHFDIGFFFEGGEEEEFFFFFECCCCCBFFFDDFFFFFFFFFFFFHEEFFDCFFGFEDEFCDEEEDEGDEDCCDEFDDCDDDCBDEDFGFFFCDDFGFEEDEFEEFFFEEDDDGGGGJGGGFHGIHGGGHHHFGGGHHGFHFHGGFGGHHHHIHHHJIIJIHFGIIIJKMLIzIKHFFFFFFFECEGGGGGGGGGGHIGGGGGGFFFFHIFFECEFFFFFECCCFDBFFFFFFFFFFFFFFFFFFFEEEEEEEEEECCEFEEEEEFGGFFCCFEFBCCCDDCBGFBDFFFFDDDFFDCBGFFCCDDCGFDDDGGGGGGGFEHFIIIGGGHIFGGHIIHGGHIIIIIIFHIJFGHIHIIKKIGFIIIIILLMrJHGFGGEFFFFEEIFGGGGGGFIHIIHGGGGFFGGFFFFFEFFFFFFECCCFFEFFFFEDGHEFFFFFFFFFFEEEEFBDFFFCBBFECCDFFFFDFDCCCCFEEFFDCBDDEEFFDBGFFEEHGGFFFEEEDCFHFFFGGGGGGGGFGGGGGGFEIIHHHIIIHFIHIIHGHIFHIIHHIIEGIKKIIHIIIIILJJoIHGGGHEFFFFFEIFGGGGGGFHHHHGFGGGFEGGEEEFEFFFFEEFECCDFFFFFFFEDHIEFFFFFFEFFFFEEFGBDFFFCBBFDCBCEEEEDFDCBCBGFFFFDCBIGEEEFDBHGGEDDDCFEFFFFDCFHGGGGGGGGGGGGGGGGGGFEIHHHIHHIHFIHHIHGHIGHIHHHHIGHHFGHHHIIIHIKJIyFJHGEJ[email protected]GFFEEEGHEEFFEBBCCBBBCBCCCCCEEBBBGFFDDDCBFECCCGFEGGGGGGDCCDFFFFFEGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFEICHHIGGIGGGGGHIIIIIIIGGGGFJHGDIGGFIIIGFHKIMFHHFGGFFFFGGHGGFFFFFFHGGEEFHGGGFDEIHGFEFEEGCBFFFFFFDFFFFFFFDBCFFFEDDAGFFFEDGHEFFFFECCCBABCCCCCDCDDBBCCDFEECDEGECCCCEFFFFFGGDDCDEEEFFFGGGEEEEDGGEFGGFDFFGHGFGEIHIIGGHDHGGGHHHIIHGGGGGFHGGFHGGFIIIHHIKK~KCHIJJHGFFFFDCBDFFFFFEEEFFFGHHHGFFFEGHDEFDDHCBGFFFFFCGFFFGGGDC?EFFFCBAFFEFEDFBFFFFGFBBBCECCCCDDDCDDCCCCDFFEBEGGECDDDFHEFFFFFBCCCCCDGGGGGGGGGEBHFBEGGDANJFHHGGFIGIKFEGAHGGGGGHIIHGGGGFFGGFGGFGFIIIIIJKK}[email protected]?CCDCDGFFGFFCBCEFFEEEEBDFEGDBCFGFFEBBCCCDDEHCBCBCCDFFFFGGGGGEDDCCFFFFFFGGGGHHGGGGGGGGGGGHGGJHGGGGFGJIHGGFJIHHIHGFGGGGGGHJEGGGGGHJFHIGGIHFJIIIIJHL{JFHGGHEFFFFFFFFFFFFGGGFFGGEDEEGGGFFFDFGFFFGIGHEFFFFFEACBACDGFFDEFDDCDFFEEEDCDDFFEDDFFFFEDCCBDEDDEFFDCCCCDEEEEEGGGDDDEDEEFFFFFGGGGGGGGGGGGGGGGGGGHHHHFHHHHIHHHHFGHHHGGFGGGGGGHIGGFHFGHGLJHFFIHGIIIIIJHLnJIHGHJEFFFFFFFFFEEFHHHHHHIEFFFFGHFFFFFFFFDDGFFFFFFFFDCCCCCDGFFBDFEEEEEFEFCCCCBFFFFFFFFFFFDCBEGCDDFGFDCCCCCCCCCHGGDDHHEDEGFFFFGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGHHHIIIHGHIIIIGGGHHGGGGGGGGIHHHHIHDGGFIHGIIIII[email protected]FDDDGDCEEEEFGFEEEEEEEEEFECEFFDCFFFDDCEGCDDDEFDCCDEDCCDDGGGFFGGGCHGFFFFGDEGGGGGGGGGGGGGGGGHIIHIIFGGHIIHGGHHIIHGGGGHGGGGHHIIGFGGGFFGIIIIIIIIIIJHMxPKIGHEFFFFFFFEIEFGGHFEGFFGHHGEFFFCCFFFFFFGHGFFFFFEEFFFEIEDDFDAFEEEFGFFEEEEEFFFFDBEFEDBFFEDDDEGCDDDDEDDCDFGHGHIFGFGGGGHCIGFFEFGDEGGGGGGGGGGGGGGGHIIIIIIFGGHIIHGGHIIIIHGGHHGGGHHHHHGGGGGGGGHIHIIIIIIJJINṁ[email protected]BEEEEFBBCCCFFFFGDEECCBDDDDDDDDDDDDDDFGEFFGGGGGGFFFFGGGCHIFECCCGGGGGIHGGGGGGGGGGHIIIIIIIIIIIIIIFGIIIIHFIHGGGGHJFGGHHGGFJIIIHGHIIIIKKJLM|IKGFFFFFFGHHGFIIIGGHGFIIIIFGGDFHFGIFFFFFFFFFFGEFFGGEEFCCDFDCDDBBCEEEDDBCCCCDDGEGGEFDCBGFFDDDDDDDDDDDDFDDDEEEFGEGFDDEFGEGGFFEEEGGGGGHGGGGGGGEEDGGHHHIIIIIIHHIIIHHIHHGGFHHHGGGGHGGGHGGHHGHIIHGHIIIIJJJKK|[email protected]@CACEEFCBBBBCCCBHEFFFEFDAHGGECCDCCDDDEECDBCCDDDFI>FGCDDFGGGGFFEFFFFFGGGGGGGGFECDBHGGGGIIIIIIGGIIIIIIGFGGFGHJGGGGGFFGGGGHJEGIIHGHIIIIIIIMP鿁[email protected]DFGFFFGGFDCCFHCDCFGFDBHGGCCFGIDDBBBDDDBCCDDDFHABBEAGFEEEEFFIIIJIJGFEEEGGGIJIFHGGGGGGGGGGGGGIIIEGIIIGDIFGFGGGGFJHGGGGGEJHFHHGHIIIIIILMP꼁LHGFFEEEEFFFFGGGGGGHHHFGGFFFFGGFEEFGGFCGHGDFFFFFEEEDDCGFFGFDBAADDEEEEDFFFCCCDFCDDEFFDAHFFCDFDDABCCCDDDBCDEEDEFCDDBEEDDFEEFFGHHHHHGGFFFFFFGHJJGHGGGGHGGGGHGHHHIGHHIIHIDGGGGGHHGIHHGGHGFHHGHHGHIIIIHJKMP潀HIGGFEEEFFFFFGGGGGGGGGGGGFFFFEEEEEFHIFGGHEFFFFFFEEFHFEGGGGGDBBBCDDDCCBFFFCCCCDDDDDDFDAHFDCDGCCCCCCCDDDBDEGFDDCGGFFECCBFEEFFFFGGGGGGFFFCDDFGIHFIHGGGHFFFFHIHGHIIHGEEEFGGHIGGIIIIIIGGIHGGGIIIIIIIIIGKJMP|[email protected]CCCCEEEDACCCCCDDDDBBCCCDCCCCDCCCCCCCCCCBCCDDDDCGGFEDDDCFFFFFFFFFEDDEGGGFFFGGGFFGFFFFFGHEFFFGHHHFFGFFFGHHIIEHGGGIIIHHIHGGGGI[email protected]CD?HFFDBBDBBCCCDFEEDACCCCDDDDDFEDCCCCCCCCCCCCCCCBCBBBBDDDDCHGGDDCDDFFFFFEEEFEEDEGGFFGGGGGFFFFEEEFGIEFFFFHHHEFGGGGHIIIIEIGGFIHHHHHHGGGGHIIIIIIIIJKMPxLGGFFFFGDCGFECHFDFFFFFFFFFFGCBFGDEFFFGBDFFFFDBFFEFEHDAHFGFEBCCBCCEFFDBFEECCCCDDDDFGFFGBCCCCCCCCCCCCBBBBCBCDDDCHGGDDCEGEFFFECCBGFGGGIFDDEGGGGFFFFFEEFGIEFFFFHGFFGIGGIIIIIIIHGGGGGGGGGHIIHGHIIIIIHILLJMP{JHGFGHEFEEGFFEIGEFFFFFFEDDDDDDFFEDDDEFEEEEGECBGFFDGEEDFFGFDCCBBBABEFCCFEDBBCCCCCCEFFFFBCCCCCDEBCDCCBBCCBCEECEEEFHEEFEDCDFFECCBEDFFGGFEEEDFFFFFFGEGHHGHDHIGGHHHHHHGGHHHIHGHHHHHHGGGFEFGIHGHHHHHKJKLKHJP~HHFGHKDEEFFFFFJHFFFFFGFDBCCBDFEFEBBCEFGFDDHGCBFFFFFCEFEFGHCCBBBDEAEGBEFEBDDCCCBCBEEEEFBCCCCCDHCEGDCCBCBCCEEBEFGFDEFFFGACEFFBBAEBFGGGFFFFGGFFGGGHECDIHGCHFGGIIIIIIHHHHHJHGGGIIIIHFGGHGEIHFHHFHHMMLLLGHQsNJIGFFEEEFFFFGFFGFFFCAGFGDEGFEK[email protected][email protected]FEGHHFDFFGGGFHIIIJGGIIIIIIIIJII[email protected][email protected]FEECEGFFDCCCCDDFFGEDFFGGGGGGHFEGGGGGHHHFGFHHHFEFGGGGGHIIHHGHIIIIIIIIIIIIIIIIGILvJGGIHFHHHEDDFGGGGGGFCBGFFHIIHGEDCCBBDEGGGGGGGHCDDDDFFFBBCCCCCCCCCCCBBCCCCEECCCCDEEFFDCCCCEECEGBCCCCCCCCCCEECCDDDEEFFFFEEFFFFFFFECCCCCBGFFFFFFGGHIGGGGGGGGGGGGGGGGEFIFCIKGGGGHIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIIHGIOvJGGGGGFEDEEDEDGFDFGFEEFECEIGGGEBCBCBCGGGGGGGFEDDDDDFGDBCEEEEDCCCCCCBBCCCCCDEDCCDGFEFEDGCCEECEFFDCCCEDCCDEFECCCGECEFFGCFEEFFGFFCCCEEEFFGDFFFGGGGGGGGGJGFGGGGGGGGGHGGIHCHHGGGGHIIIIJGIIIIIIIIIIIGJIIIGIOxJGGGGGFECEFIGCHFDFGFFFFDCEHGFGECCCCCCGFGGGGGEDDDDDDFGDCDFEEECCCCCCCCCCCCCCDFDDCEGFEFFEHCCEECDFFDCCCFDCCDFFECCCHECEFFGCFEEFFHGGBCCEFFFGGCFFFHGFGGGGGGIGGGGGGGGGGGHGGIHDHGGGGGHHIIIJGIIIIIIIIIIIGJIHIHIPzKJJIHIFHIHHGHDHGGGGFFFDCFGGHEGGFDDDFCGEFFFFFEDDDDDDCCCCDFDCCAEBDECCCEFFDCEFFGGCEGFFGHEHCCCCCCGGCCCCFDCCDFFFFCDFFFGHGGHEFFGGGGHCCDGGFFFFDFHHHFCHGGHHFCFIHGGGGGGGGGHIIHFIHGGGGGFJIIJGIJLHIIIIIIIIIIGKLIM}[email protected]HDCEEFFEEDDDFGEEEFFFHCGEEEDCDFDCCCCDCCCCDFECCDCDEFFFFGEFFGGGGHCCDHEFEDDCDFGHFEGGGGGGDGGFGGGHGGGFHLKIHFHFEFGGGFJIIHGIJLJIIIIIHFKJJJLLLRzQOHIGFJJEFGFGHGFFGGFFFFFFGGIHG[email protected]CBBCCCCCCCCEFHDBBCEEEEEFFFFGGGGHCDDCIFCBBBBEFHGFFFGGGHGMEEGGGIGFGFJKJIGFGFCFGGGFJHIFGIGGGECHIIJKMJFKMLKQ}KEGFGGFFGGGJFCGHIGFCFGGGGGGFGGGEBBCFFFCEHGGDDBGFDDCBBCEBJJGDEFGECCCFHBIHHFACEGGGGGFFFFFFFCCGECCDGDCCCCCCCEFEFGGFEEEEFEHCFFGGGHCDDGFFFGGGGGGFHJIHGDIFIKFGGGGIIJFGFFGIIKCEGGGGDHIIJKJIIIJJJIIIHHHJMIHKMM|LGGHGFFHGGGIHIFGHFEDEEGGFGGGGGGFDCCFFFEFGGFEDCHFDDDCCBDEFGFEFFDDCCCDHHGGGFCCEGDDEFGFFFFFDCCFEDDEFCCDDBCCDEFFFFFFEHHFEEFEEGGGFGDEEGFFFFDFFJIGHHJGGEHGGGHGGGHIIHGHHGHIIJHHGHHGFHIIJJJIHHIIIHHIIIIIJIIILOuNHGIHEEIGGGIHGGGGDDDDCGGFGGGGGGFFCCFFEGGGGGGECGFDDDCEGCEGGGGGFBCCCCBDFEEEFECEGDFGGGFFFFFBBCFFFFFFCCFEADDFFFFFFFFEGGEEFBGEGGHEGGGGGGFFGBGHIIIIIHIGGGIIIIHGHIIJGIIIIIIKLHIIIIIIIIIJJJIGFIIIGGIIIIIIIHGJPlLIHHGFFGGGGIHGGGGFFDDCGGGGGGFFFFFEEFFEGFDDEGFGDDDDDEFGDDDFFB>CCDEBEFFFFFFFFEFEHGFDDFFEGFDDDGGFFECCCFFEEFGDCCEFFEEFFGFFEFEGGGFGGGGGGFFGEFFGHHEKGIGHHHIFKJHIIIIHIJHHIIIIIIHHHGHIIIIHHGGFKIHHHIIIIIIIIIGQoKIGDFGGGGGGHGGGGGGFDDDGGFGGGFFEEFFFFFEGEDDDFFGCDEEEFFEDDDFGF?BCDFBEFFGFFFFFFEECDEDCFFEGFDDEFFELBCCCFFFFGHDCCEFFCBDFGFFEEEFFFFGGGGGGGFGFFFGGGEJHHGHHHIGFGHHHIIIHGJJIIIIHGDDEGHHIIIFFHHFJIHIIIIIIHIIJJJUvLKEDFGGGGGGGGGGGGGGGGGGFDFGGFGBDFFFFDBDDDDDDDDDDHGGGDBDDDFFDBEBDFFFFFFGFCEFFDBFDCGCFFEGFDFFDCEGFFCCFFFFFFFFFFFFFEFFFFFEEEDDDFGGGGGGGEFHHHIHGHIIJHFGIGGGGGGGGHIFGGHIIIJFFFGGGGFIIIHIJIIJKIHILJIIHILLLKQ~OKGFDEDFGGGGGGGGGGGGGGGFEGGGFGBDFFFFEEDDDDDFEDDDHGFCCBDDDFFDDEDDDDDEFGGFDDEECCDCCFDCDDEEDFFDCDEEDDEFFFDDDEFFFFCDDECFFFFFFFFFFGGGGGGHFFHGGGGGGHEGGGHHFDIHHGFDGIFGHHIIHGHHIGGHHHIIIJJIJKKKJIIJIIIIKJJILPxPKHGF_[email protected]HFDDDECCCBBFGHFBDDDGGDDDDCCFGGGGBCFFFFFFBCBDAFFFGFFGGGGGGGGFGJHFIGFGGGGHBEGIIFGGIIJGGHHIEGIIIIJKIIJGGIIIIIIIIIIIJJJIHIIIHJLJIGKP{[email protected][email protected]GHHFGGEFFGGGGGHGGFGIIIIHFGGIIIIHFHIIHIEFFIIFH[email protected]HFECGEEECCCEEDDBCDCDDFCFCEFDFDBDBCDGHEDCCDDCCECDEEEDEDDCCCCCCCCCADDCCCDEBCFGEEFGBDFFFEEEGGGEEGGGEFFGHGGGHGGGGHHHIHGGGHHIIHFHIIIIFFHIHGHIIIIIIIIIIIJHGHHHKIIIIHLMxNLHIHGGGGGGGGGGGGEDDFGGFDBFGFEEFFCBCCBGDCADCCCCCCCCCBCCCCDDDCBGFFBECBBDDDFFDCCCCCCCDDCHGGCEDCCCCCCCCCCCCCCCCCCCDFGCDFHCEGFECCBGFGDDGGGEFGIHGGFIHGGGGGFIHGGGIIIIIIIIIIIFFIIIIIIIIIIIIIIIIIIHGHIIHIIIJ[email protected]BCCCCCCCBDDDDDDCCCEDCCDDCEDDDDDCCCDEEECCCCDGCCEDCCDFHCDEGCDDDDEDBFFGDDGGGEEFHHGGGEJAGGGGGGHHGGIIIIIIIIIIIHHIIIIHGGHIGHIIIIIIIIHHGGGIIIJKN|[email protected]CCCCCCDDDDDDDDCFECCDDDDDDDDCCCCDFFECCCCCDCDFDCCDFGDDEGCDDCCEDBGFGEEGGGFFFDEGGGDIAGGFGGGGHGGIIIHHIIIIIIIIIIIIHGGHIGGIIIIHHHHIHGGHIIIJJMyNIHGECHGGGGGGGCEGGFDFGGFDDDGGGGFDFGGGGGFDBBDFGGFDDDDDDDDDDDDBADIFDDDDCFFGGFDFGCEFCCDDDDDDCCCCCCDFFECCBGECEFFFFBDFFFGEDDDDDEDDCGGGGGFFEGHIGGGGGGGGGFDEGGGGHIIIIFHIIIIIILJIIIIIJFHIIIIIIIHGGGIIJGKHHIIKJ{LHHGECGGGGGGGGEFGGGFFGEEDEFGFEEEDFGGGGGGGDCFEEEEDDDDDDDDDEEDA?FFEDDDDCIGGEEDFFFCCCCFECECDCCCCCCDFFECCCDCCEEEFEAEFFFGFEECDGGFECHFGHEFFFCHIGGGGGGGGHHGGFIHGGHGHIHHIIHHGEKIIHHIIIGHHHIIIIIHHIJIJKJKHHIIJMwKHHGEBHGGGGGHGFFGGGHGGBCCFGGEDCCCFGGGHGFEDDGEDD[email protected][email protected]HFHIIIIIIJLLIJLLLHHHGHMxMIHGGHGGGGGGBEIJFFFCEGGHHGGGECHGGDDGDBHFDDDGEDDDDDDDDEDDDFFDDDCDDDEGEDCCCDDDFGBDDFFGECHHFEDDBAGGGGGDGHHFDEFFEDEDFCDGEBHHHGGHEJFGGCCFICHGFGGIHGGGGHHFGGFFGIIGFEIHFHIJJJEGIIIIKMHIIIIIIIIHFHHIJKHHIIINMRtLGHGGHGGEFFGFJGIJGGHGGGGHGGGFEGGGEEGFEGFEEEGFEEEDDDDGIDDDEEDDDDDDDDFECEEEEEEFGEEDEEEDDFFGEEDDCFGFFEEEFFEDCCBCCEEFGGGFEGFEFGGEHFGHFEFHEGGGGGIIJHGGIIGFFHHGHHGFHHHGHIHHHGHIIIIJKHIIIIIIJHHFHHHGGIIJJJNLPxLEHGHJFJGDDGGGFFFGGHGGGHIGGIHGGGGGGGGGGGGGGGGGGFDDDDFGGFDDDDDDDDDDDDDCGGGGGGGGGFDDDDDDDEGGFDEFFGFDDGEDDDDDDDDCHFFFFGGGGFDFGGGGGFEGGGGGGGGGGIIHKGIIIGEFJIIGGGFLFGGHHGGFIIIFFIIIIIIIIIJLHIIIIIIIIJLLLOMNwMHHGGGFGIGFGGGGGGGGIHIFGGHEEFGGFDDEGGGGGGHEDEDDDDDDDDDGFDDDDDDDDDDDDEFFFFFFFFGGGFDCCGGCEGEDDFGDEFFFGFFFFFFFFFFGFFGHGEGGFFGGGGGGFFGGGHIFGHGGGGGJHGHHGGHIIIFGEBJFGHIIHGEIIIHHIHKHIIIIIJHIJLIIIIIIJLLLKLNwMIHGGHADHGGGGFGGGGGIIIFGGHEDFGGFDDEGFFGGFHDDDDDDDDDDDDGEDDDDDDEDDDDDFHEFFFFFFFFFFEEEDGCEFDDDFGDEFFFGFFGGFFFGGGFFFGHGFGGGGFFGGGFFGGGGEDGGHGGGGGIGGHHGIIIIIKKIGNEHIIIIJKHIIIIIHJHIIIIIJGIJKIIIIIIJKKKKKNvKHGEIDFFGGGGGFIHGGGIIIFGGGGGGGGGGGGGECHFDDDDDDDDDDDDFGCEGDDDDBJDDDDDFHFFFFFFEDDDDHDGEDDDDDDDFGGEDDDGECHFDEEGGHCEFGGEIIFGGDDGGGEFGGGGGGGFDFGGHIFEGIHGHJFGGIIGHJFHIIIIIIIIIIIIIIIIIKKIHGIIIIILJHLJIKLKMQvJHHFIEIGGGGGGGHGGGGHHIGEGGGGGGGGGHHGFEGFEFFDCDDDDCBDEEDEGEDDDCHEDDDDEEFFFEEEDCHDDFEIGFCDDEEDEEGGGFFFDCFEFHHGGGEDEGFFHHGGGCEGGFIHFFFFEDHFEGGGHIFFGHIHFFEEFGHHHGHHIHFHHIIIHIHHHIIHGIJIEEIIIIIJIHMKIKLLKP{[email protected]@CDDDDFGGGHEDDDBJDDCDFGHBCCFFDDCHHIGGFDBDEGHGGGGGFJGFGGGHGGEJFFFIGFFFFCAHGHGGGECGFGGIJFGGHJIIJHFJJJHDGHIIHEHHFHIHIKIJIFNHIIIIIIHMMMLLLJR}NEIIGGGHIGFCCIFGGGGGFEJIGGGGGGGGGGGCEGGGGDDGHIAGHEEDFHCEGFFHGICDDDDDFGGGCCDDDCHFDGFBCBHHGGFDDCGGFGGFDBDDCCDGGGGGFFFGGHBDGKJIGFHGFFFFFFGECDIGGGJHGGGGEGGGFFFFGGFFFFGGHJEFEHIIIHMKHIIIKLHIIIIIIIHHLLLLJMzIEIHGGGHIFEEEHGGGGGGGFIHHGGGGGGGGEDDFGGGGEEDEFBFGDDDFHCEFFFHFDDDDDDDFGGFDDDEEEFEDEEEDCHFFGFDDCFFGGGFEECDEDDFFGEFFFFGGGEFGFFDFGCEFFFGGFIGEEHHGFHHGGGGEGGGFGGGGGGGGGGGHIGHHIIHIILJIIIIIJHIIJJIIIIIKLLNKP}MFIGGGGFEDDGGFJHGGGGGGGHIIHGGGGGGGGHGGGGGGGGEDDEGDDDFHCDDDDFEDDDDDDDFGGFDDDGGHCDDDDDDCGFDFFDDDDEGGGGGHBDFDDDEHCEFFFGGGGGGGGGGHCEGGGIGGFFGGGIHGGGGGGGGGHGEFGGGGGHIGGGHIIHGIIHIJJIIIIIIIHIIKKIIIIIIKLJJQ~NHIGGGGGFDDFHIGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGEEGEDDDDDDFGGFFFDCBCDDDDDDDFGGEBEFGEEDEFFFFFFGFFGGFEDDEGGGGGGEEFFFFEDDEFFFGGGGGGGGGGGFFGGGGGGCEGGGGGGGGGHHHGGHHGGGHGGGGGHHGHIGGGIIHIIMKIIIKKLHIIKLKJIIIIKLKKO}MIIGGGGGGEEFHIFGGGGGGGGGGGGGGGGGGFFGGGGFFDDGEDDDDDEGFFGGGEEFEDEDDDDDFGGGFGGGEEDEGGGGGGFFGGGGEEDEFFFGGGEEEFGGEDDEFFFGGGGGGGGGGGFFFFGGGHCEGGFGGFIHGHHIHGHHHGGIHGGGGHHGHIGGGIIHIIMKIHILLMHIIKKLLMMKIKLLKO}NIHGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGDEGGGGFDDDGFFCDDFGGECGGGGFDDCHEDFGGGGGGGGGGGHCEGGGGGHCEGGGGGHCDDDDGGHCDDFGGDIBEGGGGGGGGGGGGGHCDDBFGGHCDGFFGGFJHGGGIIIJIHGGIHGGGIGGIIIIIIHHJJJJIIGGMMMIJJIIIKLLJIKLMLN|NIGHGGGGGGGGGGGGGGGIHHFGIIHGGGGGHFFGGGDDDDDGGFGDDDFEDDEFGFEDDDEEDEEEEEGGGGGGGHCDEFGGGHCEGGGGGGEFFDDGGGEFFGGIGJEFGGGGGGGGGGGGFECDDDGHFEFFGHHGGGFGHHHGGGJJJHHIHHFGHHHHHHKJIIIJJJHIIGHKKKIJJ[email protected]FDDDDEGDCDDDDDDCCCCCGGGGHGGHBCDFGGGHBDGGGGGGHGHDDGGGGGGGGEFHGGGFFGGGGGGGGGECCCDDIJFCHGGDDGGGGHJJIGFEKHEHIIIJEFFHHFHHLKIJJKKKGHIGGJJKJJJIIIHLHIIKLMNM}[email protected]DGHHFEGGGDDGGGGFDFGGGGHGGGGGGGBCCGGGGGGGGDDDCBGGGHHGGGGGGGGGGHGGEGFFFEGGGGGCFGGGFFFGHIIHGHIIIIIJIIIJIHKIFIIGGFFGIGGJHGIIIIIIF[email protected]DEGFEEDDEEDFGGHIFGGDDFFGGFEFGGGGGGGFFFFHCDDEFFGHFGGHHEEEFFGEEFEEGGGGGFGHFHIGGGHIDFGGHIGGGGGGHJIIIHGGHIHHHHIIIHHHEFGIJIHFHHIGGJIIIIIIIIIMHIIJKLLIyPLIGGGGHIHDGGGGGGGGGGGGFGGGGGGCFIGGGGFIGDDEGGGGFDDDDDDDEGDEGECHFDFGGFEGGGDDDFGGGGGGGGGGGGDDDFGCDDDDDGIFGGGGGGGCEGGGDCCHGGGFDEFGFFGGGFFCEGGIIFGGGGHIIIIIIIEHIHGGFEHHGGGGEGJJJHFJIIGGJJJIIIIIIIIIIIIILLI~KIIHGGGFEGFGGGGGGHEFHGGFGGGGHIDFIGGGGGGGFFFDDDDEFDDDDDDEGDCDCCDDDDDEFFIHGEDDFGDEGGGGGGGHFCCCEGBCCCCCEFGGGGGGGHCDCCDDEFGGGGFDCBGECFGDCBBFDFGGGFIHGGGGHHGGGFGGGGGFFFFGGGGGHIIGFIKJIJFGGGIIIIIIIIIIIKKMLL}KHIIHGGFDFGGGGGGGIDFHGGGGFFFHHHHHGGGFFGGGFFDDDDEFDDDDDDEGCDDCCCCDDDDFGDEFEDDFHCEGFFFGGGGFGGGFGBCCCCCEEFFGGGGFGDDCCCDFGGGGFFDCBFDCCCDEGAHHGFFGGDFGGGGEDGGFGGGGGGGGGGGGFGHHEEGFJKJIJFGGFIIIIIIIHJIIKLLKMzOEHIGGGFDFGGGGGGGHEFHGGGGDDDFGGGGGGGECHGGEDDDDDDDDDDDDDGFAFGCCCDGEDDFHCDDFFCGHCEGDDDEFIDGFECEGBCCCCCCCDEGGGGECGFFFEDFGGGGDDDCBEDCEEDFHAGGDDGGGGGGGIIFGGFDFGIHGGHIGGIHFJHGGGIIIFGIJFGGFJIIIIIHEMJIIIJJM{MDGGGGGFDFGGHEGGGGFFGFHEEEFFFGGGGGGGFEGGGDDEEFCDDDDDEFCEEBEFEEEEFGFBDEDCDFFDFGCDEFECEFGEFDDDEFBCCCCCBADDFGFEEEGGFFFEFFFFFEEEEEFGEFECDEADDCCEGIFGGEFHFGGGDFFFHGGGGGGGGGHIGHHHGICGIJFGGFHHGGHHGFIJIIIJILxLBFGFFGECFGGICHGGGGGGFICDFGFGHGGHHGGGGGGHDDGGHCDDDDDFHCDDBBFFGFFGEDABCDCDHGDBADDDGHHFEFFFCDFFGBCCCBBBCCDFGGDFHHGGGFFFFFFFFFFFFBHFFEBBBCCCCCCDDGGHDEGGGGHFBBEHGGGGGGGGGGKFIIFHHCIIKFGGGGGGGGGFFFKIIIJHKiHIIGJGDIHGGGGGGGGGGGGGGGEFGIG?HECCDGGG[email protected]DCDCCDCCCDGGGFCFFFFFFFFGCGFFFFFFHHGGGGECGECEEEHGGGGEEGGGGGGGGGGGGGIHDGCCKHHGHGGGGGGGGGHJIHIIIJHJnJIIGGCFHFFGGGGGGGGGGFEGGHGFDBEGFEEEFFGEECEEFFGDDEDCDDDDDDDDFDCAADDCDEFCDDDDDEFCDCDEFFGEFFEDCFFBCCCCEEBDCACEDDDBDFFGFEFEEFFFFFGDGFFFGFDFFHFEFDDGEDGHGHGGFFEDGGGGGGGGGGHGGHHEEIHIGEDEGGGGGGGGGHIIIIIIKJJqLJIGGFJCDFGGGGGGGGGGECHGGGFDDCGGGGGFFGBCCCCFFFFFFCCDDDDDDEFEDBBCDDDDDDDEHDDDDDDCCEFFFFFFFFEDHDCCCCCDDDDECBFGGHCDDDHFFFDDHGGGGGGFFFFEGCDEFDDDBGCDDFGIGGGFDDDGGGGGGGGGHJFGGGFEHFIHGGGGGGGGGGGGHIIIIIILLIoKIHGGFJCFGGGHIFGGGGGFFGGGGGFFFGFDFFFGEADCEEFFFFFFEEDDDDEFDCCCBBCDDDDEFECEDDDDDDDCEFFFFFFFFECEFBCCAABBAGFFDEHHGGFFFGFGDDFFDEGGGGGGIECEEHDDDDDFIEFFGGGGGGGFJFGGGGGGGFHIJFGGGGFGFGGGGGDFGGGGGGGGGGGGHIKMLrKHHGGFIEGGGGHIFGGGGGGGGGGGGGGGGFDFGFGEBDCEFEEFEFFFFDDCEEFDCCCCDDDDDDFGECDDDEDDDDCEFFFFFFFFECEGBCDEFFFGGGGDDDFGGGGGGFGDEFEDEGFFGGGHEHFDIDDDDDDDGFFGGGGGGGGJFGGGGGGGFHIIFGGHGGHIGGGGGHGGGFGGHGGGGGGHIJLMtKHHHHHGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFFFFGGGGGGFFFFFFFECEGBDGGFDDCHFDDCCEDDDDFGGGGCDDDEGEDDEFFFFFFFFFGGGGHCEGGGGGGGGGDDGGGGGGGGGGGGEDFGHDCHFFCCFECGGGGFDDDDDDFGGGGGGGGGGGGGGGGGIGGGGGKFGHIHIIGGIGGGEGGKGGFJHGHHJKNyIHIHHHGGGGGGGGGGGGGGGGDFGFECFGGGGGGFFFFFFFECEGBDGGGFDDEEDDCCFCABDEEEEECDDDDEEFFFFFFFFFDGGGGGHFCDEFGGDCGFEDDEFGGGGGGGGFGFDFGGDCHFFCCDFGIHGGFFDDDEFEHGGGDFGGFFHGGEGHFIHGGGGIHGFFHHIGGHGGGFGJGFGHIIHHIJIMzGHJHHHHGGFGGGGGGGGGFFHBDFFFFGGGGGGGFFEFFFFEBEGACHGGHDDDDCDCCGAABDDDDDDCCBCDDFHHGFFFGFGBHHGGGIDDDDGGHDDACCHHCEGHGGGGGDAIFCFGGEBHGFCCBA?DEHFFGEDDEGDHGGFIHHGFDHGGDGIDJHGGFFDEGGGGHIGGGGGGGGFKLJIJIIHHIHKzHGGGGGCEGKFGGGGGGGGIHGGHIHHFFEEEEEEFGIEFFFFGDBGGGGFCDDDEHEDDCDEDDDDDDCHHJEDDCCCCCFFBDFFCFGGGGHCDDAGHDECDFFFGGHBDGDDGEEADFGFCFHBDFCDGEBIFCHHGFECEGGGGDIEECDHIICHGGFGFGGGHIIDFFBHGFGGGGGGGGIHFFFFGILMMJM{JFHGGFIHHIFGGHGGGGGHGGFGHHGCEEEFFFFFFGEFFFFFGHEFFFFEEEEFGDDDDDDDDEEDDCGFDDDDDDDDDEECEEGDFGGGGGEEDCFGDDBCEFGGGGCEFEEGFFBDFGFEFGEEFCCDDCFEEDDEFHEFGGGHFHGGFFGHHEGGGGFFFFKJIHEFFEGGGGGHHGGHHHGGHEGHIJKLIL{OEHGGGGHIGGGHIFGGGGGGGGGGGGEEEEFFFFFFFFFFFFFEDFEDDDGGGGGGDDDDDDDDFFDDCHFDDDDDDDDDDDCEEHCFFGGGGGFDDDGEDBCCFGGGGCDDFGGGHBDFGGGGGGFFCCCEFCEGEDHECHGGGFFFFIIIGGGGGGGGGFDFGEFFGGGGGGGGGGIIIIIIGFHLHGHIIIJHKoIFGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFFGFFEFFCDFFFFEEGFFGGFFECCDDDDFGGGGDDDCCCDEDDDDDEEFDDDDDDDDDEFFFIDDFFFFFFFFDDDDCFFFGFDEDGECEFGEGCDDDEFFFCDFEEDEGFFFDEGECHFEFFDFGGGGGGGGFIEDFGFDGGDDFGGGGGGGGGGH[email protected]CCDDDDEFGFFEDDDCCEFBDDDDEFGDDDDDDDDGHGFEIDDEFFEEFFGEEDDCHGFGFDDCGGHFFGCBEDDDCCBACDEEEDFGGEBBDFECHGHGGIGHFGGGGGGFIEDFGGEGGEDFFFFGGGGGGGHHIHGIJJHGGHIIIJJMxJCFDFGGGGGGGGGGGGGGGGGFFFFEEFFFEDFFEFFGFGDDGDBFEGDDDEFFFFGGGFFFFEBDDEFJHGDDGECGGGGGGECHFDEFFDBFFGGFDDCGFDDEGEDDEFFFGGGGGGDDGFFDDCCCDFGGFDDDDDCHGGGGGGHDHGGGGGGGGGGGGGGGGGEDDFGGGGGGGGFJHGIJJIIIIIIIJHJɀLFHEFGGGGEEGGGGGGGGHGGGGGFFFFFFGHGFFEDGFEDDGGFIHGEDEEDGGGEEEEDGEGFBDFFJHGFFGECEFGHEGECHFEFFFECGFEFGFECEEDDEGFFFFFFFGFDGFEDDGFFHFBBBAEGEEFEGFECHFEFFDBEFGGGGGGHEFGGGGGGGGGFFFFIGGGGHHHGHGGIIIIIIIIJJJJIˁ[email protected]HDCCEFJHGGGGECCEGIDGDCHGGGGGEBGECFGGECCDDFGHGGGFFGGGEBHFCCDGGGFHGBADHHCEGDIGGHGECFGGJGHHHGGGGICFGGGGGGFFGGGGFJGHHHHHHHGGFHIIIIHHILLIJJ|GIGIHGGGGDEIHGGGGGGHGGGGGGGGEDCEGGGIHGGGHHFCCCHGGDDCCCHGGDDDDCGECGHGGGFFGGGGGGHGGIDGIDHGGGGGGHGGHGGGGHGEDGFCEGCIIGGGGHBEGGGGGFJHCEFGDCCEGDCCFHFGGGGIHDDBAEGGGHIHGIDEHFJHGGFCDJGHHHHHHHGGIHIIIHKJIHINKIyJGGHGGGGGEFIHFHGGGFDFHFGGGGGFEEFGGGHGGGGGGFDFIEFHEDDDCFFFEDCDCFEEFGGHHFGGFEFFGGGGHEGHEGGGFFFEEGGGGGJHGGEEGFDEFIDDFGFGGEFGGGGIKFHEFFGGIDFGDEHEBGGFIJIIEIGFGGGIGHHGGDFGGHHGGGHGIGHIGGIIIFFDHIIIJGHIIILJI|NBEGGGGGGGGIHFIHGGGGHIFGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFDFGCEFDDDDDDDDEECCDDEGGGGFEGGGDDDFGGGGGGGGGGGGDDDDCHGGGGGGGGGGGFDDBHGGGFEIGGGGGGGFFDIEFGGGGGGGEDGEDDHEEFIIIHDGHHHJEIGGFCGDIFGGGFFGGGHJIIJJKFGGIJJJJJJJJJJHJxLGCGGHDFGGGGGFGGGHHGGHGGGGGGGGDEGGGGEDGGGGGFGHCDDFFDDDDDDEECCDDDDFGGFFGECCDFGGGECDDEFGGGGDDFECHGGFDGGFIEGGGFDBGFGEEFGGGGGGGIFCGHFFFGGGGFDDGGFJFGGFGIIDIFGHHHHGHHEFEDEGGEGGFFFJIGHHIJIHFGHJIHHHJJJJJJHJyLGDFFHCEFGGGGGGGGEEGFGGGGGEGGFIHGGGGHIFGGGGGGGCDDEEDDDDEHFECDDDDDEGGGGGGFDEGFGGGFHHEEGGGGEEFECHGGFCGFFIEFGGGEEACFEEFFGFGGGFDDDGGGFGGGGGFEDGGDDGFFFGHHDEDGHHHHHHIEFFDFGGFHGFGFJJGHHHJHHGHIJIHHHJJJJIJIKzMDHDFGCCDGGGGGGGGGGHEFIHGECGGGGGGGGGGGGGGFFFFHCDDCCDDDDDDDDGEDDCCBDGGGGGGDHGEGGGGGGGEGGGGGFDDCGGGDDGECGFEGGGEGEBDDHFEHCIGGGGGGGGIFGGGGGGGFFGGHCDDBEDGCGGGHHHIIFGGGGHHHHHHIDGHIIIJHHIGGHHHIJJJJJIJKJJJMtLHHEFFIBFHHGGGEHGGGGFFJEGDGGGGEFGGGGECHGGFEDEECDDEDDDDDDDDDEDDDDEGAEFGEEEEGGFGEEEEEGFFIHGGFDDCGFEFFGDAHGHGGGFGHFFFHIGGCFGGFHJHIGHHEGHEJFEHHEEECDDEFFFFHGDIFHHIFGGFFHIGGIGGFGGHHIJHHIHHIGHHIJJJJIJKKJJMsKLHGGFGFGJJHGHCHGGGGGGCIHGGGGICEGGGGDCGGHFEBCDCCDDDDDDDDDCCDDDDEFHCDFHCDCFGHGGCDCCDGGGCEGGFCCBHECFGGFEGGGFFGGGGGGFECEHBEGGFCFCEDGGGGDFGADDDHECCEEGGFDHIHHIEHFEGGGKKHJFFKHGGGGGGHJHHIIIIEHGHKJJJIJJJJKNsNGEGGGGGGCCCEGGGGGGGGGGECFGGGADEGGGGGHGECFGGFEHFDDDDDDDDDGGDDDDBDDDDCCDFHGFCEHCE[email protected]BCEGEFIIIHDGECHEGGFGFGGEDFGGGGGHJHHJJKGHHJJGIJGLJJJGHKqLHEGGGGGGDDDFFHHHGGGGGGFEFGGIGEFGGGGGGGEDEFFHJEEDDDDDDDDDFFDDDDCDDDDCDDDFEEDEFBDFGGGGGGGGGGGGEGFFEEEFGFHEGHGEFGGGHHGIEFFGGFDDGDFGHEGFBDCEEJEDGDCHFEGIHHHIHDGECGEGHFHGGGGHHFGGGEGJJHIIJHGHIIIIJHKJJJGJNrJHEGGGGGGDDDFGFFFFGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFEDDDFHJBDDDDDDDDDDFFDDDDDDDDDBEEBDDDDDDDDDFGGGGGGGGGGIECDDDDGEDAEDFGGBEGGGGFEHGCEGGFDDCHGGGGGECGEGGJGDCHEFGGIGEGHIHDGECGEGHDEFGGGGHDGGGGHJLGHIJIFHHHJJJJJJJJGJNvJGEGEDGFDDDFEEDCBFGGGGGGGGGGGGGGGGGHGGFGEDDGGHCEFFFFECGEDDDDDDDDDDDFEDDDDDDDDCGFEFGGGGGGDEFGGEECDDDDDCBDDDDEDEFIFDDEHGFEGHHDDDEDEEEDDDEDGJGECHGFFHHIGFGGGGFEHFGFGGFEEEHHHHFGEGIIIHGGHJGGGHHJIHKIGIIHHNvJGEGECGFDDDFEEEEFGGGGGHGGGGGGGGGGGGHGFGFACDGGGDEGGGGEDGFDDDDDCDDDDDGEDDDDDDDDDGGHGGGFFGGDEECEDGDDDDDDDDDDDDDEFEIFDEGEGGEHEDDDDDCDDDDDDCDFJGEDIEFGEEHGEFGGGFEHFFGGJJIIJGHHGGGEGIIIGGGHIGFGGHJIGJIGHHHHMtMHEGDCGGGDDDFGGGGGGGGFJHGGGGGGGGGGGFFGFFGDDGGGGGGGGGGGGFDDDDCAEDDDDGEDDEGGGGGHCCEGGGECHGGFECBBGDDDDDDDDEGFFGFKCFGGGGGGGEHGFDDDDDDDDGEEBEDDEHGHCEGDDFIBFGIGGGIEEHIHDJIHHHHHGGGGGGIGFHIFIDGEIJIGKIIIHGJNsMHFGDEGGGFEFFGEFGEEGDIEFGGGGGGHHGGGGHEGGGFFEEEEFGGGGFDGFEDDDCADDDDDGECFFGGGGFEFCEGGGDAHGGFFFCBHFDCEDDDDEGHHEDFDEFGGGGFFCEEEEFCFFFEEEDDEGECCDFGEFEDDEGEIHHHHGGFDHGGFIGFHHGDEGGGFDIHFFHFHFHIJIHFJIIIIGH[email protected]EDEDDGHIGGGGGGEBHIEFGGFEHHHGGGCCHGCAFDDEDEHGGDBDCBAEGGCAGBCCCGGCHGGGFCCCHIFDDDEGGGCCCDDBHHGDEHGHCIGHHIHHGHDGIGGGICIHEEJJEGJIIIGEJIIIJKMQyMHEGECCDGIIGFHCEGEDGFHCEGGGGGGFGGGGGHD[email protected]EDCFGGFBKEHGGGJFDFHHFABDCCCFGGEDCCHECCGHCIHEIDFHEACGFCGGGGGDCHGDDIIICGIEGGFIIGDHJHFFGIIJFGIGGIHIuMIGGEDEFGFGGCKCFGEEGGGCEGGFFFGEFGGGGDIFFFGGECDDDDCDEDCEFGDDDCDDCCDDFDBDFEFFDFHCEGGFDGFEDDEFFDDDDDDDDCCECDEFFEDJDFFEEHFDEGGGFFDDFIGGFEDEEGGCDFGGIGDFDCGFEEFGEGGHFGHHGIHEGDGEGJJGGGHHHFGIHGGHIIIGHIHHKKNoLJIGECGGGCFGGGGGGGGGGHCEGGFDFHCEGGGGGGEFFGGGDDDDDFFDDCGGGDDDDDDDDDDGEDDEGGFDFHCEGGFDFGGFDDDDDDDDDDDDDJEBDDDDFFIDDDCCFHCEGGGGHEDEGGFDDCHGGFGDFGEFCCDDDCDEGDHGGFIDHFEEIDGGGGGGFDJHGGGIHFJHGHIIIIIIIIIMJKnLJJGDDEDDDEGGGGGGGFEFGCEGGFDFGFFGGGGGGFFFEEGEGCDDFFDEGDEGFFFEDDDDGGDEGCEGG[email protected]EFEEDDCCDDFFCEGFGGGGDCEFBFHGDIHFGGFEIHGGGIHFIHGIDGGGIIIIIJILsLIIGEECDDDDGGFFGGGFDFFHAGGFEEFGGGGGGFHFFFHHGEHCDDFFDEGCEGGGGEDDDDEDDEGDEGFFDFLDECCDDDDDEFDDDEDEDDBBDCEGGFEDDEFGGGEDDDDDGGGFDEGDDGGFDDEDDDDHGEDDDDDDDEFCEHGGGGGCCEFDGEGDIHFGGGFIHGGGHGFJHGEIGGGIJIHIJIKyMHEGGHCDDDDGHEDEGEDDFGFFGGGGECHGGGGGDIFGGGGGGHCBDGGGEDDEGGGGEDDDDDDDDCGHIEDGFIFECCCDDDDDDDDGHDHGCBDGDEGFDFFDCEGGGGFDDCHFAFFDDCHGGGFDFHCDDFGGECFFCCDDEBECHHGGGHCEGGGGGGGIHFGGGFIIIGGGGFIHGIIHIJGMIGGJLKxMIGGFEFEDEFGGFDEGEEFFGGJEFGGEDDGGGGGEFGGGGGGGGCCDFFGEDDDEDFEDDDDDDDFECHGHFFECCDDCCCDCDDEFDDEGEGFCEGFDDEDDFFDCDEEEEGFCBGGMFGFECGGGHGDFGEEDEEGGGHIEDGFGGDCBEEGGGEFGGGGGG[email protected]GHHHGECHGGGGGGHCDDFGGEC[email protected]FJIGGFHIGGGDDCEGGFDDDGHJFIFDIGHJIGECDGGGHHGHGGGGGHEDIGGGGHIGGFGGFJHIKJJKGHIGFIJMqHHFIIJFGGGFCEGECGGGGGFJHHGGGGHHEABBEFFGECFGGGHCDDFFCFHCDDDCDDDDEHGBGFFGGGFGGHDCEJFDDFHCEGCBDCCCDGGFEFHGIEFGFGHCDDGFCDDFBGGGIFECEGFFFIHBCDDIGFEICCFEGFGCHGGGGIDCCCCDDGHHHHHGGGGGFIIGJHFJJLKFIIIIIIIJLNPsJIFHHIFFFFEEFHBGFFGGFDJGGGGGGGGFDCCEEEGFDFGGGHCDDFFDFGFCDDDDBCDEFECFDAHGGGFFFCBCDDDDFGDFGFFDDCEEFGGEEHDFFFGGFHDEEFFEDCECDEGDCBJGECCFHGDEEDGJEGJEDCCEHIEHGFEEHFEEEFDHHHHGHGGGGGHGIHGIHGIIJJHIIIIIIIJLLMvJECGHHGDFDDFGGGFBFGGEBJEGGGGGGGFFCCFEEGHEFGGGHCDDFFDDCFFDDDD?CDDDDDDDCGGGGFFDBCC[email protected]DDDDCEGGGFBCGGGGGHDGGHHFHGGGGFJJHFGIIIIIIIIIIIIIIKLM[email protected]ADDDFFDCEGHEFFGDCBCCEEEHHGEGGGEDCGGGGFDGFFFFHEFFGFGGGGGFFFFGFGHFGFEDDDCDDEHDDCCHGJGDDEFFFDDEECDFGGGGEDDDDHGGGGGGHHIJIIIHFIHGHIIIIIIIIJJJIwNIGEFDFFEFDGGGGHEFFFECIEGEHFDBFFGFECDFGEGGFGGGCEFFFCCBGFCDEDBBD[email protected]CDEDDDDICDCNDCEDDDDDGGGCCEEDDFGFGGEDDDCFGGGGGGHHHIIJIGFJHGHIIIIIIIIIKKJvNIHFGFHGEGGGGGGGFFFFFGGGGGFFFFEEEGGFCJFGGEDGGHCEFGFFDBDDDFFDFGCDDDDGGGGGGHDGFFBCHHCCEGGGGGGGEBGGGGFCEFEDBCDDEFFGGGGGGGGGGDDGEDCHGIDDDIEBDDIFEDDDDDEGEEBFGGGGGGEFGGFDDEBFGGGGGHHHHHJIFFJHGGGIIIIIIIIMMMvNIFDGFGGFGGFGHHGGGGGFDGFDFGGGHFFFGGFEHFGGDGGGGEFGGFEDCDDDEEDEECDDDDEFGEFGGFGGGEFKLEGEHFGGFFFFGCFGGFEDBFEDEEEEFFFFFFFFFGGGFFGEDGJFFDDDFDCDFDECECDDEFGFFEGGGJEEDIGGGGFFFEGGGGHHGGGGGHIFFHGGGGHGHGGFGGJJLwNIEHJGGFFCCEHIIHGGGGECGHJGGGHJFFFFFFGGFGGDIGGGGGGGGDDDCCCCCDDDDDDDCCFHCEGGGGGGGJDMEGDHFFGFFEGI?FGFGFDBFEFFEEEEEEEFFEEFGGGGGHHJBHFDDCCCCBDGFDBEBCDFGGGGGGGHCCFHFGGGGGGGGGGGGIGFFFGENIFGGGGFFGHJFGGIJGIPqNNHFFGGGGFFFFFFFGGGGECHEBFGGFFFGFFFFDBGECCDGGGGGGDCDDCHHHHGDDDDDDEIGEHCEGGGGGGGECGHFGFIIEBCFDBHGGGFGGHEGCEEEEEEFFBBEE>IGGGFCEFIHEDEHGFHFDDHDEJGFDFGGEBGGGBCGGHGGGGGGGGGGGGGIIJJHGFNIFGCEGIIGGFGGGJJHJOtIKGGGGFGFFFFGGGFGFFGFEGFDGGGGGGGGGFEDCFGEEEGGGGGGEEEDC[email protected]HGGFGDCGCADEDGDAGEDDFDDGGFEFGGDCHGGFFGFDGFEFGGFEGGGGGHHHIHGIHIGGIHGHHGGHEGHGHHKOuHKFGGGGHEFGFHIHDGEDGGGGGGHHGGGGGGGFDDDEIGGGGGGGGGGGGECGGGDDDDDDDDFGFEDDEGGGGGGGGGFFFFGDEGDDGEDEHFFFDDCFEEEEEFFFFFEEDEGFFGDHHDJFFDCDGEDDDDDDDDCGGGGGGDCHGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFIIIIIIGGGHIIHGHJCHIKKHMPuHKIGGGGGFFFFGGIFDFFGHIFGGEEGGGGGGGFDDCGGGEHGGGDEFEEGFFGGGFFDDDDCBFFDEBEDDFGGHIFFEDDGFFJHGEDGEDDEDFFFECFEFEFEFFFFGEBDCGFFFFGGEEDEDDDDCBEDDDDDCAEDDFGGDBJHGGGGHIFGGGGHHGGGGGGGGGGFIIGIGGGGGGGHIJCIIKLJMQvIHFGGGGFGFFFGFJGDFGGHIFFGHHGFFFGGGFDDDGGGEHGEEDCBCDFFFFGGGFDDDDEEGFDECEDDFGGHIFFDDDGGFIHGEEFDDDDDEEFECFEFFFFFFEFFEBDCEGGGGEBCDDDDDDDCBEEDCCDEFDDDFFGECEEGGGGHIFGGFGHHGGGGFGGGGGFIHGHHGGGGGGHIJDHIKKKMQxOGEGGGGGGGGGGFFFFHHFFGGEGIIGDDEHHHDGFFGGGGGGHIGFDDDDDDEHGGGGEDDDDFFDFGGGGGGGGGGEDDEIHFIHGGFDDDDDFDCDDDDDHGGGGGCDDDDGFEGGGGGFGHCEGDDDDDEGDCDGECFCDDDGFFGGGGGIHGGGGDEGGGGGGDHIHGGEHGGGHIFFGGGGHIIIIIILJRwLHEFHHFGGHEGGGCEFGGFEDGEEGGEEFFHHHGFEEEFGGGGECGFEFFEFEFGEEEEEFCDDEEDEEEFGGGGGGDEFDDGHDHGEEEDDCFGHFFEEEFFGGFDEEDDFFEEGIEFGGGHGFBBDDDDDDDFDDEGECGDDDDDEIHGGHHHHIGGGFEFGCHGGFGHGFGFGGGGHIGHHHHHHJJJIIIIJQzLJEEIJFGGHDGGGBDGGGFEDHECEFCEGGECCDFEDDEGGGGGGHHGGGHGGGFCCDDEFBCEDDDDDDEGGGGGHBEGDDFHCGEDDDDDCHFECCHHHGGGGGIECDDHGFDCADEGHGEDCFFFDCDDDCEHGGGECGEDDEHDHIHGIIGE[email protected]HGHIIHGGGGGGGGEDDEGGGGGHBCCCCCCBGGGDDDFIGEBDEDDDDEGGFDHFGGGFAFIJFFDBBBBBABCAAAAACDGGGFGHDEDFFBCCBDEDCDDDGECGFBCCHHHGGGECGFEEEHJFHGGFFGGGGECCDGFGGHIGGGFFGLMJIIIHLJIIHFFKJIGIHHMPiNFDFHHFGGGGFFGGGGGGGFFGGGHHGGGGGFFFDEEEEFGGFFHCDDDDEEEFFEDDDCBFFFHGDDCEEFGFEGEGGGECFHIEEDDDDDDDCCEECBCDEFFFFGFHIIGFDCCCDFEEDFGFGIGGIECHFDDEFEDGGHIHDDHDFFGGGGGGGHHHGFDHHHGGGFEGJKIIIIIFGIHHGGKEFEHHGLOmNGEGGGGGGGFDFGGGGGGGGGGGGGGGGGGGGFFGGGGFDFFDFGCDDDDGGHCDDDDDBADEGGFDDCGFFFFFECGFFDDGGHCDDEEEEFEDCEFFBDGGGDDFHGGGGGGFDCCDFGGHECGFFDDFECHFDDHFFGFGGGFDDIFHEFGGGGGGHHHGGGIHGGGGGGGHIIIIIIIIIGGIIIIIIGFFJMvKJHGGHAGGHHFEDGGGGGGGGGGGGGGGGGGGEEGGGDDDFFDEHCDDFFGGHC[email protected]CDDEGECGEDEEDEEGFDEGGEDGGFHHFFHDFFGGGHIDHIHEFHGHHHGFEIIHIIIIIJGJHGHHIELMIIHIIJKyKJHGGGGJGHHGHHGGGGGGGGGGGGGGGGGGGDDFFGDDDFFDFGDDDFGG[email protected][email protected]JGIGFHIIHGHFIIIJKKtMIHGGGGGGGGIHCGGGGGGGGGGGGGGGGGGGEDDF[email protected][email protected]@[email protected]GJMGGHIIHHIIIIIKMOtNHFGGGFFFGGGHFEHFFGFFFGGGGGGFFFFFEFFDGGGGGGGGGGGGGGGGGGFEFFD?BEDEGHFEEEDCEFEDDDDDEEFFGCEFEEDDDDEFFFEBFEEDDDCEEECBBCBAB?ABEGFDGDEGEGFDDEFCDDDEJFFFFGGGGGGGDFGGFIHGGGGGGFIIGGGGGHHIJJIGFPLHHIIIJHIIHIMMOtOGEHGGEFFGGGGHCIEFFFFFGGHGFFFFFEEEFJJFGGGGGGGGGGGGGGGGGFFFGD>AFDBGHEEEEDBEFFBBBBCFGGFFFFFFECBCCDFEFFBI>BEFFGGFFECCCBBADCBEEEDJBCGDIEBCDIHDDDAFGGGFGGGHHGHDDGGGEFGGGGGGEDBFGGGFJJIJIJHFKKHHIIIIIJHHHEJQzOMECFGFFFGGGGGGHEFFFCAHECFFFFEEEFEFIJFGGGEFGGGGGGGGGGGGGFFFDC?GFFEEEEEEFFEEFFFFGGDDGHIJGBEEBBCBBFFEFFFCDEFFFDBBBBAABEFEFFFEEGGCEGGFEDCBAFDDDFGCEFFFEIAAGBFGGGHCCCFFCGJDFFGGGGGFFFFFFGGFGIIHFHIIJMJIJHNuOMFHHHFFGHHGGGGHFFGFEDFEEFFGEDFFFEEFHGFFEBCGEDGFEFFFFFFFFFFHGDDDDEEEEEEFEEFEEEEEECDGEDFGIFEDDDBCFDDEEEBDEFECCCCCCDDCDDFEFEFEEEBFFGGEDBCCEDDDDFHFFGEFHDDHIFEGGHCDEFGJIIFFFGGGGFHGGGGGGGHHIIIGHHHJLIIMNOwKLGHHIFGHFEFGGGGGGGGGHCEGGFFECGGGEEGGGEECDEGEDGECEFEEEEEEEEEGDBBBEFEFEEEEEEFEEEDBCCFECGGHFEEFEFFEFFFDBBDEEECEGBCCCCCCBFFEEEEFIAHEEFEDCCCCEEECFFCEGCGFGGFIIGGGHCDHGGHHHIHGGGIHFIHGGGGGFIHIIIIHGGKLIILN[email protected]FEBDEEEFBDEEFGECCCCDEHHHGFFGCEEEFEGGFEDCCCFFEBEGBCCEEBBBFEEDCEFHEFDDDGFEEDCCDEEEFEEDDGFEHEGGGEHDGFGGFEFKFGGGGIGFGGGGGGGFIHHIHGHHHIIIIIM[email protected]FEBDFEEFCDFFFGDB[email protected]GEEGGGILGEGFEEHEHGGGGGCEGGGGGHHGGGGFFGGGIHHIHFHHIIIIIHL[email protected]CCCEFDEFFGHHGEDBFFFEEDFGGEDHGEGHEDBCBBBBCCBBCBBCBDFFEBDEEEFEFFEFBBCCCEFEEEFBEHGEEEEFFGCIFGGDDDGIIIIGGGFFFGHGGGGGIIIFEGHIIHGHHEFFIIIIIJJNvKLFJIHEDFGGGGJHGFFFGGGGGGGGGJLGGFGGGFEEEEFGGEEGFFCCEEDHGGGFEDAEDEEEBDDGGGGFGEDFEDEFFFGGFFGFGGGEEDCBCCBBCDDDBCFBCDEECCCFEEFEDEFDDCCCEEEEFGCCACCHEDDDGCDDFGGFFGGHGHGGGFFFHFGGGFDJIIHJHHIHFGGHHHHIIIIIJKOxJOEGHIHDGGGGGFJGGHHGGGGGGGGFHIIJL[email protected][email protected]@JFBBCFHIIHGGGHGGGGGGGFFFGHDFGGGFIIIGKJIIGDGGGGHIIIIIIJLPtJHHEEEEFEFFFGGEJDBCGGGGGGGGFDCDDDEEFDBHGGGGGFEEEEFEBCEFFEEEBBBGFFFFGGGFFFBHHBBBBBGHGGGBCCEEDEEEECFEBCBGFEEEBBAGECBBEFGACDEEDEEEDCBCFDDACFFFBEFEEFFFFFFFGGGEBIDEHFGGIIJFGGGGGGFIHFIHFFEIEGGFHJIIIIIIJJRvOIGEEEGFEFGFFGAFFCDGGGGGGGFEEEEEEEFEDCHGGGGFFFEFGFEBDEFEEFECCBEEEEFGFG[email protected]DDEEEDFGEEEEEEFFHGGGFHIFEHGGGHHIFGGGGGFHIHGHHGGFHEGGFGIIIIIIIKJOuNIGEEFCEEFFFHJGHHGGGGGGGGFFGFEFFEEEDDCGGGGFDEEEEDEECDEHCEFECCCCDEEFGGGCEFFEEECPKEEFGHEDDDEEDEEEEEEEBDEEGDBCEDBBDECBCDFBDFEEEDBFEEEAFDCBBBEEEEDFEEFFGGGEFGGEBGHCHHGGHHIFGGGGGFKHHGGGGGGGGGGFGHIIIIIIJHOuLMGGGGDEEFFGGHGGHFFGGFGGHFFFGEEFFFFDEFGGGEDDDD[email protected]FDCBCEGCDDDDDFFEHGEEAGDCBBBEECCBFGDEFGGGEFGFFBEGFGHFFGHIFGGGFEHJFGHGGGGGGGGGGGGGGHIIHEJPuLICGGGEEEFGGGFFGGFFFFGGGHKBEGEEFFFEDFFGGFDFEACACEEFEEFBDEEDBDEHFFFEDEDIGFDDDEFEEEEEDFGGFDEEEEEBCCEEEEEDBECBBEAGDBCDEFCEDDDDFFGDEEDACCBHGGFECFGFGCEFFFEKIGFFDFGFGGFFGGIFGGGFEHIFGIGGGGGGFFGGGGFGHIIIJLMuLGEGGGEEDFFFFFFFEEFGFFGEIKFHGEEFGDDFFFGFDEHGCCCDEEEEEEFEECBCCBFEEEFGFADEFDDDEEEEEEFGGGGFFFEBCBCBBEECCCBBCEABDEEDBEEEDBDDDDDDEGFEBBCCDEEEEEFFEEFEBEEDDCGGGFFFFGCHGFFFGGGGGGGGGFFGIGGGHIFFEGGIICGHIIHGJNrMIGGGGDFHGFFEFIDCIFHGFFFGHGKGFCEGDDEEECEFDFGFFFFFFFEDCHGECCCCBDDEEEEECDEGDDEGEEFFGGGFEGGGFEBCCABCCDDCBDCEFDCCDDDDGGEEFBCDDDEFFFEDDDCCDDCBGGEFFBCCCDDEEEEEFFEEGFIEFGFGGGGGGGGGGGHIGGGGKFGHGGGHFHHHHIJKNsMHGGGHCDCFGGEGKEIMG[email protected][email protected]CEFGHGFFCCHIEFHGFFGGGGGGGGGGGIHFFELEFFGGGHIIHGHILKP[email protected]?BGGDDCHGGHIIHEEFGFFGGHGGGGBBEGBHFCCEFFHFECDGGFFFECBAEECDDGFCFHGCEGCCA?GFCAAEEEEEFFGGHJEAGGGHEFFFEGGFFGGGGGGGGGGGIDIJIHIHGGGGFEJHGKKIOMtOKIGFEEEFGFEEGHGGGGGGGGFEEFGEDGGFDDDDDGGGFFDFFFFEGGEDDFEEDDDCBFFCABDDCGGGHHGFDFFFFFGGGGGGFCCDEBFECCFEDDCBDEGEDFEDDCBFECCCEEDFGGFGHCDDCFFGFFFECFFEFFGGHDCGFEFEGGFFHHHFFGGGGGGGHFHIFHIIIHHGGGGGFJHHJKJMMuNJIFGFFFFGGGGGGGGGGGGGGFDDDFDBFFGEDDEGGGGFFFFFGFGHHEBBFEEEEBBBFFECDFGGFGHHGEBBFFFFFFFGGGGCBCCCBDECCEDBDCDFFFDBFDBEECFDCCBCCFEDDDDDFEDAHFFFFFFFEEEEFGFGCEFDDDEGGGFHHFEFFFFFGGHIFGIGGIIJFHIIHGGFJIJJJJJL{QIHFFKFEDFGGGGGGGGGGGGGFFFFFDBCEGFFEFGGFDEEEGFFGFEDCCAHECDDBBBFFEFFHGGFGGFFCBBCDFFFDDHFGGAACCCBCGEECCCBEFFFDCBFEEEEEFFCDEEECCBEDCBLGFDIGDFFDDHEECEFFFGFEDFFFFGGGFGFDEGFCJIFFHIFGIIHIHGIHIGGGHHIIJJJJJL{MGHFCEFEDFGGGGGGGGGGGGGGGGFFDCCEGGGIGGGFDFFEGGGFFEDCCBCCCAACCBFEFEECB?HFFFEBBBNJFFECDGFFFFEBCCCDJFDCCCBGFFEDCBFEEEEEEEGFEEDCCBFDCCDGFEIHHGFDCGEFGFGGFFGFDFGFGGGGFFGHGFFFIGFFHIGHIIIIHEIHIGGGHIIIJJJJKNzMDHFFGFEDFFHIGGGGFFGFFFFFGGFFEGGGGGGGGGFDFGGGGFFEEECBBDDDDDDDDDEFDCCBADEGFEFHHHHDBCCBKECEHCCDEEESDABBBEHFDDDCBBDFEEEEFBDECCBDEEDBAEEEEGEDFFDEEEEEDHFFEGGFGGGGGGHEFGGGGGFFGGGHIHKIIIIICGGHGGGHIIIIIIMPNwNDHFED[email protected]CDFFEJOEEFEBABCMBCFEBCCDBBECBCCBDFFDDEDCBDFEEFEFBCCCBADEGFDBCCEEGFEGGEEFCDDBDDEEGFFGGGGFHHFGGGGGGFFFFFGHEHIIHGHGHHIHHHHGIIIIIMNOpJDIGEBGEDFFCEGGGGGGFGFFGFGFFIKFGGGGGGHCDEDCCEHGFECCBEHCEGIDDDDDDDCCEGFCDFFFEIDEFEDCBDFADEFEBBC?DCBCCCBDEHEEHDBBCFFFEEDHHHHGDFEIGECCHFEHGGIIGFFBDFHFDEEGFFGGGGFJHGGGGGGGFFFFFFFFGIEDGH[email protected]CDEDDFEECCCCCDDDDDDGGGICHHICBFDPEEEEEFFEJDEBCFECGECCCCCBBBABBABBGDBBCHHIDEEEEECAFEFDCCDFACEEEEEFBBBBILFEGFFGGGFDHGGGGGHCGHIGGIIJIIIHGGFFFECCHFHIIIIIIMJJuOIEIGFHFEGGGGGGGGGGGEKFFGFFFECGGGEEGFEHGFGGGCGCCBCDEEDDDDDEEFDDDFFFFGEGEDCCDEEIGFFEEFBMGEDDEGJCBACCBBBCBBBBBBBEDBCCGGGCEEEEEDAGDDGGEEFCDEFEFEFCCCDFFDEGFFGGGFEGGFGGHHEGHJHHIIIHIJGGGGGHHIEGEGGIIIIILJJsMIGIGFJHGGGGGGGGGGGGDIFGFFFGECGGGGGGGGCEGGGGEKBBDDDEDBDDDDHIHEDDHEDDEGGEDCCBDFEEEEEEGCDFDEEEGIABDDCCBBBCBCCBCCCBBCCEEFBDEEEEDAICBEEEFEEEEFEFEEEEFEEEFEGFFGGGFFEFFHIIHGGILIIIIJFGHGGGGFIJHFGGHIHIIIIJJLxLFIIFGGGGGGFGGGGGGGGFGFGFFFFECGGGGFDDDDEGGGGGICCDDDFEDDDDBFGFDDCEFFDDDHFFDABCFGGGGCEDBFFGEEEEEEDDCCBCCCCEDDEEFBBADEFFGCDFFEFEEFEEGGGFFBDFGGFEEEFGFFFFFGGGGGGFEHGFGGHGFIIIIIIIIHHHGGGGFIHGGGHIJIIJIIJJLtLEIHFGGFFGGGGGGGFFFGFFGFGFGFEDGFFFEDDDDEGGGGFGDDDDDGECEDDBEFEDDCDGFDDCGFFEACCFHGGGCEDBGECDEEEEFDCBCCCCCDFCCEEFCDEEFFFGCEFFEEEFEEFFGGFFBEFGGEEEEFFGFFFGGGGGGGFEHGGGFDFEIIHIHHHHHHIGFGGFJHGGFDGIIHGHIJKLqKDFDFGGFFGGHHIIHFFFFFFFCFFFFFGGEDDDDDDDEGGGGECHFDDDGECGFGDDFEDDDDFGGEDDDDCCBDEHGEEFEEFFECCBCCBFDCBCEEFEEEEAFEEFEEEFFGGEEEEEEEFBDEDDEEEEHGDFCCEEFFFFFGGGGGGGHEEEGIGGGHHIHGHHGGGGGGDDGGFIHGGGFGIIIHIIMMNtLDGFFGFFFFGGGGGGGGGFGIBCEFGGGGDDDDDDDDDDEEEGFFCDDDDEFGDEEEFFCFCEFEEEDDDDEDCCDCGGDDDFEEBCCCCCCBGKCCEEEEFEEDCFEEEEFEEDDCGGGFEEFFBCDFFEDDDEFEEDEEEFFFFFFFGGFEFHFFHHHHHHIJHHHHHEEGGGGFFGGFHGGEHHIIIIJIIKKMtLCHGGGGFFFFFFF[email protected][email protected]EFFGFGGFFFFDDJHFJIIHHHEBIIHHIIFGFFFGGGGGGGGDHFHIJIIIIJJKyOGEGGGGGFFGIGGFGGGGFHHHHGFKGCCDDDDDDDECDDDDGGGGGCCDGGFJDDCDIEDDEGDDDDDAGGGGDCAGHFFFCEGGGGFEBCBFCDCBBBBBBBCCBBBBCEFEFDCCDEBBBBBBCCBCEFFFFEFEEFEEFFFFDHGGFFGGFGFIHFHHHIJIGIIHGGFJIIGGGGGGGGGGJIIEGIIHILKrGFEGGHFFFFFGGGEFGGGFHHIGGFIIFECDDDDDFICDDCDGGGEEDDEGFEGDDDDDDDEFGDDDEEHIEFFEDBHGFFFEFGFFEDDDDCFCHECDDDDDDDDCCCCCDEFFDBBCDDCBCDDDDCDFEEFEFEEEFEGEEFFEGGFFFGGGGFHGFHHHHHHGIIHDFGKIIGGGFGGFHGGHHIHHIIHHKMyGGDGHIFFFFEEGGGHGGGFHHKEFGGHGGCDDDDDEGCDDDEGGHCDDFFFEDDDDDDDDCHGGDDDFGDDDFFFECGFFGFFGFFEDCCEEEEDBCCFEEGFGGFDDDDCCEFFDCCCBEECEFFGGEDEEEEFEEFFEEHDCEFFFGGGFFFGGFFFGHHHGFGGHHHFHHLKIGGGEGGFIIGGHGKIIIHEJOwMEFEHIFFFGGGHFLGGGGFGGGFFGFFFGFDBCDDDDDEFEDDFGHGFFGGFGCDDDDDEEIEFFFFGGFFFFFDDCGFGFGGFGGFDEEEEEEHCDEEDBGFFEDDDDDCBCDFDCCCEEECEFFGGEEEDCCCCEECEEHFEEFFFFFGHGGFFGDFHGGGGFIHHJFFGFJIIGGGFGGGIIHHIIJIIIIGKNzMEFEHIFGGGGHGGKGGGGGGFGGGFFFGGFFFEDCCCEEGDDDEGDEFFFFFGCCDDDEFFICAEFGGGFFGFFDDDGFFFGFFFFGHFEEFFEIDEEFDBHFFDDDDDDCCCDFDCCDEEECEGFGGHHEDCCCCDDCEEHFEGFFFGFGHFFFFFDFHGGGGFHHHIFGGFIHHGGGFGFHIIIIIJJIHIHHKMڀJHFGGGGGGGGHEIFFFFGHGGGGGEEDFGFFFFFBCAHGGDDDEGCDDFFFFGCECCDFFFFEBCDGGGGGFFFDEFFFGFGFDEEFGFEEFGGGFDDFEEGGFDDFFDDDEEEEEFEEEEEEFGFFFGFEEEEEECCEEEEECHFGFGEEFBFFECGGFHHGGGEFGGFGGGGGGGGGEIFHIIIIGHLJHIIGKM~JHHHHHFGGHHHHKIIJHHHHHFFEGIFEDGFEFFDDDGFFDDFFFFDDDEEEECECCDEFFFECDGGGGGFFGFEFGFFFFFFEEEFGDDDDDGGGFEFDCEEGFEFFEEEDDDDEFBEEEEEFFFFFEEEEEEEEDEEGDAFEBEFGGEEDBFGFEGFGGGGGGEFIHEGFHFGHGGGDIFFFHIIHIMLKHHHKL}JIJIIJFGGHIIGENKHIIIIIGFDGKFFFFEDFFEFEGGGDDGGFIDDDDDDDDDDDDDEGGGHEJHHGFFGGGGGGGGGGGEEEEEDBBBBBHGGGFFDBDDGHGFFGFEBBCBDH?EEEEEFGFFGEDEEEEFFFFFCGJEFDDGFFEEFBFGGGGGFGGGGGEDHIDHEIFGIGFHDIFGGHIIJJJKLGGHJJ~HDFIIIDEEJEFFFEDBDEEFHDDBBFHGFFEDFGGEBGGGGGGFFIDDDDBBBDDDDDCIDCEHDCA?CIGEBBEEEEEEEEEEEEDCFFFGHBEGGGEDBBDECDFGFFFFCBEEADDEHHHFDIGECCEEEEDBBBBEEDFFGGGHJEGDDDGGGGGFFGGGGGGGFEBKIEJIIHCFFGGGHIHIIIHHIIGJP|JCEHHHEEEECFGFHGGFFFGHEDCCEFGFEEDEFGECFEEFFFFFFDDDDDDDDDDDDHIFBCCDDBBCGFEDDEFEEEDDFFEEEEDEFFGGEFGGGECADDDDDEEEGFDDCDDBDCBFGGFDJFEDDEEEGGGCCCCDFFGGFGGHEFEEEFGFHGFFFGGGGGHGGHJHFIIIIHGGGGGHHHHHHHHHHHKOyMCGFFGEEEDDFHFIGFGGGGHEDBCBDHEDDDDDGEDDDDFFGFGCDDDDEEFCDDDEGGGCDDDDBBBFFEEEEEEEDBCGEEFEEEEFHGGGGGGGEDBFDBCDDDCGEBEECBBDDDEFEFFCEEEEFFFDEECCBBBFFFGFFFGEEFFFGGFIHFFGGGGGGIHHHJKGHIIIHGFGGGHIHGGGGGHHHLMzNFIGGGFFFFFFGFIGFEJJHGFFFEEFEDDDDDDDDDDDDDDDFGCDDDDEDCDDDDEIGGGGFFECDEEHGFEEEEEEEEFEFEEEEEFFDCFFFFFEEEEEEEECCCCCBCCCDDBFFDDFFHDFEEEEDCEEEEDBBBFFFBFECCFEEFFGGGGGGEDDFGGGIHHHIJFGGHIHGFFGHGGGJGGGGHHGJOyNFIGGGFFFFFFFFIGEEHGGFFFFFFFEDDEDDDDDDDDCDDDFGCCDGHEDBDDDCDDFFFDBFFCEEFHGFEEEEEEEEEEE[email protected]BGFEFFFGGGGGEDDFGGHIEDDDCHGGHHHHGFGHGGGJGGGGHIGJPxNFIGGGCDDFGGFFFGDEFHGFFEDFFFFGDGFDDDDDDDCDDGGGCCDFFEDBDDDDCDDDDDDFFEEEFEEEEEFFFEFEEEGIEFEEECDFBDEEEBDEEEEEEBBBBBCCCDDDDDDEIEDBFEEFFFEEEEFEFFIFBCBCBCCAIGEFGFGGGGGGGGGFIIIGGGGFIHHGGIHIFFFHHGHIIIIIHHHQzNGIGHIEDCFFFFGGHHFFGGFGFEFFFFHADDCDDDDDFIEDGGGEDDEDDCBDDDGHEDDDEGGFEDDDDEEEEEEEFEEFEHEFEEDCBCHABDEEDDDDDDEECBBEDDDDCCCCDEEGFCBFDFFECEGGFEEEEHHABBBDEEDGGFFFFGGGGGGGGGGIIIHHHGFHGGGGGHIJHGHHHHIFHIHHIHP{OGJG[email protected]AAFEEEEEEEEEFFEEEEFFFCBBBIAACFFEDBBBBEEBCBGFFFFCBBCDFFGGBBFCFFGFGICDEEFFFFABBBGFGFFGFFFFGFGFFFGFHIIIIIIIHFFFFFGG[email protected]FBCDBECBBDDEDDFEDDBCGF[email protected]IIEBCDEEBDEFFFFFGFFFFFFFFFFGFFFFFFEIIIIIFDFFGIHDG[email protected]EDEEDECDDEFHDDFDCCBDEDBDEEFEEDDEEGGDEEEDCBCDCFFEFCCBCDEDBFCCDDDCADDDDDDCBCCCDDDDCFDBAEEFEBBAEEDEEEEEEEEEEEEEFGFGFFFGFFFFFHHIHHGEGGGHGEGFFEGEHIIGGJKHHIJJL{JGHGGGFFFFGGEGCEFGFCDFDDCCDGFFGFGDDDDCFFECCCCJ[email protected]GEEFFEDBDDDFFFFEEEEEEFDCBBBEEEEEEEDDDDDDDDDFGFFFFFFFFFFGGGIGGGGFFFGGFFFGCIIHIHHIFKHHIJJL~HHIGEDGGGFFGFGFEDDCACFBCBBBDFFFFDFFFEDCDEEEEFHFFFFFFFFGHFDDFGEFFGGGGFEFEEEDEEFCCCEEFEEEEFEECCCFEEEECCBFCADEGFECDEDCCCBDEFFFFDBHFEGGFEEEEECCCCCFEDDDDDCGFFEDDFFFFFGFGFGGGGGGGGGFFHIHFFGFGHGGHHIFKHHILKOۀMIIGEDGFFFFGFFGFDDEFFFBBCEFDFGFGHFFFEDBDEFFFFFFFFGGGGGFGEDCEFEFFFGFGFEEEEBAEEFBCCEEEEEEEEEECCCEEEEECCBEEEEECEFBDEDCBBBEEFGFFDBCDEGGFFEEFFDCCCBFEDDDDDCHGGEDDFGFFFFGFFGGGGGGGGGGFIIGFFFFFFGGHHIGKHHIMKNڀLKHFFFFGGFFFFFFGFGFFFFBBCFFFFFFFECCDEFCDDFFFFGGFFGFFGHCDDDCCDBFEEGCDGEEEECBBDFBDEFEEEEEEEEEEEFBBCBCEDBCDECCEEEEFEEEBBAHFFGFDCBBDEEEEEEEIEEEDEEGGFDDDEEGGGGFGGHCDDFFFFGGGGGGIIHHHHHDFGFFGFHHHIIIIIIILKOۂKHHFFFFFFEEFFFFFFFEADFBCDFGFGFGEDDEEFGBCDCCEFFFFEEEFFECDDDDEDBFECDCEFEEEECBBDFDEEEEFEEEEEFEDDCDDBBCEECBDEEEEEFEEEEEEEDGFFGGFDBCDEFEFEEEGEEEGHIDEEDDDEFGGGGFFGHCDDFFFGGGGGGGIJJIHHGEFFGDGHGHHIIGGIIIIJPրJFHGFGGGFDDFGGGGGGFDEFACEGGGGGGEBEFGFEACCEEDFFGECDEGFGCDDCDGDBFFHCCEEEEEFCBCEFFFFEFEEEEEEEEBBAGEBBBEFCBDFFEEFFFFFFFFFFHGGHHHDBBCEEEEEEEFEEFFGHBCCCCCCBGGGGHGGHCCCFGFFGGGGGGJ[email protected]ABADGFDCIFFFCCEIFABBEFEDBFEECCEEEGECDDBBBBBFFEEEEEEEEFFFGABCBBBBBBABEEECBBBBEEBBBACEBAADFFFFFEEEFEFEEEBBBHGFFFGGGGGGFACEGCEGGGGFGGGGGFFGHHHFGGFGGGFFGGFHIFGFHIJJKwFGFDGDEEFEEFFEEFGFEDEEFDFFDDDDHFEEDDBCBBDFEDDGEEEDDDFDCDCDDCBCFEEDDFEDGEDDDCCDBCFFEEEFEEEEEEEFBCCCCDDDBBCDEEDBBCBDDBBBDEECBBDDHFEDFEEDFDDEEDDDGFEEFHGFFFGFBEFGDFGGGGGGGGGFFFGHHGGFEEFFGGGGGGGHFGGHIJJL{KIEDGEGFFFFCADEEDEEBDEHCFFACBBEEEEADDDDDDDDDDDDDEEEBBBFGDCCFBDEEEEEEDBCCDDDDEFFFEEEEEEEEEEEEEFBBCBCEEFBCCBCEDBCBBBCCBBFGDBCCBBEEFCGEGHFCBEEEFFFFEEFEFGGFGFCFFFFGGGGFFFGGGGFFFFFGGDDDEGGGGGGGFFGGGHIJJLGIFFECIGFEDCDEDBCCCCCCDCCEDCBCBCCCBDDDDDDDDDDDDCCCCCDEFECBCFDDDEEFFCBBCCDDDDCCDCCFGEDCDEFFFFDCBCCCCCCCBBBCCEDCBCBBBCCBCCCBBBBCCDFEFEHKEEEEEFEDDDCCCCCCEDDDDFFFFGGGGHGFHHHGFFFGFFGFFFEDDEGFJIFFFFDJKJHO~LIFFDBJGFDDDDFDBBCCCBCBBBDDBBBBBCCCDDDDDDDDDDDDCBBCBDFFECCCABDDCBFFCBBDDDDDDCCBBCCDGECDEFFFFDCCCDDCCBCBCBCCEDBCCBCCCCCBCBCBBCCBCEEFEEEEEEFFEDCDDCCBCBBDDDDDFFFFFFFFHGGDDDFFFFFGFFFFGEDDEFFJHFFFGHKKJHOIIFDDCGEDDDDCHEDCEEBBBBBCBCBCCBCBBCDEFCDDFGGDD[email protected]CBBEFFDCBBBBCCDFBBBEFFEEEEEEFEFEGFECBBBBDDDDDDDDDEGDDFGFFGGFFDDCGFGDDGGGFFFHHGFFFGIKKJJM}LHHFDDDDDCBBCGCCCDDDDDDDDCCBBBCFBBCEGICDDEEEEFCCCBBBCDDDDDCCCDDDDEECCCDDDDDDCBBBCFGIFGCCCDEFFFCDDDCBCBCBCCBBCBCCCCCDCBCCCCBBCHACCDDEEDDDDEEEGHFEDCBCDECCCEEDDCFFFFEDEGGGGFFEEEEFHGGHGGGFFGGHHHHGFIJJJMzOGJGECCCDCCDBACCCCDFEEEEFFGBBCB?BCCGGGCDDDDDFHBCBBCBBBBBBBCBCDD[email protected]BBBBDECCBBFFFGGFEBBBCDFBCCFFCCCHGGGFCEGFFFFFFFGBEHIIIGFGGGGGIIIIHGIIJKL|[email protected]@AEEFEEEGBFDBEBCBCFFGCDDDDDCBHFBBCBBBCBCBBCCDDDDDDDDDDDDDDDCBGEBBBDEEFFEEEFFEFLFDCCBBBDFFFBADFFEFFCCBBBCCCBCAGFFFFFD=CDFADBBBGFFFFDEFBBCCDGGHBCCFGGGGFFFFGFFFGHHFFFFGBCGGFFFFFFGFGJGPyKGGGGEFFFDDFFECDEEEEEEEEDFDEDBDBDCCEEECCCCEEDCFDBCCBCCCCCBBBCCCCDDDDDDDDDDDDCAGDBBBBCDDDDDDDEFFHDDDBCBDDEEEDCDEEEEEDCBDDDCCDDCFEEFEEFDDDECFFDDFFEEEGFFBBCCDFGGDEEFFFGGFFEEFFGGFGHGGFFGCDGGGGFEFGGGGJGNIHGGGBFEFEFGFEEEEEFFEFEDBEEEDCBDECBBBBBCBBGGDDDCBBBBBBCCBCBBCBCCDDDDDDDDDDDDCAICCBCEDCCCBBCCCBGEBEEBBBFEEEEEFEEEEFEEDBFEECCEEEEEFEEEEEEEFEEDEEEEECCFFFBBCCDFGGFFFGFEHGGEDDDFGHEGHGFGFFIHGHHHIIFFFFGJJI߂[email protected][email protected]@[email protected]FGGFFDGFFGCGGGGFGFIHFGGGHIHGFHHHKK߃MJFFGCFDCDEGFFCCBCCEEFCCBCCBBBEEEEDBCBEBBDDFDCDCBBBBCBBBADEECBCCDDDDDD?ADCCCDFDDBCBCBBCCCCBBDDCCCDADECCCCBBCECBCCEEEEFEEEEEEEEEEEEEFFGEFEDCCCBFEEDDEEFEFEDDDEFFFGGFDEFFFFDHFFECGFFFFEGDEFGGGHHHGFHILMLނHFHGFEEDCBCFEEEDBBBBCFFCBBBBBBFEFCBCDEEDBEECABFDBBBBCBCCBBBBBBCCDDDDDDDDDCBBCGBCBCBCBCDGEEDCEGCCCBCFEEEDCBBBBCCBCEEEFFBCBBBCBCCDFEGLKLEFFEEEFEEEEEEFEEFEEEEEFEEFFHDGEDDDEFFGIBHFFDDFDFFFFGGGGHEFFFJLKM~IGHGFEEEDDEFDGEDBCCDDFFDDCCCBBFEEEDDDCFEDEECBBFEECBBCCBCCBCCBBCCDDDDDDDDDCCBEBBBABCDDEBEHHFCCECCCCCEDDDCBCEDDEBCCCDFEFDDBBBCDDDEEEEAEHCDDDDEEFCDDEEEEFCDDDDEEEEFGGEFEDBGHGFHJGFFFDDHJHGEFGGGGGEFFGIJIN~HGHHGFEEEFEECHDDC[email protected][email protected]ED?CGABBBCFFFEFGGGGDDAHHGGGG[email protected][email protected][email protected]@BAGABCBBBDFBDFFFIECDDDCBBBAFFGCCCEHCEGDCCEFFFGGGFGGFGFGFGGFJIIHHHILtMIIEFHEEEEEEEEGEDEEDEEHGD[email protected]CEEDDDDDDDDEFCBDEFDCBBBBBBACABEEBABDEBCDEEBB=DBCCBBDFBDEEFGEDFEDCCBCBEDD[email protected][email protected]@[email protected]@[email protected]HIrKFHEEEFECEFEEEHGDEDABBFFFCDFFFD?CEEFBBDDDDDFEBCCCCCCDFEEEFCBCCBCCCCCCCBBCCBBCBCCEEECEFCDDCCCCGEEEFEEDCCBCBBCBCBCBBCCDACDCBBBCCEGBHCBDEBCBCBCCCEFGGGFFFGGGEEEEEEFIDDFDDDEGGGFFEIHHGFFFFFEDFGHGGGGGEEHIMwPFHEEEEECEEEEEHGDEEEDBGFFDDGFFEJGEFFCBDDDDDFDBCCCCCCDEEEEFCCCCBBBBBBBCBCCBCCBBCCEEEDEGDDDCBCBGEEEEEEDCBCCCCCCBCCCBCCDACBCBCBEGEGBHCCEEBBCCCBCBFECCDFFFFFHFEEEEEEDDDFEDDDFFGFGFIGDFFFGFGEDFGHGGGGGHHGIPzIEFEEEEEEEEEEEEGDEEFEFCDDDDFFEEEEEEBCBDDDDDDCBBBCBCEFFBCBBCDEFBBBBBBBCBBCBCC[email protected]DEEEEEEDEGEBGFEEFEEFFFFDDDDDDFFGFFFFFGGGFFIDFFGHGG[email protected]BCCCGEDBCBECECACBCDDCCDFDCDDDEFGEDCCCBCFDCDADCBEDDDDDCBDCBDDDCCCCCBBBCECDDEDDEBDAACCBCCFECDFFDEDDGFEEEEFFFFFEDCDDEEGGFGFFFEEGGGCCFFGHGGGGHGIGISyHDDEFEEEEEEEEEECBBBBDFBCCCCCDEEEECCECBBBBBBEEEEEEEEEEFACCGGEDBCCCGBEEEBCC[email protected]BBCBAFFFCGGCCCDFFFFEEEEEEEECACDGDHGGGFFGHHFGGEFFFGIGFGGHHHGKJ|LGDEEEFEEGHHFEIGFFFFFEHGGGGGFEEFHCBBBCBDFFFEEEFEEEEEEEFFZDEEDBBBBEFECBBCCEFFCBBACCCGGGGGGCBBCCBBBABEBDEFFFFBCCCCBEFFFGBDFCCBADBBCCDFFGACCCBBEFEFHFEFGGGGFFECGEEEEFEGIFGGFGFCEFFFFFFFGFFFFGGFHJFHHHHGJQzOGEFEEEEECCCEEGGEDEFFFEEEFFFEDDCCDDDDCBCDEFGFEFEDEEFEEEEDFEEDDDCCDDDCCBBCEEEEBDCDDDEEDFECCCBBCDCBCDFBCEFEEECCDDDDDDDDEABCBBBBCDCBBCDDEBCBDBDDDDEEFFFFFFFFEDDFFFFEEDBEEGFFGFEFFFGFGGGGFFFFGFGHIFHHHHGJOuKGFFCEEEECCEEEEGEBCFFGCDDFFGDBCACEFEGDBBCEEDEEEDCEEEEEFEFEEEEEEDBBCCCBBBCEEEGBFEEEEBBBFFFCCBADEDCEFFCBDGEEEBDEEEECBCCBCDFDCCCBFDCCBBCCCCBBDFBBCCCEEEEEEFEDDDEFFFECBCDE[email protected]BEDDGECBBCCCDFADDEGDCCCEEFFECCCEDBBCCBBBCCCCCCBFEEDCCBBCBDCBBDEEDCCDFEEEFEEEBCCCCCCCCBBCDFDDECAHFCCCCBCCBBBCCDEBCBCDEEEEEEGDCEDGFFEEEEEGFGGFFFFIFIIHGGFFFGFGHHGGGHHJLJL[email protected]ACCCCBBBBCCBCCB[email protected]CBBCCEFFEEFGDGJHFFEEEFFEGFGGGHGFIJGLKFFFFFFFGHGFIHHHIHHN{NGFEEEEEEEEEIEEEECCFFGFEDDDDCBFDBBBCBBCBBEEEFEEFGDDDDCFEECCCDFCDDFFBBCCBBBCCCBBDFEEEDCCCCCBBDEEEEEFEEFBBCCCCCBCDECCCCBCCBCBCDEFFFFFEDBBBCBCCCBBCBBCDEGCEGGFEHGFFECCFFFFEGGGIIHHHGJEGFGCEFFGFGFIIHHIJINzKKFEEEEEDEEEGEIGECCFFFFEBCCDDDFDCCBCBBEEDCEEDDDDEDDDDDDDDCCBEIBDDFFDDDDDBCDBBBBDEEEDCBEDCCBBCCFEEEEDDCDDDDDCBBDCFDDBDEBCBBBBDEEDBBCDCCCBBBA?BDBBCBCDCFCDEFFFG[email protected][email protected][email protected]@@AAABCCCDAEBCCFGHGGHGFEEFFFGGGFFCEGFFFGHGDGGFGFFFGGGHKIIKLOvNGGFEEEFFCBEFGGGGGGFEDFDAFFBDFABBBBBBBBCFGGJHEJJFABDDDDEHGFCEFGGGGFBFCCCDCCDEGBBB[email protected]@ADFGGGGFDADFABCFGFFGGGGGGGICGLMDDGGFFFFHIGDGGGHHHGMQzNHEEEFDFFDDFEGFGFFFEEEFDCCCBCEABBCCBBCCDDDEDEEHHFCCDDDDDEEEDEGFFFFFDGCDDDDDEEFBBBEEBCDDDDEEDCBEDDECCBBCCDDDDBCABDEEDCBBCCCCCCCBDECEFDBBCDCBBCDCBAABEFFFGFFECDEBCDEEGFGGGGEEFHEEGHHHFGFGGGHHFFHHHHIJILP~PHBEEFBGEEFFDFGGFFFDEGEEEFECBBCCBEEBBBGFBBCFFEHGGDDDDDDDDEEEFFFECFFFGDDDDDDFFFBBCEECDEEDBEECCBBCCBCBBBCBBEEEHCCCDDCBBCBCBCCBBBGFFEECCCCDEFECDEEDCBCFGFGGFFEBBBBCDDDGFGGGGGGFFFFGFHHGGFFGIHHFHIIJLNGGKOyMHFGGGDFEEFFGIFGGGFFFGFGHGFFEECCCCCBBBG[email protected][email protected]FGGGFGHIHFGGFFFIHGHHHHHIJLLIGKTxMIHGGGFFFGGFGIFGGGGFGFFGHGGFEEBBCBBCBBDFCCDEDBFEDDDFEDDEFFFEHCFFEFFEEFD[email protected]CECCBDECDEDCEEEFFGEEGFFBDDGGFFFGGGGFFHIHHFGFFGFIHGHHHHHHGFGGHIOyMIIGGFHGFGHGGGFGGGGFHEDEFFFGDBBCBBBCBCBHEEEFEEFEDDDGEDDDDFFFFFFEDDCCEEGHIGFDCBCDEEEEDBFEECBCDEEEECGEEEEEEEEBCAJOKDEBBBFCFFABCCCDECBBCBCBCEEBCBFEEEFEFFCEGFGFFEEFGHGDEFIHHGFFFFFFFFFFHHIIIIHHHIHHGHIGL[email protected]GEEDCCEGDEGFFEDEABDDDEFFEEDCBCCCHDEEGCDFEEEEEDCEDICDCCCBDEEDDBCBCDECBBCCABCDCCCBGEDFFDCDFDFEEFFEEFFFFEFFHHHGFFEDHHHHGGJJIHIHHHHHJIHIIILP{QIHFGFIGH[email protected]DEEEFABBBBDGHEDBBBBBAICEHIHFEEEEEEECIEGGDCCCBBCEBGCBBBCECBCBBEFHCBCCCGECFFCADIDFCDFFEEEEEEFFFGGIGGGFFJHHIHHLLJGHHHHHHHIIIIIHI|OIHJHGFKHFFFHJFGGFFFFGFFFHHGFEEFFEEEFEHBBCCBBBCCCCCDDCJGDDDFDAFEEFECCCCCCEEEFEFFFFGHGFEFFFFFFFFFEBBEEEFEEEEFDBBBCCCBBBGFEFEBEFFFECBCCBBCEFFBCCGGGDCCCAHGFGGGGHEEEHHFFFFFFGFDIDDHIFFIHHHIHIHIHHHIIIINNRyMNKHGGFIHFGGGHFFFFFIGGFFGEEFFFDEEEEDEEGDDCCCCBDDEDDDDDDDDDDEDBGFFFECCCBCCEEFFEEEEFFGECFEEFFFEEEEEDDEEDFEEEFFDDBCCCCBCBFEEDDBDDFEECCCCCBCDEECDEFGFEEDDCGFFEFFDBFFFGGFFEGGGFEEGEEGHGGHIJGHHHHHHHHIIIILLOxJMFGGGGGGGGGGGFFFEFHGFFFFFFFFGCDDDCBDEGFFDDDCCBDFDDDDDDDDDDDDCGFFFFDDDBBBEEEEEFDDGFFGGEEEFFFEDDDEEFEDBFEFEFFDFBBBCBCBBFDBBCCCCGEDDDDDDBCBEFHGGCHFFFEEEEEEDDFCDEFGFFFECGGHIHFFEEDHGFGGGFGGHHHHIHHHHIJJMxMLEGGGGGGGGGGGFFFEECEFFGFGFFGGDBDDCDGEGFGDDFDCBDFFFDEFFFFFEBCCGFFFFDDDBBBCDEDHBCDFFFGGBGDDDDDDDDEEEEDBCDEEFFEFEEEEEEFCCBBBCCCCDDDDDDDDBBCCGGGGFDDGFEFFEGDDDFDCCDGGFFFEIHHJJGFEHGHGHJHFHGFHHIHIHHHHIJJRtOLFGGGGFFGGGGFGFFFEDFGGFFFFFFGECDDDDGEFFGEEGDCCDFFFEFEFFFFFFECFFGFFDDECCCCCEDHBCDEFGGGCGDDDDDDBDEEEEDCBDEEEEEEEEEEEEFCBBBBBCCDDDDDDDDDBBBCGEEEFFIGFEEEEFDCDFECCDFFFGFFIHHFEFFEHHHHHLIGHHGHHHH[email protected]EDDFFGGDBDFFFFGGEDBBCEEEEFFEEGGGFEEDDDEGBCBAEEDBEEFEEEEEEDBBBBCBCBBBBBCDDDDDDDDDBBBEEBCCFEEEEEDCBDEDDFJGFFFDDFFFIHHEDFHHEJJHGDFFFGHGFFHHHIHKLMKRpKIGHHHHHHGGGFFHGFGFGFEGFFFEEFGCDDDDDEEEFFGGGEDEEEEDCCAFEEFFEECBCEEEFGGEEDCCDDCFFHGFFGHADEDDDEGFFDBDEEDHFEEEEEFCCBCBBDDDEDCBBCCFEDDDCBBCEBEEDDGFGGFEECCDEFDDGIFGFFFFFFFHGGFEEHHEGGGHKHFFGGFFHHHHHHKLMKQsKGGIIIIHGGGGFFFFFFGGEBHGGEEEFGCDDCCCCEGGHGGGC?GEFFECCBHGGGFDCBBCDCDHHHEEEBBBBAFFGDDGGIADFEDDFHHGEBBEEEEEFFFEEFABBBBBEFFHDCBBCCHFDDDFFGBFBEFFCGHHGFFFCEFFFDDGIFGFGFFGGFFEEGGEHHEEEGGIGFFFGJKIIHHGCJLNMSmLKIFGIFGGDDFHIIIIKFGGHBEGGGEEECCBDCBIEEDADEEEDFFEEECCBFEEFFDCCCBBEEAAAFFEFFFFFEEEFFECAGDBBBBBAABDHHEEEFEEBCEEEFFFFFBBBBEECCFDCABBBCFAAGFFFEBBAEEFFEBA?CBBEFEFLKIEGHGGGFLMC[email protected]CHEEEDEEDDDBCDDDBCCFFFEGECBBBADDBCCFDCEEFFFCDDEEDCBEDCDDDCBDCABCDDDDEEDDFEFDDDEEBBBBEDCDFFE?ACCCECCFFGFECBCECCEEDEEDDDDEEDEACFFFFGFFIJHGFGGIIHHHGGHFIGGGGGGIJKKKJLMzMDGFFFGHFDDFFGCEFFFFGGGGGDDDDDDCCCCDGEFEFEEBCDDCBBBBDEEFGDHFDCCCCCBBDEEDCEEEEFFEBEEBBCBCCEFFDBFDBBBBCCCDEEEEEFBCBEECCCBEDEEFDPVBCCCBDEFEDEEBADDABEEEEFFFFCCEDCCDEFEEHGFGHHGGGGGHHHHHHIFGHHIHG[email protected]GFFCDFFEEECCBBCCCDEEECCCDCCCDFEFBCEDCCDEFDBBCBCBBDFDDFFFBCECCCCDBHDGDCCABDDEEBDFEEECCEEEEEEEEEFFBDFCDGDEEEEFFFGFFGHFFGIFFFGHEGHIGHIIHHGFIIIIIIHN|NEGHHGHGFGGGGFGFDDDDEGCEGGGGECGFEFFFEDGFDBBFFHCDCCCBDEFEECCEEEFECCCCBBCDEEEBBBCCCCDGFFBDEDCCDEEDBCCCCBCDECCEEFBDEDCDDEBHEGDCCBCBADDCDFEEEGGDDFFFEFEEEEBDECDHEEFEEEFFFFGGHFFGHFFFGHEGHHGHIIHIHFHHHHIIHMzLEGGHHIDEFGGGFFFFGFFECFFFGGGEDDDEEFFGFGGGFFFFHCEFFEBDEEEECBEEBFEEEEBCBBDFEEBCBFEFEFHFFEEEEEBDEDACEECCBFEECBCDFBDEEFFHEDEGFEEDBFDBAABCCBDEEEBAFGGFEEEFGEFFEFGFEEEEEFFFFIHHFEEGGHHHGGHGGGGGHHHHIFGHHILLIwNFGGHIBEIGFGFFFFGFFFFEGGFFFFEEEEEFFFGGGGGFFF[email protected][email protected]@BBACCCCDEDFECCCDFGHFFFFFFFEEEEEFFFEGHHEEFGHFFGFFIGFGGGGGHHIGGGHILKK{QFGHGHGGEEFH[email protected]BBGECBCECBCDEFFEFGABCBCEEEEEEFFDCAIHGFFIHGDDDEEBBBFDBDDCCBCDABCBDEKEHHGGFFFFFFEEFEEEEEEEEEEHGDDEGHDEEEFHGFFFFEEGHHHIJHHLJLJJGEGHDEFEEEEEEFFDCFDBHBIIFCGFACFEFFFGGECFGGEBHGG[email protected][email protected]HHHIJFFFHHHHHIHLMLLJL{MGFFFGEEFEEEEEEFGCCEEFBHBCDFGFBDEDDEFFFFDFGFECFFFDDBBCBCDDDDDDBFFFEDEFDDEDDDDDBCDDDCDFCCBCDDDDEDBCDEEDFEFDDEFGEFHEDEGHEECDEECCFDCCCCBBBDFDCBBDGFEDDFEEHEFFEEEFCCCEFGFGDEFFIIEGGHHGGHHHJHGHHHHHHILKJJJLzNCEFFFEEEEEEEEEFFDDDFHBGEGGGFFBDEBABDEEEEGFDDDDDDDCCBBBCBCBCBAADFDDEEEG[email protected]EEEECBHGGDEGDCANGFFEEEEEEEEEFGGHHHGHHFGGHHGGHHIGGGHIIGHHJKIIIIL{[email protected][email protected]CCCBEEEEFAGEEEDFHGGGFFFFEIGFFEFHEEEEFEEHJHGFFFGHGIGHHHHHIGGFHIHHHHIIJKLFKyIEDFEFFFFEFFFFFFFFFDDDFFCBFEDBHDEEACEEEEEFGECDDDCCDEDBB[email protected]BEEECCBBCCEFEEEBGEEFIHHGGGFFGFFGFFFEEHEEEFEEFEDHHJIIGGFIGHHHHHHGFFHHHHHHIIKLLIPtLEGHDEGGGFECEFGECEEEFEEFCBCEDBFFEEEEEEEEEFGGDDDCBCCEDC[email protected]CCCEEEEAAEEFEEDBBDEFEEGHEEEEFGDCGFGFEEEEEE[email protected]BCEDBDDEEEEEEFFGGHGDD[email protected][email protected]GFFGHHGGEDHIIJHGIJKKKLKMsKDEEEGGGFCBACDDCBDEEBAABBBBECABDFEEEEEEFGIJFDEDCBDEEEFACEEEEDBBCCCDEFGGGGFEBDFBDECCEEEIGFCCDEFEDCBBCCAIBBBBEEFCCFCHBCFBDEFFCBBBBBBBBBADAFGEBDEEEEEEGMDGHDDEEEEEEEFFFDIFGHJJFEEIGKIHIGFDDHIILLKGIKKKLJKvMJLIKGCEGDEHEDDDDHEIIJGFDGGGGHCDCFGEEEGGHDCGDADDDFGEFEFFEGGGDBDEFFFFFFGFFC[email protected]EFFEEFHFFIILFGHIIGFFEFECCFGFFGGEDCHIDFGGGGGHHHGJJFGGMLKKKHLLvLLIHIFIGFEEGFECDEGDGGGEEEFFFFFCDDEEDEEGEDDDGFFCDDFFEEEEEEFFEDBGFFEFFFEGFFCCEEEGFEEEEFEGGDEEDEFDDDDDDCBEEEEEEEFCDDDEEEFBDEGFDDECEECCDEEGGCADEEEEGFEFHHEGEDHHGFFEEEGGGFGEFDFFCFHFFFGGGGFIHGKIHHHLKJJJJMMwKPHHGFFFFFFFGGCEGDDEEFCEFFFFEDDDDDCBDEGEDDDGEDDDDFFEFEEFEDCDCBB[email protected]EFCCEEEHHEEFEEEEGDEEHICGEFHHHGEEEFDDFGGCHGGGEGHGHHGGGFDLJJLHHHHLJIHILMOzQHIHGFGFGDDDFGFFGDDGFGCEFEEFEDDDFDCCEFGFDFFGEDDDDDEFFFFFFEEDCCCEFFFFEEGGHFEEDCCEGFFEFGGFDDDDDCFEDDDEDBFEEEEFEFBCBBCEDCDDEDDEEEDECCDGCCDEFFECEEFFGGGGFCGFFGGGFEFEFEEFGHGHGHHHIJHJKIHGHFKJLIGGHJQKKKKLMOzRFHHGFFFFDDDFGGGGEEGGGDEFEEGECDEGEDDFHHEDGGFEEDDDDDFFGFFFFEDDDCEFFFEEEGGHFEEDCBBBEFEDCFEDDDDDCGEDDDFDBFEFEEEEFBCCCCFDCCDECCEEEEFGGHGCCBDFFECDFFFGGGGEDGFFGFGFFEEEEFFGHGGGEEHGFIHGHHGHHEFHHHHHKKHKKKLMNyODGHGFFGFDDDFGGGFFGGGGGFFFGGECGGHGFDGHKEDGGDFGCDDDDDDIFFGDDDEGCDDFGFCEGFFFEEDCBBBEEFEFCDDDDDDDDDDDDFDCCDEFEEFEEDBCCEEEEDBEECBCBEHGGEEFBDFEECCFGGFFFFFFFFFFFFGHEFEEEFGHGGHHHGHHHHHHHGGGJEHJJJJKGHIHILKMwMDFIGGGGGFFFFFFFEFFGGFHEEFFFFEGGGFFEFEIFEDDDEECDDEEDDEGFFFEDDECDEFGFEFGFDFFFFFEFFEEFFFGGEDDDDDDDDDDDCBBDEEECFDDCBDDEEEEDBEEDDDCEFGGEEFCABEEFFGGGDEFFFFFFGGDEGHFFEEEDEEIHHHHGHHHHHHIIHGHFHJJIIIGIJJJJJOwNDFJHGGGGGGIGEEHKFFFFFIDDFFFFFFEFFFGGFFFGDDCCDDDDGGDDCGGGGFDCDDEGFFFFGGGIGGGGIEFHDDGGGGHECCCCCCCCCCBBBBDFFFHHCBBBFFFFFEDBFFEFFLHEGGEEED?BEEBFHGHDDEEFEEGHGBDHIHFEEEFFGDEEHHGHHHHHIHJIGHGGJJGGGGILLKHHPwNJEFGGGGGGFFFFFBEFFFFFIDDFGIIIIIDCDCEFLHGJEHEDDDDCCDDCGECCCDEADEFFGFGGGFFFFGFEEDCGGFFGGGGHGGGGGGGGGFFGBBBEEEEGBBBBBBBAFEDBBFDBAGHGGEFEFGFEFFFEHGFHHFBGEEEEGHGCCGHHHFFGDEEHHGHHHHHFKJIGGGHJJGGGGKJHHLLVzQHDGGFHGGGFGFFFEGEEFFFHEEFGHEDDFECCDEEFEFKIEDDEEDDDEDCFEDCCDEADDFFFGFFGFEEGFFFFEDFGFFGGGGGGGFFFFFFEDDDDDDFFFEEBBBBBCDCHGHEDFGHDGHGFEEEEEEDCDKIGGHGGFEFIHEFFIICEFGGGGGGIHHHHFHHHIJIKIGJHHIIIHHHHJJHJLLT{[email protected]FHHFFFFGGDHFFFGGGGGFFGGGGGGGFEEFFDCCCAHFFFFFDBCCBBCDGDIHHGFGEDHFDEFEEFFEEFEDFHGFIHHGGGGGEEEFHBFDHGFIHHHGEHHFHHHJKKLKGMJJJIHHIIHHHGKLIPzJHCGGGGHEFFFGGGGGIIFHEDDDFFFGHFFFEDDDCFECFHFEHFEDDDFGGCDDFFFCABEEIIGFGFGGGHHHDGGGIHDEGGGGEEGFEEFFDCCCBFHEFGGCBEDBADEFEGGGGGGCBDCCCDEDCFDCFEDFCIGLKGGFIGGGFEDFECGGEEGHIFGFGGFEGHIIJKJFJGHHHHHJKHHHJKLJ[email protected]@DEDEGFFFFFHHHHDGGGFECEFFFFEEGFFFFGEDCCCEHEEGGDBFDBADFFEGFFFGGCCBDGDDEFGEDCEEDGAIHKIEGFHGGGGHIGECHGIIFHIFFGGFFEGIHHGFEEJGGHHHHJLHIIKKKJN{OHHFFFFFFGGGGFFFEEEEEFCEFGFFFGFFEEFGGGIHGFFEEDFFGGFDGEBDEEEDCBBCECDGFEEEEFGFHIFGGGFBDEEDCFGGGFFFDFFEEEEEECGGFEHCCCCEEEGGFGFDCBBBFFEEEFEEECCFGBFFHGGGGBHFGHHGGBFIEFEEGGHEHGGFGFJIIHDFFJJGHHGGHIHJLIIIIQuMGIFFGFFFGGGGFFFEEEFEEEFGFFFFGDEFDDGGFHFEEFGIGEFGEDBEDDEEEFGFEEEDDFHEEEEEFFFGHFGGEEDEEEEDGGEFGGECDDEEFEFEDFFFEFDDDDEEFEHEFFEEEBBDEFGECFEECCCFGACDHHGKFGGGEDGHDFGEFFEFEIGHHHHHHIHIJHGFIJFGGHIIIHJKKJIJRsLGJFFGFGGGGFFFGFFFFEEEGFFGGGGHCEFCCCEEGEDEEBHEEFGDDFDCFEFEEBDEFDBEGIEEEFFGGGGHGGGGGEEEEFFIIGGGGFDEEEEEEEEEEEEEFFEEEFFGDIEFGGFFABCEEBBAFEEBBFHHDFCGHHEHGGFFEHIFEEEGGFEEJIIHHHIHIGILLFFHKEFFGJKLHHFKKHKUtMFGFHCGGGGGIIJFECCDGGGGFFGGGECDCBBCDDBGEDEFGDHHDGDDEFFFEEEFFFEEFFFFEBJJCBCCFCAFEEEEEEEGECEFGDCCCDFGGGGEFEEFHFEHCEEFECAFEEEEEEFGEBEFFFFFEEHHBDEFFFEEFBGCDFDDCBAIHGFFDFGFFFHHHGKHGIHGFHHHIIJJJKLHIIHINLQwMFHFHEGGGGGHHHFFCDEFFGFFGGGGEDDCBCDDDCGEDFFFEHFEGEEFEEEEEFEFEEEEEEFFDHGDCDEFECFEEFEEFEGEDEFFEECDEFGFFGDDDEFHGEGDFEEEDCFEEFEEFFFDCDFEDEGFEEEGFEEFEDFFBCIIJHIHHGGFFIGHHGGGFGHHHJHGIJIGHHHHIFGIJKHHIJJMMQyMGHGGFGGGHHFFGFFCEFFFFFDGGGHDDDEFEEDDCGEDEFFEGIHGGGEEEFEEEEEEEEEEEEEFEEEEFFFFEFEEEEEFEGEDDDDCCDEFGFFFHADFEDCGEEEEEEEEFEFEEEEFFFDBFJECEHGEFEEEFEEECGHGFGGFFJHGEEGIHCEFFIHFGGHIIIGIKKHHHHHHHGGHIHIIKLMOR~NDGHGFHGFHHGGFGHDFGGGGEEFFGECDDDCFCDEFEECCDFGHIIDEFEDBFEEEEEDBFFEEEEEEFFGFFFFEEDADEEEEFDCDCBBAFEFGGGEEBDFEEEEEEIGEEEEEEEEEEFFFFEEEJGFFFIEGGCFGGFEDIHIFHGFFHHHDGGHGCFHFIHHHHHJJKKKIIHJGFFHHHHEFKJIIIIJOMEGHGFGFEHHGFFFGEFGGFFEEEFFDCDDDCFCDEGDDBCDFGHHHDEEEDBEEEEEECBFEFEEFFEF[email protected]EFGGGGGGHIFHGIEIFEFGHHDGECFDFHFIHHHHHGEMKKIHHIGJHGHHHGLIJIIJIJQyMIHDEGEFEHIGEFFEDFFGECFEEFFFECGFEFFFFHACBCCFFGFFEEFEDBCDFEEBBBFEEEEEEEEFFEFEGHEEECCFEEEDBCDFFEHCCBCDDCFEECGECFEEEEFEEFEFEEEEEEHGEEFFDEEEHGCDGGGGGGBGJEJDEFFFFFFECEFGGFIHFHHHIHKFIKGHIIGGGHHIHGGKKIMLLS|MJGEEFGGGHHHEGFFFFGGECGDEFFEDDEEEDDFFGDDCEEEDDDDEEEEEEBDEEEBDDDDFDDFFFEEDEEFFFEEFCCFEEEEDDDFFEFDCDDDDCFEEDFGICFFDEEFEEGFDFFDHIIGDEFGEEECGECFIHFFHHEGHEIFGHGDFFGFDFGGGGGG[email protected]BCDFGFEDFFCCDDDEEFFFFIGEEEBDGBDEFFFFGEDBEFFE[email protected]CFDIHGGFEHHHIIIGFFFEHHHIIFFGHIIHGGGGGHJHIGIKKFHLMHHHKLLLSoIHHEEEEKGDEEFFGGGGGFDC>EEHIGECHGGCCDAEFEDFGGEDDDFEEBBBACFFFFE?CDEIJKHGEEDEEEGIEEEHHEEEEEEGGFEDABCDEJHHEEEEEEFGAGFFEEFDHHIJJFEIDFHFEEEEFEFFFFIDCGEGGHFEHFEEFFFF[email protected]FFGHGECGFFDDECDEEEFGGECEEFFFCBBBDEEEDDACEEEEFFFDFGFEEFGEEEGGFFFFFFGFECACBAAADFGEFEFGIECDGFDFCEEFFDCCDCECDEHIFFGCDGGDEECBHIHGIIEFGEFGHGHFEGFEFFFGGGEDGHHGHGGGGGIFGGHHHHHHHHHIKLOuLKJIFFFGHGCEFFIEEFEEDBDDFFGHFCHFEFFGEDDEFGGGECHGFGGCBCCDEEEBCCDGEEFFEDBDFEEEEEEEEGGFGFFGGGFDCCCCCBBCFGEEFGGEEEEHGBGFFFBGEEEFEFEFFEJHFHFHHGBEEEJGGEDFJFBGEFFEEJECGIHFFEGGGFGHHHEIEEFHHIEFGGGHHHHHHIIKJRtLIGIGFFGHFEEGHIGEEEEEDGFFFGGFEIGEFFGFFFEDFGGEDDEFGFECBBDEEEEEEGECEFFECEEEEFEEEFFEFFFFGDEFCFDCCBDHFCHGFGDEFFEEEEFFDIGDGGICGGGKDJFHHIICFFGFCKGGGIGGFCFHGFGFFFFEFEFHIHDGCHGGGFGFEHHGFFGGGGGGGHHGFIIHJJHHPqLKJHHGFGHFEFGHHGEEFFFFGGGGHFGFHGFFFGFGEEDFGFEDDEFFFEDBCCEEEEEFCCCEEFECFEEEEEEEEEEEFFFGCEFCEECBCCCFCHGEGDEEFEEEEFEEHGHCDGGHGHFIIEGHGIGEFFFGGGGHHGGKHGGGGFEFFFFFFGIIGDGCHFGGFGFFHGGFFGFFHHHHHHGFIHHKKGHPrLGDIHIFFFFEEGHHGEEFGGFGGHKKFGHGGGFEEEGABDEFFEDDEFGFEDBCCEEFEEEEEFGCDFBFEEEEEEEEEEEFFFFFEDCCFDBFCCEFGGBFEECGEDEEEEEEDHEEFGIEHFIIEFGGIFEHGGEDEFGGGGFIGFFEEDFFGFEFDHGFEEEGEHFFGFKFDGFFFFFFKIHHHH[email protected]CFFFFGFEGFEGCECBFFEEEEDEIEEFEEEGGDDCBCBBFCEFFLJDFEEDFEEFEEEFGFFCFFFGHFFGFEFFGCHDHGFGGGGGGGGEFFFEGGGFEDDFGEDDDFDFGFHFFHGIHGHJGFGGDIGHHHHHIHIJIGIP{OHGIFFIHGFFFGIFFFFEFCAHHIIHFFEEFGGBFFEHGGDHGGGGGGGGFECFFFFEBEFIGEGCFCAFEEEFFCGEJFFECCHHDDBBBBBGCFFEGKEEEEEEFEEEEEHHEGBFEDAFGFEEEEFFFFJGGEEEGHGGHGIIEFEHGDJJHGNFHIDDECHGHJFFHHIHHIGBFFGCHHHIHHHHGIKKGHS|MKJGFDHFEGBDHIFEBEEEFFEEEGGGFEEFGGGCGFBCCCCCEFGGGDCBCDFDBBHFDAEEEGCEFFGGGFEBEGECBEFFFEEDBFEBBCCHFEFHGHHGEHGBFIGHHEEHFGBILJIGFEEEFCCGGFGGEHHHGGGFHJDEGAIHHGGGGGGGCEFHGEGHDEEEIFIHHGHIGFGGHGHHH[email protected]GDBDGEDBEDFGDEEEGGFFEDCCFEDEFEEDFEDEEBCBDEDEFGGGGHIGGGGIAEGFFGEFBGIEFGFFDFEGFCFDGJJHHGGGGGHIFFFCHGHHGGGEGGDFGGHHLIFDFEHGIHHJJHGGEHGEEHHHHHHJJHINvNKDHGHEFGICEFGFFEEFEEEFEEFFFFE[email protected]CBCEEEEEEEEEEEGHEFGFFFCEFHGBGGFFBGEGCEFAGJFFGGGGGGGGGECFGFHHGGJGFEEGGGGFKEFCGFGHHIHHHHGGCHEFGHHHHHHHIJJLvMJHJHEHDDFEEECIHGFFGGHEIEFFFFGDHFGFEEEFEDDEFFEHGFEEBBBFEEEFEEEBDGFFEEEGFDCDEEEEEFFFGFECGEEFGDBCCEEEEEEEEEFEEGGGGGFFFFHFHBBCCDJDGEGCGFEFIEEFGEGGGGGGEFGIEHHGGIIEEEGGGHHGFFEFEGHEFFGGHFFFHJEHIHHHIKIIJLOvLFEFFEIEDEEEGHHHGEEFGGJEEFFFGGDJEFGEFFGFDGHGFDHGFFECCBFEEEEEGHBDFGFEEEGFDCCEFGEEFEFGFFCGEEECDDACEEEEEFFEEEFEFGGGGFFFGIDKGFGGFIIKIFDDEFEIFIJKHHGFFFGFGGICCGGHGHEGJHGELLEHJFEEFHEFFGGGFDGGFCHIIHIIKIIJLQwKGFGGGIHFFEEFFFFFCBBEGJDEFFEHGFGGHGEFFGJFGGGFEEEEEEEEEEEFEEECAFFFHDCDEHGFCCEGJEFEEEEEEFEEEEEA>BDEEEEEEEFEEFEEEEEEFFFGICKGGHGGGGHDDJHHHEIGHHHHGGHJHGEGGGGEFGGGGHFHJEGNEGGHFEEEFEFGFFGECJHGFJKJHHHHHIJLVyRHGGGGGGFFEECEFFEFCCEFHHGFFFGGGGGDDFDCFIGGGFFGDDEFEEDDDDEGFDGIEFGGECEFDEGEDDFCFFEEEEEEEEDEEDGIGFEEEEEEEEEEFGGCFEFDCAGFIGGHFGGHFHDBLFEGEHIGGFFHJFFIJGGGIFGHIGGGIFHHFNFFGGIFEEFFFFFGGHGFKIFIKIHHHHJJIHIRyOGFGFGFGFFEECGDFEGCCDEGJIGGFFFGGFDDFEEEJHGFBEGBKEEEECBBCECBCCCFFGFECEFFFFFEBDEEEEEEEEEEDBEGKFAJGFFEEEEFFEEFHGBFEEEDGKEIHGJFHGHEIDGHHDEEEEDDHFJIDEEGHFGJEGFFGHGJFHHGABGFHJFEEEFGFEGGGFDHGFFFGGHGGKKJGIPpJIHGFFFFFCGEEJFCEEFDEEGFGDDF[email protected]DGAEBEEEFEHCEEECGFEEEGGCGHFCFEECGGHGDFFFHGKEEDCGHDJHGGHGHHENJHHGFEEGCDEHGEGGFFFHIJFFEDJGHHGGFFFGGGIJKJJHGTrLJIGGHFFFDGEEHFDEFFGFFGGGEEGECHFFIIHGGHEEFGGDEIIJGGHECEFHFEEDDDEGFFFGGFFEEEDEFFGGFEFDGDDDEEBDEHBBDDDEEGDEFEDFEEEEGGDGHFDCEEDHGGGFCCBBCIEEGFGKJHDJIJHHIIKJHFGFGEFDEFGGEGGGGGHHHGGGFIGGFJJKJIHHGLJKKKLMOkJHGFHJDEEEEEFGGEDCDFFFGGGGFFECGFEEEEFGEEEFFGDEHFCEFGFFEFGFFGFFBDEEFGFGEDBEEBEFFGGGCDDIABCEEBDFABBCBBDEFEEEEEEEFEEGGFGHEGDEEEFGGGGFFFEDFFEEFHGGHFGEJHEFIEGJEEGHEFEFFGHDHGGHHEFFJGIIHGFEHGGHHHHHHHKKJJLPkMIGEHJHEEEEEFFFEDCCDHIFGGGFDEFGFEEFFFGEEEFFFEEFGIFFFFEEEFEFIKHFFFEEDDDCDBCDCBDDFGGFGDHDDCEEBCCABBBCEFGFDEGGEGCFDEGGEFGCGDCGEFGGGGFFHEDFCEEFHDDHGFFGHFDHBDFFGFFEGDFGHIHFGGHGDGGKFGHHGFEHFDFJHHIHHHHHJJQrLPQHMHIEFFFFFFFEDCCCHIFGGFFCEFFFFFFFFGEFFFFFFFFFGFFDEEJHEEEEGCHFFE[email protected]JHEFEDEIJHEEHGGGGGFDHCDEFGFEFGDFGHHIFGGGHHHHJFFHHGFEHGFFJIHHHHGHHJKQsLJMJACGFFFFGGGGFECCDFGFFFEEDEEEGHGGFFFGFFGGEGHFFEGGGFEEEEEEEEEFFECBBCBFEECBBCDFFGFEEEEEEEEEBCCCDEEECDEFEEEEEGBFEEEEEEEEEEEFGGHEEEEFGFFBHGEFFGGGGGGGFGBFFGFFGGBFEEEFHHIFGGDHHIIIHFHHGFEEFGHIKIGGGGJKHLPrNHCCEEHHGDDIJHJHEEDDEEFFFDCUFFEGHEEFFFGFGFFCFHDEEFGJHCFEDFFEEEEEEEDBEFE[email protected]GECCBFGGGFHHGFDFGIGGGHDFEEEFKIGJIGGHHIIIHFJGGGGGGGHHHHGGGGIKHITpIIFEFFJIJCBFIHEEEEEDCCEEFGFJFEEEDCDFFFFFFEEGGHHGEEEEGBECAFGEA>GEEEDAHHEFEEBFEDKIFBBEEFFEEHHDFHHEBEFEEEEEEFEBDFEEEEEGGGHGEBHHDFAFFHHECFDJCEFJIHHGEHHGIJDFGGHHIEEEEFFFFFGGGHHIIIIHFFKGGGHHGHHFHHGGGIMMJRsMDHNJHGIGEFCDEEFGGGCFFJHGCHIGEEFFFFGFGFGGHHEFFFFFFEFEEIHIHGHICFEEEFFCHEEFEABFHEBEFFEEFEEEHIHFEEEFCBFEEFFEBHFFEEFHHHGGGGGEFEEEEFJCDDGJAIFFFEEEEEFGDDFFEHHGGGEIEEEEBCFFGGGGHHFHIIIIIHIIJEGIHHIDELJGEJMQKyMGGGGFHHGEFGFEEFGGFEFFHGFDFHFEGGFEFFGHFFFGGGGGGFEEEEFEGFGGHGGCFFEFEEDGEEEECDEGFDFEEEEEEEEEEGFEFEEDDDEEEFFCGEEDEGGGHGFHFGGFGFEEFHDFCCFCIGEEECDFDGFFECBAIGGGHJJEEEFDDFFFGGHHGFGHIHIIHHHIGHHIJIEDKJIGILRNzOJGEEEHGGFEEEFEFFFGGGGGFFDDGFEHHGDFGFEGGFFFHGGGFEEEEFEEFHHGGFEEEEEEEEEEEEEEEEEEFEEEFEEEEEEEEFEEEEEEBDEEFHCGEDBDGGFIHDHEEDGHHDEHGEJFEEEHGEEEFFFBGFFGGDFHFDDDGIEEEEEFGGGGHIGFGGFIGIIIHHHHIHINLIGKJJHHJOLzMIGEFEFFFFFEFHEEDDEGGGGGGDDFFFIHDEEGGEFIFFFHGGGFFFFEFFEGJHGHEBFFFFFGGGEEEEEEEEEEGHGEDEEEEFEEEEEGDEECDEEFFEFFDBDGDFGGGHEEEFFHGGHGEHGEEEHGEGGFGGIIJGFFFEGFEEEDGHEFGFFFHHHHIFFFFGGGIIHHHIGHHHHGIHHHHHHJPO|MIGFFFEEEFEEFHEEDDDFFFGFFEEFFFGHDEEFHEFHEEGGGGGGGFFEEEEGJHGGEBFFFFFCCCFEFEFEFFFDGGGEDFEEFEEEEEEGDEECDFFFFFFEDCDGDCDGGHEEEEFGGGGFEDCEFEHGFGGFFGEFEFFEEFBCDFFFGGEFGFFFGHHHHFEEFGGGHHHIHHGHIHGHIHGHHHHJPPNHGJIHEDEGCEEEEFFFEDDCGFDFFFFGFIFEEDGEHGFCHFFGGGFEEEEEEEHGCEEEEFFGFEEEEEEEEEGGFCFEEFEEEEEFEEEEEEFEFECFGHGEFFEEEDCEEEEEEEEFEEEFFFEGCDGEEFGFFGGGHHGGGEEEGGGGGGGBFEEEFFDHHJHEEEFLEGHGHIFGEKKHGJLKGIJHHJPPyMGFHGGEEGFDEEEEFFGFCCCEEDDDHIFMIGFECDFHGEEHGGGGGFGGGFFCDFHBEDCFEDDDEFEEEEEEEGHEEEGDEEDGGGGFEEEGCDEEEEHCFECDFDCFEDEECEEEFGFFDBDGFEGFEFEEEFEDDEEHHGGGGGFIHHIFFFDFDEHEEDEJIEFGGHLGHHGGGFFHIHHHIKKIIIJJKORoMGEFEEFFHIHEFEEEEEEBBBDCDHHJGHHBBEEBBGHGEGHHGHHGEEFHFEGFEBHEDBFDBEFEFFEFFFFEGIDEEGBEHJGHHHHEFEHACFFEGHGHDEFFFFEEEEFFFEEGHFEFJIGFEGGFGDIGEIJHGFHGGHHGGHAEHJDEEEEDEJFJJJGJIGGGHHIIHGFFFEIHHHHHJJJIHKKKOSzOJHEIFCGEHHEFEEEEEFFFFHFDCHHGEEFFHCFFEEEEGHHIDEEFEEEEEGFHHEEDBFFFFFECAFDBEEECFHHHGHHGFJDEEEEEEHCBEFHFEEGDEFFHKEFHFFFFEECFFFHFMFHHGGC>KDEFGAEFFHGGEEFHKEFEFGEEEHCEFBEHGGGGGGGHIEGHIIIIIHHHHHHGMJKLLKKJOvPJHFEADGEEEFFEEFFFFFEEGECDGHFFEFEGCEFFEEEGGHF?GFEFFEEFCDIHFFDCFFFDDDCBFEDEEEEFGGGDDGGFIFEEFEEEFCBEFGFFDGEEFFEDEFGFECEEEDFFFGDDHGHEFHEDEFFGDFCBHFGFECCBGFFGEEFGBGEGDCFFHGGGGGHIGGGGHIIIIHIHHIHKIJJJLJJPzOIHFEDCGEFFFFEEFGGGECFFECEEDEEEEEGCFEEEEEFFHICGFEGGFEEEEGHHFDEEFFFEBBBFEEEEDGEEFGFEEEFDDFEEEEFBDFEEEEFBGGFEEFEFFGFEEEEEEEEFFFFHHHDHFEEFFHFFFCEHCFEEEEEHGGGCEGHEFEEEEEEHGHHHGGGGGFFFIIIIIIHHJIIHIHIMNONzOKGHHHDFEFFFEHHFGFFEEFFECEBBDEEEEFEEEFEEEFFFHHEECEFEDGEEEDHFEEEECEECDEEEEEEEFEEFFFFGFFEEEDCCEFBCCEECCCEFGGGEDBIKGGGEGDDGFEEEFFFFFGHFGDFFGGDGGGHHIHGEFGGGGGCEFGEEFEFEFHCHJIHGGEHGGGGGGGIIIHHJIHHHHJLMOO{OLGHHIEFFFFEEHHFGFFEEFDFGEBCDEEEEEEEEEEEEFFFGHFECEFECHEFFDGFFEEDCAACDEEEFEEEEEEFEFFGFEEEFCBCEFBEGFECCBFECCDEDBDGGGGFGDDGEEEEFFEEEGGFGDFFGFDGGHGFDFGIHFHHGGCEDCFFFFFFFHCHKHGGFEHGGHGGGFIHHGHJIHHIIJJKMPvMKFFHIGGEEEDEEEEEEEEEFABBEEFEFEEEFEEFEEEEFFEEEHGEGGECJGGEEFGFFEDBEEFDBBDEEEEEEEEEGGECEEEEEDDGEFFEEEFEEFEDEEEEDFFGGGGFFEEDEEEFFEEEEEDDEFFGGGHGHEDBEECGFHGFEEFFEEFGGGGGGHHJLGHGGHGEGGFFFHGGFIGHHHIJHHJKOvMLHHFHGFEDGGFEGGGGFFEFEDBEEEDDDFDEFEEEFEECCEFGFFEFFEDHDGDEFFFFEEFFEEDBBDEEFEFGFDEFFEEEFEEGFEFEEECCDEEEGGGEEEFHCDHHGFFEEFGFEEEFCGFEEDDEEFFHJHFFGFDEEFHJJGEEEFFGEFGGGGHIEGHKIGIJGGGGGHHHGGGFIHGHKJHHJJJMrMNJIEHGGFBGHFEIHGGGEEEEECEEECBCGDEEEEFEEEFFEDBFE[email protected][email protected]GGHIIIHHGEJHGHLLGGLJJM}KKBGHGHGFFEEFEEFGGGGHEHBBEEFFFIGDCGHFFFFHHHFDFFFEEEEGIEHHFEEGCBDHF[email protected]ECCFEEEIHGEC>KHHHGHHCFHFEEEDIHGGFCGHEFGIHINJEGGIEGGHDFGHGGHFKIIKJKLItLOIIHHHGFEEFDEGGGGGGGEGDDEEEGIGGDCEFGDFFGHHFDEGFEDDEGGEDHGEEFCBDGFEEEEEFEEEDFDFFFEEFGEEFEEEEFEEEEDDEEEEFDEFEEEEEFFHHFEEFGFEEFFDFFGJHFGDGIHHHHHFFGIHGGHFGGEFFFFHGGGFEGHFGGHHHKJGGGHFGGIEGGGGGHHIJLKKKKJxOIGJIHHGFHHFADHGHGGGFEEEEFEEEEHHDBCDGBFEEGHFDEIGFCCEGEECFFFEDCBCDEEEEEEFFEEEEEFFFEEEEEEEEEEDGEEEEEEEFFEFEEEEEEEFEBHHDFEFGFEEEFBGHGGGGIAGHGGGGGGFHIGGGGGGGCGGHGGGGFFGGGGGGHIIIHHHGFFGFJGGGGGGGGHIJJKKKJMJHJIJGGFGGFEEHGFFFGGGGFEGGEEEHGECCEFDHGGIJGEFFFFEEEFEEEFGHGCBCDEEECEEFFEEFEEEEECEFFCI?GDEEEGCFFEEEEEEEEEFEEEEHFEDFHFEEFFGGEFHDFCDEFFFGFFGHEDFLKJHGGGGGGFEFFGHFIGEHGFIGHHHHHHHHHGFFFEFHGGGGGGGHHHHHIKLNJGEFDHGEEEEEEHFEEFGEBHGFGGEFEHGFDDEEDIGGEFGEFFFFFFFEFEEEGGGCCHFEEECDEEEEEEEEEFFGFFFEKICFFFFGCGEFEEEEEFFEEEEEEHGEEFGGGEEEGGFGHEEBDFFEEBDFGFDIHGFEGGGGGGFEFFFGHEIHFIGFIGIMHGGHHGHGFFFFEHGGGGGGGHHGGHIKN}QKFGGAIGEEECDEEEEEFECFGGGFFFGGGGEEEFFGJCCCDEFFFFFFFEEEEEFFEEEEHGEEEBDFEEECCEEEFGGGGGFDJDEEEFFEHEFDCEDBFEEEEEEEHGEEFGILDEEFFGFFEDCCGHGI?GGFEDHHEDEGGEEEEFEGGFGHEFHHGEEEHHHHGGHHEIEGGGFEHGGFFHGGKIGGHIIM~MHHJHDIEDEEDFGEEFFFEEGFGHGGGFFHGEEEEHJHFDEGEDCCDFFEDDDDDEEEDHDGFEEEDEEEFGEEFEFCEFFFGGFJDDEEDEEHEFFEFDBFEEEFGFEGFGGGGJNEFEFGGFEEDCEGGHJBFFFECEDEEEGGGGGGFDGGEFHEFFHEFFFFFFGGGGHGHGGGFFEHGGGGIHGIHGGHHIMMEHIGFICCDEEDBFFFFFFGHDFHHHHFEHFEEFEEFCDEBGFFFFFEFFCBBBCFEECHIDEFFEEEEEFHFEEEEEEEFGHHGJBBEEEEFDCFHHECAFEEEEBDEEGGGGHHIGGEHHGIJDDCGHHHIDEFEEHFEEFEGGGHHHHIHGGHIEFFHDFGHFFGHGGGGHHGCCEEEIHHGHKIHGGGGGHIMyHKHFFFFGGHHEFFEEFFFFDIIDEEEEEEEJHFEEEFBFJGEEFFHGECBBCBGFEEFFEDKGBEFEEEEEEEFEGHHGEBBEEDHGFFEEEG?CEEEEFFHFFEFFFEHCGGGGHGGHHFFJHGHFDEFECDHGEEJEEEFEEFFGFEEKJHGGFEEFFHDFEDBGGGGGHHDFHFFEEFEEEGGGGHGGGKKIJPxKKHGGGGGGGGFFEEFFFFFEHGEEFFFECFFDEFFEFDEDEFDDCHGFGFCCCFFFEEEEDCCCDDEEEEECDDEFGHGEDDGFFGFEEEEFEEEDDFFFFBDFEEFFFGEGGGGGGGHIIHFGHFGGIIFDFBDGDFEDCGEGDDEEFEHHGGGHHEFGHEFGIDGGHGGGGFFHFEFFGDEFGGGGGGGGJKLJOvNKIHHIIHGFFGFEEFGFFEEEFEEFFGFFFFGFEEEEHGEFECDFFGHHGGFFFFFFEEDBCDFCCEEEEEFFEEFFIGEEEDFHEEEEEEFEEDBBFGHFFEEEEEGHEEEGGGGGHIKHGHGHEEEFGHDFFEDDDEFFGCDEEFFEFEEEFGGGEFFFFFFFHGGGGGFEHFHIHGGGHHHFFGGGGGGJKKKSvNJIHGJKJHGGFFEEGIHGFEFEEEDEFFEHGHFEFFGGFECGEEFFFFGGFFFFFFFFGDCAEFDBBFEEGDFFEECHGDEEEFGEEFEFEEFEDEDEFECEGEEEFFEHGGFFGGHEDFHHGHHEFGFFFDCDGEEEEFEHFEEFFFEEEFEFGFDFFHGFFGHGGGGHHEEFFHHHGGFMGFGGGFFFFHINKKVyOJIHGJKJHHGEEFFEEGGEEEEEEEEGFEHGGFEEGIBDECGFEFFFFFHFFFFFFEFGEDAEFGGDCFEGDBCEDCGGDEEEDBFFEFFEEFEFJFEECADGEEEEEEHGHFFGGHEDEGGGGHEGGFFFFGHJEEEFFEHGEFFFEEFFEFFGFFEFHGFFGHGGGGHHEFFFGHGGGGGDFGGGIIJIGIMIKROGIHHIGGEGFBCIFFEEEEEEEEFFGGGFFFEEEEGHEEECGECEFFHDFEEFFFFFFGFEFFGGGGGGEEECBBCDEHDEEFEEHGEFEFEFEIEEEECAFEEEEDEEHGGFEEGHEEECGGGGHHGGGGFEEEEEFEFFHGEGGEDEEEEGGGGHECEGCEEEHGGGGGGGGGHGHGGGGHGGGGGGKIHJKJLRNFIGHIGGDEHDFIGGEDGEFGGGGEEGGFHHFEEEFFGFEDFGFGEFFGDEEFCEFFFFFEEEEEEFEECDEEECCCFGEEEEDGFFEFFEEFFJBDEFFGGFFEFGGGFGGFFGGHEEEDFHGGDHGFFGEDCDEEEEDBGFGFFCDEGFEEGHGHEEEFDEFFHGFFIHGGGGHGGGGGGGGGHIIIKIGKLOLNyMHKFGIHHC[email protected]EEBBBGFEEEECHDEEGGFEEBHCEEEGHADEEEGHHDFGEEHGHEFEEFGEEBHHEEHFEEEEEEEFGEFHFEFEDHGEBHHGIEEEEEFGHGFEEJHFGHHHHHHGGGGGHHKKKKJGLMLLN~PIJHIEEEFFEEEDHGEHGEDCHFEHHGGFIHHFFHHAIGEGIHBGHHHFEECGEFIGGGGGDDCFFEIIBDEDDEGGFFEHHEFEKJHGGFGIEEFFEEGHEFFGHGGGJFGHHEFHEEEEEIKIEEEHHEEHHGEEEEGHEEEBGGHHGHHFEEEEEDHIHFEEHHHFEGHHEEEDEHGGHGGGGGGGGGGIILOKxOIHGHFEEDEEFFFHHIFGFGGGGFIJHFFIHHJIGGDGEFFGGDHBDGFFECFEFGGGGGGHHHGFGIHBEGHHHGFFHEGGEDCEFGFFEFGEEEEECEGEEDFGGGHHFGGGGGHEEFFEDGGFFFGGFFHFGIEEFFGEEEDGIHGGHGFFFEDFEGHGGEFHGGFFGGGKHDFGIGFHGGHIIHGIHGJJKNKyPIEHGHEEFEEFGHHHGCGGHGGGGKLIFFIHGGGGGHDCFFEEFFFFEGGECFFFFFGHHIFFEFFEHHBCDFGEFGFJDFGEEFEHGDFEEEEEEFEFFEEDCEEDDJEFGFFKKLDFEGHHFEHGHGGGGHEEECDGFEEEFGHJIGGGGGGGHHEEFDDDCGGGGGHGGGKIHGHKFEHGGJJJIGKIGJJLOK~QHIGGHEFGFFGGGHGGEIGHGGGGFFHGGJIIGGGFGCFEDGGFFDGGGGEEFFFFHHIHIEFEFECEGCDEFGFFFFHGFFGGGGHGFFGECFEEFFFDEEEEEEEDJGHECDHJLFGGFGIGHEFFGGGFFEEEEEFGGGGGGHHEFFGGGGGHJBGDDEEEEHGGGGIJGHHHJJHGGHGFIJIKJHHGJJKNL|QHIGGHDDDFFHHGGGHBEGHHGGGFFGGHDGJIHHGFCGEDGHGGBGGGGEFFFFFHHHHIDEFFFGFFHGFGGGGGGGGFFGGGHHGFFGGHEFFEFFDFEEEEEEEHLJECDGFDHGHIJHGHEEFGGGFEFEEEEEGGGGGGHHEFFGGGGHHJBGDEFFFEHGGGFEGGHGHJJHHGHGFFFIHEHHHJJKMM|OFGGGHGGHHHHHHEEEGGGIKGGGHGGFFBHJJKKIGGGGHHHGFEDFFEFGHEFFGGGFJGGHHGFGHEFFGGGFJJFFGHHFGKIGGGEGHGGEEEEGHCEEEEDGEJDEEFGFEEFGGGGGHEEEGGEGBFEEFEEGGGGGGHHFGGGGGGGJMDEFEFGHGGGGGGGFEEEHJJGIEHIJHGGGGGIJJKLLNyyOGGGGGKKGFGHGGGGGFFGIKGHGGHIGGBFIIHGGGHGFFGHHHGCGGFFGGFFFGGGFFKJFHIFHIGGFFGGEFHHEGHHGGMHGFFDFEGFFEFFEFJHEEEEGCJFEFGGGGEFGGIIHGEFGFFEFDFEEEFEGGGGGGHHGGHFGGGHGFGFEEFHHHHHHHGGFDEEHJJGGEHHIHGGHHHIIIJKJNtyOFHHHGLJGFGHGFIHGHIHFEIHHHFEEEHFGGGGGFGGEFFIIJFDGFFFFGFFFGGFEEEEEEFGHIHJKHGFDAFHEFGGJLMHGFECFEFFFFFFCEEEFEEFHAJGEGGGHIDFGEJJGEEFGFEEEEEEEEEEGHGGGGHHFFPHFGGHGFBDEEGHHHIIIHGGIJGGHJJGFDHGGGHHHHHHHHIKHMpsMJDEFGHKHGGHGFIJKMGGIIDEEDJHGIEJIHGGJLGFFFFEEFFGGIIFFFJJJGGJIIEEEEFGGFIGFFGIJJJLHKKKJIFGGFEHIIEDBEFHHGMHFIHFEFEFHGGGFEIHGHGIGEIHGFEEGGIIGDFHFDHHHGGEGHDFFFGHGFFFEGBIHIIIIHGGGFIHGJJGHHGGGJEGHHHHHIJKMJrnrtMJEFGFMGHHHIHGIJJKHIIIFGGFIHGHEMLGHGHJGGFDDFEGGGGHIKIGIGEEJGGGEFGGGGGGIHGGHJIIHIGIIIGFHGGFEHHGEFGIHGHHKHJHGEHIGIHGGGIJHFGHGEEEIGFEEIFBIIHEFGFEIFHHGFGHFFGGGHGFFFEGDIHIIIJHGGHHMJGJJGGGGGGIGIIJJJJLMKLRy}idȷsMOHHHGIIIIIIIIIJHHILJIIIIHHHHGHLJHMGGHGHGEEFDGHHHHIKIHGGFGIFFFGFEHHGHIIIIGGHHIFDEGGHHHFGGGGHGEEFGGGFHJIFHGGEGGKLIGGGGGGHGHJJFFIHHHHGFEHIKGEEFEJEHHHGGHFDFHHHGGGFEEFIHHIJLHHGIKIHGJJHHGGGGHHKKKKKKKKILRqgbbbwͭjOOKHGGIIHHIIIIIIIGGIHGIIIHHHHGLJJKKJHHGHGGGGGHHHHJKKJJIFGIHFFGDEFGGHHGIIIFFFGJFJJJJJIGJFIIHIHGGGGFFGIKGHHFFGGGHHHGGGGGGHGGHJHIFGGHHGFECEHFFGFEIFFGHJHHFHKIHHHIFEGIIHJKHIIHGFGHJJKKJJIGGGGHHHIHLLMLKKKYiehaax^JOMHGGJKIIIIIIIJHKJHGFIIIIIIHHJJKJJJIHHIFGGHHHHIIKKJJJJGHIGGGGCEGGGHGFIHIJJGGIHKKKKJIHJGIIHHHGGGGFFGIKGHHFFHHHHHGGGGGGGGGGGHIIFGFGHGIJFGGFFGGEIGFGHKIHGHKIHIIIFFHKJIJMGHIHHJIHKKLKKJHGGHHHHHHGLLNLLKJK`jvn^uĥaLMMJHKMLMKJHIHJPDKJHHIHHIKKLKKGIKIHHIHKLIGHKIIIHIHHGGGIIHIGHHEDEGGGGGGGFGGFGCEKKKKJHJLGIKHHHHHHHHHHHIKIIIJJIHGJHHGGGGGGGGHIHHHIHHHHGGGHGHFFHHGKJGEJKIHHHHIHHIJIIIKLJLNGHHJJJKKLKKKKKIIGGGKKHHGKKLMMKJMZg}yitʪlPOMONPJLNIHFHJJLHILMIFFHKLMNNKEIMJJLLKNJLIJNMKMJKKLLKMEHJFKJJHGGGGGFHIIHGEIIFEJHIIIJKLHILKJFFFFFFIIKJJFGGHHHFEHHIIIIIHJJJKKGGGGGFFHIHIEFFFGIIHLJHHIJJIJIIJJJIFHHGJJHKKEGIKLLKLGJJHINMJEGHKGEGHJIIKLLLVYhvufyʩt^ZXVXZ][XXXVXYYXZW\XZ[[\^XWXYRUUVTTVWVS[][ZXWTXUYXXY]UWXWTXZ[YZ[YWWXVUUVVX_\YW[YSTUYVTSSWWVWWVVUWYYVTRUVWXXXXWWXYZZZXX\\\WVVVVVUWVVSPQVVVVUSSQWWYXYZZZZZXY[\]ZXXXUUX[YUWYWVUTTTYZWX\ZSWWZ\WYXXXYYZ[TY[]_ggg{ƾx^a`\\\]\\^^\^^`c^_^^^\c\]`ab_]`_\]]\Z_[[]]^a]__]_^]Z`a\[_\_YY`\VWZZXYY]XZ\UVXYYXZWWZ\^]^_[Z]\[]bZZ[__`[\]ZYYZ[[[[XWWYRZYY[[[[Z]bZZYXXXY]WVWXV[WXZ]WZ]WZ[]\V\[XX\YZZX[Y][YZ[]^^][Z\X[]ZZ]Y[\\^\\\acb«a__daa{|~}vxytwwssusquzw{|{wtokrwwvwz|zxnmnmotpqnoqrvwrruuwvsppomqrmmpmmlmnmknignkheilklkgjihjhkkjgfccebcdcbbdebccbfigheedcc_feegjhikgkgijikjffegggehcc`b«b]aac^X]^]__\[ZZ^`\[^`][Z]Y[^[W[YTTXZ\]\]\\\aaacbb^\]abyǾzzyxvwwsstwsuusuwsttttuuuxwwx}}~~{{{{{{zxvuqrlponicdficdc__a`a\`a`\\[bZ[\^ZYYYZ[__^\\[[]^^_dce]]_aayƿ|zzuvtkpqoijjihfcb`cda`a`_a_^^^^]\\^`_^Z[[[W]«`b___ecdzƿxrqopppnjkjkiffeeecaa`_^a`_[ZZ[\\[\^_^\[\`Z_`_b^a`jmdzûľ}{uurrooolkjlgfgfff«`__^baa_^\\\[Z\`__][[[[]^_cce`pidz¿~zyrssrskljkigghbee«^`ab`a`_[\\[[\\[\[Y^\^_^]^^aeokbx¿|zwuxsomllkkifgi_`aa`ba`a`aa_[[[[[Z[[a^]_\^^_b_]chtqf}ſžy{znpnoljggmjhhdhhbbdac`]]`_\\][\_\[]^__`a^^]]]^dprf{¿~zztupkkmmlkgdfhegeded_\b_^_«_`[\_^[]\^^__^]Z\[_exsg~ysxtlllmmigefgffccddb`da^^_^\^^]a`[[Y\^^^]]\_^^czpd~yvvvokmlkhdgeihefdcac`ac^]^_`^][`_^]]^^][`bbbb_d|sc{~xvvupllmomhhimljlfcab_a`a__`a^]Z\]^^^____^_b__\`{wk{Ŀ~{wxwqqllllgjjkfgkkeb`aaaa________\[[[_aa«a`\^`[{um~zytrpponkijjkfghfcda`_dbb^_][^^a\\]^`aaa`a`_[aa|ydyýzzvsopponmjjjkkkfeedcb]fe^^\Zbab__^abba`aba\\`bzx`tľhoĶ|rs||ztprnpokkjmllkjecdgca_\_a[_^^ac`Y[\aecaaa`fgvxk¿¿gdսviz{nmzwwpsqmopplimliiifcaecfa]^`[_`baaeedg«hffc_dfnnoƟ½eaӻveП}{̩|nԻx]p|~~~xzztwywxyxwnootrpopmokmmmoolkkklmmhhegnmtƽd`”wfz}yѬtԿvXq||~y{~~}~̧i`Ƙ|ew{zuvѭiXor_ʢ}j{zzuyРfUwӂ\sװxsxww|Æ~th~̓aZ_fƕ|uywuyqjpɈUficҼsvu{twyԸoTqsblո{v{~ƌb[~djzۚ~z|ȜpU`w`rٖzy{дzfZwiapל{x{ϵnYf܌djtޖ}zyֺm\Tyҏg\mǓ|zzѳ|iTawʄcZXu}|{oWVYpΖj]Tfwvwv|vfYUbڳfalyvxw`W`k̪}szrii~Ƞxv곂yu~}ꯀxw|zw||Ɉyv|~w}Ç}y|ȇ~wwʈwstȎ}uǔ~v{ώ~wwƇzwvجtwst{xdWNJchtxxs|~wn]dhcl{ytvxvbYzt`j|tt{ѳ{pY}`hyɐyvw{nQߓhq͕xxxzڷ`bjnԚ{xvw֭tdzua~޷wwv{ϞeamnѮ{xwrxxy{y_މc|ȑ~vzxswplיdj{_׺syzxru}|vzϨfirbѧn}xtvy}sЫkakd͡zpyux{sֻt_ghʟtpyv{xy}{lվy«knnwt~xs~`߱amȻsgpnοx`ټ^crqigj^^_kssuqqmoga`ioutz^\ñzkkXWnnepoptqrw{rgccmjnp^`ojyμggpmmmjsɿ¾üľ|oihimjnz̥ypcfdnq~ʺ~|tvwutwwyupprv~||soiplotջ~eYbbmoįshmgeemju~|vmmzjukggvܼmabgizqVNKJMVTcSUX]fȶ~orv~cdhkhr_XavgTGIJA==?JZj͹{smfxkllktԮgRYsnP>@=;87Hb{ʼvlYQSNJ>9JI?IL\YfzӾtw}obcpk`i~o[ZhrYD:5046]ǭqR4. Te341V*$M9-R;:HSm}nQr43Yx>##5Y E44G3’Y20U1~,}rZFkJ7\N>}C󘥻× endstream endobj 4 0 obj > stream Hw6TH/*233Q0

Читать онлайн электронную книгу Архипелаг ГУЛАГ — Глава 5. Кончив срок бесплатно и без регистрации!

За восемь лет тюрем и лагерей не слышал я слова доброго о ссылке ни от кого, побывавшего в ней. Но ещё с самых первых следственных и пересыльных тюрем, потому что слишком давят человека шесть каменных сближенных плоскостей камеры, засвечивается тихая арестантская мечта о ссылке, она дрожит, переливается маревом, и вздыхают на тёмных нарах тощие арестантские груди:

— Ах, ссылка! Если бы дали ссылку!

Я не только не минул этой общей участи, но во мне мечта о ссылке укрепилась особенно. На иерусалимском глиняном карьере я слушал петухов из соседней деревни — и мечтал о ссылке. И с крыши Калужской заставы смотрел на слитную чуждую громаду столицы и заклинал: подальше от неё, подальше бы в ссылку! И даже послал я наивное прошение в Верховный Совет: заменить мне 8 лет лагерей на пожизненную ссылку, пусть самую далёкую и глухую. Слон в ответ и не чихнул. (Я не соображал ещё, что пожизненная ссылка никуда от меня не уйдёт, только будет она не вместо лагеря, а после него.)

В 1952 году из трёхтысячного «российского» лагпункта Экибастуза «освободили» десяток человек. Это очень странно выглядело тогда: Пятьдесят Восьмую — и выводили за ворота! Три года перед тем стоял Экибастуз — и ни одного человека не освобождали, да и срок никому не кончался. А это, значит, кончились первые военные десятки у тех немногих, кто дожил.

С нетерпением ждали мы от них писем. Несколько пришло, прямых или косвенных. И узнали мы, что почти всех отвезли из лагеря в ссылку, хотя по приговору никакой ссылки у них не было. Но никого это не удивило! И тюремщикам нашим и нам было ясно, что дело не в юстиции, не в сроке, не в бумажном оформлении, — дело в том, что нас, однажды названных врагами , власть, по праву сильного, будет теперь топтать, давить и душить до самой нашей смерти. И только этот порядок казался и власти и нам единственно нормальным, так привыкли мы, с этим сжились.

В последние сталинские годы вызвала тревогу не судьба ссыльных, а мнимо освобождённых , тех, кого по видимости оставляли за воротами без конвоя, тех, кого по видимости покидало охранительное серое крыло МВД. Ссылка же, которую власть по недоумию считала дополнительным наказанием, была продолжением привычного безответственного существования, той фаталистической основы, на которой так крепок арестант. Ссылка избавляла нас от необходимости самим избирать место жительства — и, значит, от тяжёлых сомнений и ошибок. Только то место и было верное, куда ссылали нас. Только в этом единственном месте изо всего Союза не могли попрекнуть нас — зачем приехали. Только здесь мы имели безусловное конечное право на три квадратных аршина земли. А ещё кто выходил из лагеря одиноким, как я, не ожидаемым нигде и никем, — только в ссылке, казалось, мог встретить бы родную душу.

Торопясь арестовывать, освобождать у нас не торопятся. Если б какого-нибудь несчастного демократического грека или социалистического турка задержали бы в тюрьме на один день сверх положенного, — да об этом бы захлёбывалась мировая пресса. А уж я рад был, что после конца срока меня передержали в лагере всего несколько дней и после этого… освободили? нет, после этого взяли на этап. И ещё месяц везли за счёт уже моего времени.

Всё же и под конвоем выходя из лагеря, старались мы выполнить последние тюремные суеверия: ни за что не обернуться на свою последнюю тюрьму (иначе в неё вернёшься), правильно распорядиться своею тюремной ложкой. (Но как правильно? одни говорили: взять с собой, чтоб за ней не возвращаться; другие: швырнуть тюрьме, чтоб тюрьма за тобой не гналась. Моя ложка была мной самим отлита в литейке, я её забрал.)

И замелькали опять Павлодарская, Омская, Новосибирская пересылки. Хотя кончились наши сроки, нас опять обыскивали, отнимали недозволенное, загоняли в тесные набитые камеры, в воронки, в арестантские вагоны, мешали с блатными, и так же рычали на нас конвойные псы и так же кричали автоматчики: «Не оглядывайсь!!»

Но на Омской пересылке добродушный надзиратель, перекликая по делам, спросил нас, пятерых экибастузских: «Какой бог за вас молился?» — «А что? а куда?» — сразу навострились мы, поняв, что место, значит, хорошее.  — «Да на юг», — дивился надзиратель.

И действительно, от Новосибирска завернули нас на юг. В тепло едем! Там — рис, там виноград и яблоки. Что это? Неужели ж товарищ Берия не мог нам в Советском Союзе хуже места найти? Неужели такая ссылка бывает? (Про себя я уже внутренне примерял: напишу о ссылке цикл стихов и назову: «Стихи о Прекрасной Ссылке».)

На станции Джамбул нас высаживали из вагон-зака всё с теми же строгостями, вели к грузовику в живом коридоре конвойных и так же на пол сажали в кузове, как будто, пересидевши срок, мы могли потянуться на побег. Было глубоко ночью, ущербная луна, и только она слабо освещала тёмную аллею, по которой нас везли, но это была именно аллея — и из пирамидальных тополей! Вот так ссылка! Да мы не в Крыму ли? Конец февраля, у нас на Иртыше сейчас лють, — а здесь весенний ласковый ветерок.

Привезли в тюрьму, — и тюрьма приняла нас без приёмного шмона и без бани. Мягчели проклятые стены! Так с мешками и чемоданами затащились в камеру. Утром корпусной отпер дверь и вздохнул: «Выходи со всеми вещами».

Разжимались чёртовы когти…

Весеннее алое утро охватило нас во дворе. Заря теплила кирпичные тюремные стены. Посреди двора ждал нас грузовик, и в кузове уже сидели двое зэков, присоединяемых к нам. Надо бы дышать, оглядываться, проникаться неповторимостью момента, — но никак нельзя было упускать нового знакомства! Один из новеньких — сухонький седой старик со слезящимися светлыми глазами, сидел на своих подмятых вещичках так выпрямленно, так торжественно, как царь перед приёмом послов. Можно было подумать, что он или глух, или иностранец и не надеется найти с нами общий язык. Едва влезши в кузов, я решился с ним заговорить, — и совсем не дребезжащим голосом на чистом русском языке он представился:

— Владимир Александрович Васильев.

И — проскочила между нами душевная искра! Чует сердце друга и недруга. Это — друг. В тюрьме спеши узнавать людей! — не знаешь, не разлучат ли через минуту. Да, бишь, мы уже не в тюрьме, но всё равно… И, пересиливая шум мотора, я интервьюирую его, не замечая, как грузовик сошёл с тюремного асфальта на уличный булыжник, забывая, что надо не оглянуться на последнюю тюрьму (сколько ж их будет, последних?), не посмотря даже на короткий кусочек воли , который мы проезжаем, — и вот уже снова в широком внутреннем дворе областного МВД, откуда выход в город нам опять-таки запрещён.

Владимиру Александровичу в первую минуту можно было дать девяносто лет, — так сочетались эти вневременные глаза, острое лицо и хохолок седины. А было ему — семьдесят три. Он оказался одним из давнейших русских инженеров, из крупнейших гидротехников и гидрографов. В «Союзе Русских Инженеров» (а что это такое? я слышу первый раз; а это — сильное общественное создание технической мысли, да все такие у нас погибли) Васильев был видным деятелем, и ещё сейчас с твёрдым удовольствием вспоминает: «Мы отказывались притвориться, что можно вырастить финики на сухих палках».

За то и были разогнаны, конечно.

Весь этот край, Семиречье, куда мы приехали сейчас, он исходил пешком и изъездил на лошади ещё полвека назад. Он ещё до первой войны рассчитал проекты обводнения Чуйской долины, Нарынского каскада и пробития туннеля сквозь Чу-Илийские горы, и ещё до первой войны стал сам их осуществлять. Шесть «электрических экскаваторов» (все шесть пережили революцию и в 30-е годы представлялись на Чирчикстрое как советская новинка) были выписаны им ещё в 1912 году и уже работали здесь. А теперь, отсидев 15 лет за «вредительство», три последних — в Верхнеуральском изоляторе, он выпросил себе как милость: отбывать ссылку и умереть именно здесь, в Семиречьи, где он всё начинал. (Но и этой милости ему бы ни за что не оказали, если б не помнил его Берия по 20-м годам, когда инженер Васильев делил воды трёх закавказских республик.)

Так вот почему такой углублённый и сфинксоподобный сидел он сегодня на своём мешочке в кузове: у него не только был первый день свободы, но и возврат в страну своей юности, в страну вдохновения. Нет, не так уж коротка человеческая жизнь, если вдоль неё оставишь обелиски.

Совсем недавно дочь В. А. остановилась на Арбате около витрины с газетой «Труд». Залихватский корреспондент, не жалея хорошо оплачиваемых слов, бойко рассказывал о своей поездке по Чуйской долине, обводнённой и вызванной к жизни созидателями-большевиками, о Нарынском каскаде, о мудрой гидротехнике, о счастливых колхозниках. И вдруг — кто ему о том нашептал? — закончил: «но мало кто знает, что все эти преобразования есть исполнение мечты талантливого русского инженера Васильева, не нашедшего сочувствия в старой бюрократической России. [99]Ко времени октябрьского переворота Васильев практически возглавил департамент земельных улучшений. Как жаль, что молодой энтузиаст не дожил до торжества своих благородных идей!» Дорогие газетные строки замутнились, слились, дочь сорвала газету с витрины и понесла под свисток милиционера.

Молодой энтузиаст сидел в это время в сырой камере Верхнеуральского изолятора. Ревматизм или какое-то костное недомогание перегнуло старика в позвоночнике, и он не мог разгибаться. Спасибо, сидел он в камере не один, с ним — некий швед, и вылечил ему спину спортивным массажем.

Шведы не так часто сидят в советских тюрьмах. С одним шведом, вспоминаю, сидел и я. Его звали Эрик…

— …Арвид Андерсен? — с живостью переспрашивает В. А. (он очень живо и говорит и движется).

Ну, надо же! Так это Арвид его и вылечил массажем! Ну до чего ж, ну до чего ж я тесен! — напоминает нам Архипелаг в напутствие. Вот, значит, куда везли Арвида три года назад — в Уральский изолятор. И что-то не очень вступились за голубчика Атлантический пакт и папа-миллиардер. [100]Павел Веселов (Стокгольм), много занимавшийся другими захватами шведских граждан советскими властями, проанализировав рассказы Э. А. Андерсена о себе и отсутствие какого-либо миллиардера Андерсена в Швеции, высказывает предположение: что и по внешнему виду и по форме названной им фамилии Э. А. скорее норвежец, но по каким-то причинам предпочел выдавать себя за шведа. Норвежцы, бежав из страны после 1940, и в английской армии служили несравнимо чаще, чем может быть одиночные шведы. Э. А. мог иметь английскую родственную связь с какими-то Робертсонами, но родство с генералом Робертсоном придумать, чтобы поднять себе цену перед МГБ. Вероятно, и в Москву он приезжал в составе английской или норвежской делегации, а не шведской (такая, кажется, и не ездила), но был там третьестепенным лицом. Может быть, МГБ предлагало ему стать своим разведчиком, и за этот отказ он получил 20 лет. Отец Эрика мог быть дельцом, но не такого масштаба. Однако Эрик преувеличивал и даже знакомство своего отца с Громыкой (отчего гебисты и показали его Громыке), — чтобы заинтересовать МГБ выкупом и таким образом дать знать о себе на Запад. (Примечание 1975)

А тем временем нас по одному начинают вызывать в областную комендатуру — это тут же, во дворе облМВД, это — такой полковник, майор и многие лейтенанты, которые заведуют всеми ссыльными Джамбульской области. К полковнику, впрочем, нам ходу нет, майор лишь просматривает наши лица, как газетные заголовки, а оформляют нас лейтенанты, красиво пишущие перьями.

Лагерный опыт отчётливо бьёт меня под бок: смотри! в эти короткие минуты решается вся твоя будущая судьба! Не теряй времени! Требуй, настаивай, протестуй! Напрягись, извернись, изобрети что-нибудь, почему ты обязательно должен остаться в областном городе или получить самый близкий и удобный район. (И причина эта есть, только я не знаю о ней: второй год растут во мне раковые метастазы после лагерной незаконченной операции.)

Не-ет, я уже не тот… Я не тот уже, каким начинал срок. Какая-то высшая малоподвижность снизошла на меня, и мне приятно в ней пребывать. Мне приятно не пользоваться суетливым лагерным опытом. Мне отвратительно придумывать сейчас убогий жалкий предлог. Никто из людей ничего не знает наперёд. И самая большая беда может постичь человека в наилучшем месте, и самое большое счастье разыщет его — в наидурном. Да даже узнать, расспросить, какие районы области хорошие, какие плохие, — я не успел, я занят был судьбой старого инженера.

На его деле какая-то охранительная резолюция стоит, потому что ему разрешают выйти пешком своими ногами в город, дойти до облводстроя и спросить себе там работы. А всем остальным нам одно назначение: Кок-Терекский район. Это — кусок пустыни на севере области, начало безжизненной Бет-Пак-Дала, занимающей весь центр Казахстана. Вот тебе и виноград!..

Фамилию каждого из нас кругловато вписывают в бланк, отпечатанный на корявой рыжей бумаге, ставят число, подкладывают нам — распишитесь.

Где это я уже встречал подобное? Ах, это когда мне объявляли постановление ОСО. Тогда тоже вся задача была — взять ручку и расписаться. Только тогда бумага была московская, гладкая. Перо и чернила, впрочем, такие же дрянные.

Итак, что же мне «объявлено сего числа»? Что я, имярек, ссылаюсь навечно в такой-то район под гласный надзор районного МГБ и в случае самовольного отъезда за пределы района буду судим по Указу Президиума Верхсовета, предусматривающему наказание 20 (двадцать) лет каторжных работ.

Ну что ж, всё законно. Ничто не удивляет нас.

Годами позже я достану Уголовный кодекс РСФСР и с удовольствием прочту там в статье 35-й: что ссылка назначается на срок от трёх до десяти лет, в качестве же дополнительной к заключению может быть только до пяти лет. (Это — гордость советских юристов: что начиная ещё с уголовного кодекса 1922 года в советском праве нет бессрочных правопоражений и вообще бессрочных репрессий, кроме самой жуткой из них — бессрочного изгнания из пределов СССР. И в этом «важное принципиальное отличие советского права от буржуазного», сборник «От тюрем…».) Так-то так, но экономя труд МВД, пожалуй вечную-то выписывать проще: не надо следить за концами сроков да морочиться обновлять их.

И ещё в статье 35-й, что ссылка даётся только особым определением суда. Ну, хотя бы ОСО? Но даже и не ОСО, а дежурный лейтенант выписывал нам вечную ссылку.

Мы охотно подписываем. В моей голове настойчиво закручивается эпиграмма, немного длинноватая, правда:

Чтоб сразу, как молот кузнечный

Обрушить по хрупкой судьбе, —

Бумажку: я сослан навечно

Под гласный надзор МГБ.

Я выкружил подпись беспечно.

Есть Альпы. Базальты. Есть — Млечный,

Есть звёзды — не те, безупречно

Сверкающие на тебе.

Мне лестно быть вечным, конечно!

Но — вечно ли МГБ?

Приходит Владимир Александрович из города, я читаю ему эпиграмму, и мы смеёмся — смеёмся как дети, как арестанты, как безгрешные люди. У В. А. очень светлый смех — напоминает смех К. И. Страховича. И сходство между ними глубокое: это люди — слишком ушедшие в интеллект, и страдания тела никак не могут разрушить их душевное равновесие.

А между тем и сейчас у него мало весёлого. Сослали его, конечно, не сюда, ошиблись, как полагается. Только из Фрунзе могли назначить его в Чуйскую долину, в места его бывших работ. А здесь водстрой занимается арыками. Самодовольный полуграмотный казах, начальник водстроя, удостоил создателя Чуйской системы ирригации постоять у порога кабинета, позвонил в обком и согласился принять младшим гидротехником, как девчёнку после училища. А во Фрунзе — нельзя: другая республика.

Как одной фразой описать всю русскую историю? Страна задушенных возможностей.

Но всё же потирает руки седенький: знают его учёные, может быть, перетащат. Расписывается и он, что сослан навечно, а если отлучится — будет отбывать каторгу до 93-х лет. Я подношу ему вещи до ворот — до черты, которую запрещено мне переступать. Сейчас он пойдёт снимать у добрых людей угол комнаты и грозится выписать старуху из Москвы. Дети?… Дети не приедут. Говорят, нельзя бросать московские квартиры. А ещё родственники? Брат есть. Но у брата глубоконесчастная судьба: он историк, не понял октябрьской революции, покинул родину и теперь, бедняга, заведует кафедрой Византии в Колумбийском университете. Мы ещё раз смеёмся, жалеем брата и обнимаемся на прощание. Вот промелькнул ещё один замечательный человек и ушёл навсегда.

А нас, остальных, почему-то держат ещё сутки и сутки в маленькой каморке, где на дурном щелястом полу мы спим вплотную, еле вытягивая ноги в длину. Это напоминает мне тот карцер, с которого я начал свой срок восемь лет назад. Освобождённых , нас на ночь запирают на замок, предлагая, если мы хотим, взять внутрь парашу. От тюрьмы только то отличие, что эти дни нас уже не кормят бесплатно, мы даём свои деньги, и на них с базара приносят чего-нибудь.

На третьи сутки приходит самый настоящий конвой с карабинами, нам дают расписаться, что мы получили деньги на дорогу и на еду, дорожные деньги тотчас у нас отбирает конвой (якобы — покупать билеты, на самом деле, напугав проводников, провезут нас бесплатно, деньги возьмут себе, это уж их заработок), строят нас колонной по двое с вещами и ведут к вокзалу опять между рядами тополей. Поют птицы, гудит весна, — а ведь только 2-е марта! Мы в ватном, жарко, но рады, что на юге. Кому-кому, а невольному человеку круче всего достаётся от морозов.

Целый день везут нас медленным поездом навстречу тому, как мы сюда приехали, потом, от станции Чу, километров десять гонят пешком. Наши мешки и чемоданы заставляют нас славно взопреть, мы клонимся, спотыкаемся, но волочим: каждая тряпочка, вынесенная через лагерную вахту, ещё пригодится нашему нищему телу. А на мне — две телогрейки (одну замотал по инвентаризации) и сверх того — многострадальная фронтовая шинель, истёртая и по фронтовой земле и по лагерной, — как же теперь её, рыжую, замусоленную, бросить?

День кончается — мы не доехали. Значит, опять ночевать в тюрьме, в Новотроицком. Уж как давно мы свободны, — а всё тюрьма и тюрьма. Камера, голый пол, глазок, оправка, руки назад, кипяток, — и только пайки не дают: ведь мы уже свободные .

Наутро подгоняют грузовик, приходит за нами тот же конвой, переночевавший без казармы. Ещё 60 километров в глубь степи. Застреваем в мокрых низинках, соскакиваем с грузовика (прежде, зэками, не могли) и толкаем, толкаем его из грязи, чтобы скорей миновало дорожное разнообразие, чтобы скорей приехать в вечную ссылку. А конвой стоит полукругом и охраняет нас.

Мелькают километры степи. Сколько глазу хватает, справа и слева — жёсткая серая несъедобная трава, и редко-редко — казахский убогий аул с кущицей деревьев. Наконец впереди, за степной округлостью, показываются вершинки немногих тополей (Кок-Терек — «зелёный тополь»).

Приехали! Грузовик несётся между чеченскими и казахскими саманными мазанками, вздувает облако пыли, привлекает на себя стаю негодующих собак. Сторонятся милые ишаки в маленьких бричках, из одного двора медленно и презрительно на нас оглядывается верблюд. Есть и люди, но глаза наши видят только женщин, этих необыкновенных забытых женщин: вон чернявенькая с порога следит за нашей машиной, приложив ладонь козырьком; вон сразу трое идут в пёстрых красных платьях. Все — не русские. «Ничего, есть ещё для нас невесты!» — бодро кричит мне на ухо сорокалетний капитан дальнего плавания В. И. Василенко, который в Экибастузе гладко прожил заведующим прачечной, а теперь ехал на волю расправлять крылья, искать себе корабля.

Миновав раймаг, чайную, амбулаторию, почту, райисполком, райком под шифером, дом культуры под камышом, — грузовик наш останавливается около дома МВД-МГБ. Все в пыли, мы спрыгиваем, входим в его палисадник и, мало стесняясь центральной улицей, моемся тут до пояса.

Через улицу, прямо против МГБ, стоит одноэтажное, но высокое удивительное здание: четыре дорических колонны всерьёз несут на себе поддельный портик, у подошвы колонн — две ступени, облицованные под гладкий камень, а над всем этим — потемневшая соломенная крыша. Сердце не может не забиться: это — школа! Десятилетка. Но не бейся, молчи, несносное: это здание тебя не касается.

Пересекая центральную улицу, туда, в заветные школьные ворота, идёт девушка с завитыми локонами, чистенькая, подобранная в талии жакета как осочка. Она идёт — и касается ли земли? Она — учительница ! Она так молода, что не могла ещё кончить института. Значит — семилетка и целый педагогический техникум. Как я завидую ей! Какая бездна между нею и мной, чернорабочим. Мы — разных сословий, и я никогда не осмелился бы провести её под руку.

А между тем новоприбывшими, по очереди выдёргивая их к себе в молчаливый кабинет, стал заниматься… кто же бы? Да конечно кум, оперуполномоченный! И в ссылке он есть, и тут он — главное лицо.

Первая встреча очень важна: ведь нам с ним играть в кошки-мышки не месяц, а вечно. Сейчас я переступлю его порог, и мы будем приглядываться друг ко другу исподтишка. Очень молодой казах, он скрывается за замкнутостью и вежливостью, я — за простоватостью. Мы оба понимаем, что наши незначащие фразы, вроде — «вот вам лист бумаги», «а какой ручкой я могу писать?», — это уже поединок. Но для меня важно показать, что я даже не догадываюсь об этом. Я просто, видимо, всегда такой, нараспашку, без хитростей. Ну же, бронзовый леший, помечай у себя в мозгу: этот — особого наблюдения не требует, приехал мирно жить, заключение пошло ему на пользу.

Что я должен заполнить? Анкету, конечно. И автобиографию. Этим откроется новая папка, вот приготовленная на столе. Потом сюда будут подшиваться доносы на меня, характеристики от должностных лиц. И как только в контурах соскребётся новое дело и будет из центра сигнал сажать — меня посадят (вот здесь, на заднем дворе, саманная тюрьма) и вмажут новую десятку.

Я подаю начинательные бумаги, опер прочитывает их и накалывает в скоросшиватель.

— А не скажете, где здесь районо? — вдруг спрашиваю я беззаботно-вежливо.

А он вежливо объясняет. Он не вскидывает удивлённо бровей. Отсюда я делаю вывод, что могу идти наниматься, МГБ не возражает. (Конечно, как старый арестант, я не продешевился, не спросил его прямо: а можно ли мне работать в системе народного образования?)

— Скажите, а когда я смогу туда пройти без конвоя?

Он пожимает плечами:

— Вообще, сегодня, пока к вам тут при… — желательно, чтобы вы не выходили за ворота. Но по служебному вопросу сходить можно.

И вот я иду! Все ли понимают это великое свободное слово? Я сам иду! Ни с боков, ни сзади не нависают автоматы. Я оборачиваюсь: никого! Захочу, пойду правой стороною, мимо школьного забора, где в луже копается большая свинья. Захочу, пойду левой стороною, где бродят и роются куры перед самым районо.

Двести метров я прохожу до районо, — а спина моя, вечно согнутая, уже чуть-чуть распрямилась, а манеры уже чуть-чуть развязнее. За эти двести метров я перешёл в следующее гражданское сословие.

Я вхожу в старой шерстяной гимнастёрке фронтовых времён, в старых-престарых диагоналевых брюках. А ботинки — лагерные, свинокожие, и еле упрятаны в них торчащие уши портянок.

Сидят два толстых казаха — два инспектора районо, согласно надписям.

— Я хотел бы поступить на работу, в школу, — говорю я с растущей убеждённостью и даже как бы лёгкостью, будто спрашиваю, где у них тут графин с водой.

Они настораживаются. Всё-таки в аул, среди пустыни, не каждые полчаса приходит наниматься новый преподаватель. И хотя Кок-Терекский район обширнее Бельгии, всех лиц с семиклассным образованием здесь знают в лицо.

— А что вы кончили? — довольно чисто по-русски спрашивают меня.

— Физмат университета.

Они даже вздрагивают. Переглядываются. Быстро тараторят по-казахски.

— А… откуда вы приехали?

Как будто неясно, я должен всё им назвать. Какой же дурак приедет сюда наниматься, да ещё в марте месяце?

— Час назад я приехал сюда в ссылку.

Они принимают многознающий вид и один за другим исчезают в кабинете зава. Они ушли, — и теперь я вижу на себе взгляд машинистки лет под пятьдесят, русской. Миг — как искра, и мы — земляки: с Архипелага и она! Откуда, за что , с какого года? Надежда Николаевна Грекова из казачьей новочеркасской семьи, арестована в 1937, простая машинистка и всем арсеналом Органов вмята, что состояла в какой-то фантастической террористической организации. Десять лет, а теперь — повторница , и — вечная ссылка.

Понижая голос и оглядываясь на притворенную дверь заведующего, она толково информирует меня: две десятилетки, несколько семилеток, район задыхается без математиков, нет ни одного с высшим образованием, а какие такие бывают физики — тут и не видели никогда. Звонок из кабинета. Несмотря на полноту, машинистка вскакивает, бодро бежит — вся служба, и на возврате громко официально вызывает меня.

Красная скатерть на столе. На диване — оба толстых инспектора, очень удобно сидят. В большом кресле под портретом Сталина — заведующий: маленькая гибкая привлекательная казашка с манерами кошки и змеи. Сталин недобро усмехается мне с портрета.

Меня сажают у двери, вдали, как подследственного. Заводят никчёмный тягостный разговор, потому особенно долгий, что, пару фраз сказав со мною по-русски, они потом десять минут переговариваются по-казахски, а я сижу как дурак. Меня расспрашивают подробно, где и когда я преподавал, выражают сомнение, не забыл ли я своего предмета или методики. Затем после всяких заминок и вздохов, что нет мест, что математиками и физиками переполнены школы района, и даже полставки трудно выкроить, что воспитание молодого человека нашей эпохи — ответственная задача, — они подводят к главному: за что я сидел? в чём именно моё преступление? Кошка-змея заранее жмурит лукавые глаза, будто багровый свет моего преступления уже ударяет в её партийное лицо. Я смотрю поверх неё в зловещее лицо сатаны, искалечившего всю мою жизнь. Чту я могу перед его портретом рассказать о наших с ним отношениях?

Я пугаю этих просветителей, есть такой арестантский приём: о чём они меня спрашивают — это государственная тайна, рассказывать я не имею права. А короче я хочу знать, принимают они меня на работу или нет.

И опять, и опять они переговариваются по-казахски. Кто такой смелый, что на собственный страх примет на работу государственного преступника? Но выход у них есть: они дают мне писать автобиографию, заполнять анкету в двух экземплярах. Знакомое дело! Бумага всё терпит. Не час ли назад я это уже заполнял? И заполнив ещё раз, возвращаюсь в МГБ.

С интересом обхожу я их двор, их самодельную внутреннюю тюрьму, смотрю, как, подражая взрослым, и они безо всякой надобности пробили в глинобитном заборе окошко для приёма передач, хотя забор так низок, что и без окошка можно передать корзину. Но без окошка — что ж будет за МГБ? Я брожу по их двору и нахожу, что мне здесь гораздо легче дышится, чем в затхлом районо: оттуда загадочным кажется МГБ, и инспектора леденеют. А тут — родное министерство . Вот три лба коменданта (два офицера среди них), они откровенно поставлены за нами наблюдать, и мы — их хлеб. Никакой загадки.

Коменданты оказываются покладистыми и разрешают нам провести ночь не в запертой комнате, а во дворе, на сене.

Ночь под открытым небом! Мы забыли, что это значит!.. Всегда замки, всегда решётки, всегда стены и потолок. Куда там спать! Я хожу, хожу и хожу по залитому нежным лунным светом хозяйственному притюремному двору. Отпряженная телега, колодец, водопойное корыто, стожок сена, чёрные тени лошадей под навесом — всё это так мирно, даже старинно, без жестокой печати Органов. Третье марта — а ничуть не похолодало к ночи, тот же почти летний воздух, что днём. Над разбросанным Кок-Тереком ревут ишаки, подолгу, страстно, вновь и вновь, сообщая ишбчкам о своей любви, об избытке приливших сил, — и вероятно ответы ишачек тоже в этом рёве. Я плохо различаю голоса, вот низкие могучие рёвы — может, верблюжьи. Мне кажется, будь у меня голос, и я бы сейчас заревел на луну: я буду здесь дышать! Я буду здесь передвигаться!

Не может быть, чтобы я не пробил этого бумажного занавеса анкет! В эту трубную ночь я чувствую превосходство над трусливыми чиновниками. Преподавать! — снова почувствовать себя человеком! Стремительно войти в класс и огненно обежать ребячьи лица. Палец, протянутый к чертежу, — и все не дышат! Разгадка дополнительного построения — и все вздыхают освобождённо.

Не могу спать! Хожу, хожу, хожу под луной. Поют ишаки! Поют верблюды! И всё поёт во мне: свободен! свободен!

Наконец я ложусь подле товарищей на сено под навесом. В двух шагах от нас стоят лошади у своих яслей и всю ночь мирно жуют сено. И кажется, ничего роднее этого звука нельзя было во всей вселенной придумать для нашей первой полусвободной ночи.

Жуйте, беззлобные! Жуйте, лошадки!..

На следующий день нам разрешают уйти на частные квартиры. По своим средствам я нахожу себе домик-курятник — с единственным подслеповатым окошком и такой низенький, что даже посередине, где крыша поднимается выше всего, я не могу выпрямиться в рост. «Мне б избёнку пониже…»- когда-то в тюрьме писал я мечтательно о ссылке. Но всё-таки мало приятно, что головы нельзя поднять. Зато — отдельный домик! Пол — земляной, на него — лагерную телогрейку, вот и постель! Но тут же ссыльный инженер, преподаватель Баумановского института, Александр Климентьевич Зданюкевич, одолжает мне пару досчатых ящиков, на которых я устраиваюсь с комфортом. Керосиновой лампы у меня ещё нет (ничего нет, каждую нужную вещь придётся выбрать и купить, как будто ты на земле впервые), — но я даже не жалею, что нет лампы. Все годы в камерах и бараках резал души казённый свет, а теперь я блаженствую в темноте. И темнота может стать элементом свободы! В темноте и тишине (могло бы радио доноситься из площадного динамика, но третий день оно в Кок-Тереке бездействует) я просто так лежу на ящиках — и наслаждаюсь.

Чего мне ещё хотеть?…

Однако утро превосходит все возможные желания! Моя хозяйка, новгородская ссыльная бабушка Чадова, шёпотом, не осмеливаясь вслух, говорит мне:

— Поди-ка там радио послушай. Что-то мне сказали, повторить боюсь.

Действительно, заговорило. Я иду на центральную площадь. Толпа человек в двести — очень много для Кок-Терека, сбилась под пасмурным небом вокруг столба, под громкоговорителем. Среди толпы — много казахов, притом старых. С лысых голов они сняли пышные рыжие шапки из ондатры и держат в руках. Они очень скорбны. Молодые — равнодушнее. У двух-трёх трактористов фуражки не сняты. Не сниму, конечно, и я. Я ещё не разобрал слов диктора (его голос надрывается от драматической игры), — но уже осеняет меня понимание.

Миг, который мы с друзьями призывали ещё во студентах! Миг, о котором молятся все зэки ГУЛАГа (кроме ортодоксов)! Умер, азиатский диктатор! Скорёжился, злодей! О, какое открытое ликование сейчас там у нас, в Особлаге![101]В Камышлаге зашёл кум (морда пришибеевская) в барак и объявил строго: «Партия с гордостью сообщает о смерти Иосифа Виссарионовича Сталина». А здесь стоят школьные учительницы, русские девушки, и рыдают навзрыд: «Как же мы теперь будем?…» Родимого потеряли… Крикнуть бы им сейчас через площадь: «Так и будете! Отцов ваших не расстреляют! Женихов не посадят! И сами не будете ЧС!»

Хочется вопить перед репродуктором, даже отплясать дикарский танец! Но увы, медлительны реки истории. И лицо моё, ко всему тренированное, принимает гримасу горестного внимания. Пока — притворяться, по-прежнему притворяться.

И всё же великолепно ознаменовано начало моей ссылки!

Минует десяток дней — и в борьбе за портфели и в опаске друг перед другом семибоярщина упраздняет вовсе МГБ! Так правильно я усомнился: вечно ли МГБ?[102]Правда, через полгода вернут нам КГБ, штаты прежние.

И что ж на земле тогда вечно, кроме несправедливости, неравенства и рабства?…

Приключения Незнайки и его… недругов

В нашем «Теремке» главный режиссер Геннадий Шугуров осуществил постановку романа — сказки Николая Носова «Приключения Незнайки и его друзей».

Чуть ли не единственный в нашей литературе детский сказочный роман остался очень даже читаемым, несмотря на все социальные передряги. Это увлекательная, смешная и очень добрая книга, если не сосредотачиваться на (обязательном в советское время) моралите в финальных главах. И сама попытка перенести ее на кукольную сцену заслуживает всяческой похвалы. Узнаваем с детства любимый силуэт Цветочного города- игрушечные домики с колокольчиками крыш, цветочные фонарики вокруг (или это светлячки забрались внутрь цветков?). Декорация цельная и кажется собранной из кубиков приятных пастельных тонов (художник Татьяна Старикова).

Сюжет динамичен и вместил наиболее интересные главы из первой книги про Незнайку : «Как Незнайка был музыкантом», «Как Незнайка был художником», «Как Незнайка сочинял стихи», «Как Незнайка катался на газированном автомобиле», «Как Знайка придумал воздушный шар».Смотрятся они увлекательно.Замечательно маршируют малыши по сцене с трубами и литаврами, под рефрен песенки про зелененького кузнечика ( всегда думала, что написал ее к одноименному мультику Шаинский, а не Гладков!)

Начинается спектакль с выдумки беспокойного малыша-коротыша в канареечных брюках, что от солнца оторвался кусок и летит на землю, и всеобщей по этой причине паники. Как все мы, наверное, помним, «этот Незнайка носил оранжевую рубашку с зеленым галстуком, желтые, канареечные, брюки и яркую голубую шляпу», Вот отсюда поподробнее. Канареечные брюки, самая яркая деталь одежды Незнайки, неоднократно упоминается в тексте, приводят ее и в спектакле. Вопрос только зачем. Никаких брюк на любимом герое Носова нет, поскольку ног у перчаточных кукол не бывает. Так, желтая тряпочка -юбочка виднеется слегка, да и то, увидишь ее не со всех мест.

Когда-то этот вид кукол царил на сцене. Сейчас в театрах страны он оставлен только в сказках для самых маленьких. В силу малой выразительности и балаганной нарочитости. И мы могли ожидать, что для инсценировки детского романа режиссер выберет более гибких и подвижных персонажей ( хотя бы с ногами).Скажем, тростевых или марионеточных. Все же книга про Незнайку не для молочных младенцев.

Увы, по сцене прыгают этакие карлики ( и карлицы),помахивая культяпками ручек. Их скроенные по одному лекалу ( отличие лишь в длине носа и прически: кудряв, лохмат, плешив) «физиогномии» напоминают жутковатых пупсов из западных мультиков с выпученными глазками, сильно задранным носом, щелкой рта и убегающим подбородком. Куклы этой художницы невыгодно отличаются от ее более талантливых декораций. Хотя, конечно, они полностью отвечают замыслу режиссера – показать малышей Цветочного города злыми эгоистами. Но так же не симпатична здесь Синеглазка – первая красавица своего города.

В книге малыши хоть и журят Незнайку за карикатуры на самих себя, оглушительные звуки трубы, нелепые стишки, делают это по-дружески, с юмором. Терпят все его выходки, даже за уничтоженную машину Винтика и Шпунтика ему не досталось (хотя и следует). В спектакле не Гунька становится лучшим другом Незнайки, а толстый , неповоротливый Пончик, который все же упорно лезет с ним драться. «Злым гением» главного героя становится фанат жесткой медицины Пилюлькин. Он не только всем грозит противной касторкой, но и поминутно выхватывает шприц с себя ростом, гоняясь за очередной жертвой.

По замыслу автора сказки,Медуница из Зеленого города только смешно спорит со своим коллегой о методах лечения: мягкий, приятый мед или жгучий, болезненный йод? В «Теремке» она превращена в какую-то садистку полицайку: то и дело срывается на повелительный крик в споре с «больными» и несгибаемым Пилюлькиным. Неуютно бедным коротышам под бдительным оком таких эскулапов!

Сильно сокращена в постановке вторая часть книги, где путешественники падают с воздушного шара и оказываются в городе малышек. Правда, само путешествие по воздуху показано изобретательно ( но почему-то оставлены дома Винтик и Шпунтик — основные помощники Знайки в создании шара),а вот развязка наступает слишком быстро, как на детском утреннике, когда актерам нужно поскорее кончить, чтоб не утомлять малолеток. Ведь как вдохновенно врет Незнайка в книжке: «Вдруг -бум! Не летим выше. Смотрим — на облако наскочили. Что делать? Взяли топор, прорубили в облаке дырку. Опять вверх полетели. Вдруг смотрим – вверх ногами летим: небо внизу, а земля вверху». Ничего этого нет.

Финал романа был несколько затянутым и сентиментальным, но там хорошо была показана детская бесчувственность, когда малыши добивают пристыженного врунишку Незнайку всякими дразнилками и обидными надписями. А ведь он спас их из слишком заботливых рук Медуницы, где они так изнывали: « Ходить нельзя, бегать нельзя, в пятнашки играть нельзя, в расшибалочку тоже. Петь даже нельзя. Одежду у всех отобрали, всем выдали по носовому платочку. Лежи да сморкайся, вот тебе и все развлечение».

Доброту и чуткость проявляет в книге одна Синеглазка, успокоив безутешного плачущего героя и пожурив остальных: « А зачем он обманывал? — сказал Пончик.- Разве он вас обманывал? — удивилась Синеглазка. — Он обманывал нас, а вы молчали — значит, были с ним заодно».Но и эта сцена отсутствует, как и описание Зеленого города и хулиганистой Змеевки.

По-настоящему носовскими вышли здесь только «люди искусства» (Тюбик – А. Черепанов и Цветик – Р.Сопко) и, конечно, сам Незнайка в виртуозном исполнении народной артистки России Татьяны Кондратьевой. Он вовсе не злой и не вредный, а просто лентяй и большой фантазер. Вспомним у Носова: «Незнайка был не такой уж скверный. Он очень хотел чему-нибудь научиться, но не любил трудиться. Ему хотелось выучиться сразу, без всякого труда, а из этого даже у самого умного коротышки ничего не могло получиться».

Много хорошего в новой постановке — вечный сюжет, переделанный для пьесы, хорошие актерский состав и сценическое решение, режиссерские находки. И мог бы получиться отличный спектакль для младших школьников – веселый , ироничный, с ненавязчивым подтекстом. А получился он безадресным и довольно агрессивным. Книга гораздо умнее, чем она нам здесь представлена.Спасибо Незнайке Кондратьевой: вывозит обаянием личности, человеческой и актерской.

Ирина Крайнова

«Саратовские вести» 23 мая 2012 г.

Читать «Кончил дело — Гуляй смело (СИ)» — «LisaAliza» — Страница 21

— И он, типа, думает, раз у меня никого нет, то это его единственный шанс, понимаешь?

Как тут не понять.

Я сам бы, ещё недели две назад, откинул копыта от счастья, услышь я вдруг такое предложеньице.

Именно.

Недели две назад.

— Ну, и он поймёт, что мы вместе и у нас всё серьёзно, и отстанет наконец!

Я в сомнении покосился на Полинку. Звучало вполне убедительно.

— Мишань, поможешь?

— Амм, ну… да, — я почесал затылок. — Полин, а почему именно я?

— Ты классный, — просто заявила она. — Я могу попросить кого-то другого, но, — она помялась, — в общем, тебе-то я доверяю.

Вот оно что.

Ясно… Полинка просто опасалась, что другой такой избранник на роль бойфренда попросту попытается под шумок перевести спектакль в реальность. А я — свой в доску, не опасен. Видимо, явно не тяну на того, кто способен завалить девчонку в койку.

А может, я уже вообще похож на гомика?

Я зажмурился, тряхнул головой и кивнул, сдаваясь:

— Не вопрос, Полин.

— Ой, Мишка, спасибо! Только, чур, никому про это, идёт? Вообще-вообще никому, окей?

И тут же благодарно чмокнула меня в щёку, почти по-детски.

Я наивно кивнул, ещё не представляя, чем это может для меня обернуться.

В следующую секунду кто-то заглянул в спортзал, но, не успел я отпрыгнуть, как Полинка развернулась, сердито глянула на любопытствующих и уплыла в коридор, нарочно громко фыркнув «Надоели, уединиться не дают!»

Ещё и бросила мне демонстративный воздушный поцелуй напоследок, подмигнув.

Ну и дела.

До обеда я еле досидел, не столько из-за дискомфорта в заднице, сколько от нетерпения увидеть Артура. Дабы скоротать время на физике, я даже умудрился составить список назревших вопросов, уповая на то, что его величеству Владыке Вибраторов захочется поделиться тайными сведениями о себе.

Ровно в два часа я уже стоял у дверей магазина. Внутрь заходить не стал, решил подождать его на улице. Впрочем, Артур появился буквально через пару минут.

— Привет!

И чего я так засиял?

— Привет. А я думал, ты опять не придёшь, — он оглядел меня с головы до ног.

— Ну.. я же обещал в этот раз… — я стоял и пялился на него с такой идиотской улыбкой, что Артур покосился по сторонам:

— Идём. А то решат, что я на обеде малолетку снимаю, — и подтолкнул меня, усмехнувшись.

— И вовсе я не малолетка! Просто рад… Может, я соскучился. И поговорить хотел. И вообще… А ты, блин… Я, между прочим, спешил…

Он напрягся, резко остановился, и я, не успев притормозить, врезался ему в спину.

— Ты недавно кончил?

— Ч… Что?! — я тут же вспыхнул. — ТЬФУ! Да не брюзжу я!! И не ворчу! Просто соскучился!

Остряк, блин.

— Соскучился, говоришь? Ладно, пошли уже, — бросил он мне через плечо и свернул в сторону ближайшей пиццерии.

***

— Что значит «не хочу»? — Артур покосился недовольно. — Заказывай давай.

Я вздохнул, раскошелился на кесадью и карамельный десерт, подхватил поднос и прошествовал к столику у окна.

Следом подоспел Артур, волоча два куска мясной пиццы, овощной салат и большой стакан кофе.

— И это всё в тебя влезет? — я скептически заглянул на поднос.

— Ты вчера насчёт себя тоже сомневался. А ничего… Влезло, — он с аппетитом захрустел салатом.

Я подавился, не успев даже поднести вилку ко рту.

Он вознамерился меня застыдить настолько, что я и пообедать не смогу?

— Ты собираешься есть уже? Или так и будешь на меня глазеть?

Он принялся уплетать пиццу с таким энтузиазмом, что у меня заурчало в животе. Я вздохнул и приступил к поеданию кесадьи, поймав себя на том, что едва не заглядываю Артуру в рот.

— Эй, ну, что опять такое?

— Нифефо… пфофто фкуфно…

— Ешь уже нормально, — он подмигнул, — иначе скоро отощаешь так, что мне придётся отказать тебе в подработке.

Я подпрыгнул, грохнув коленками о край стола, и тут же зашипел, сморщившись.

— А теперь ещё и с синяками… Что, так больно?

— Не больно… то есть, больно… но не ноги… — буркнул я.

Ему, казалось, мой ответ понравился, так как жевать он стал ещё воодушевлённее.

Чёрт, ну и чего я молчу? Онемел? Он сейчас сточит эту несчастную пиццу и попросту уйдёт!

— Артур… — как можно будничнее начал я, макая кусок кесадьи в сметану.

— М-м-м?

— А у тебя есть девушка? — я зажевал с видом хомяка.

Он глянул на меня чуть удивлённо.

— Нет.

И снова принялся за пиццу.

— Ааа.. ясно. А парень? — я продолжал жевать, невинно опустив глаза в тарелку. Разве только не посвистывал ещё.

Ответа не было, и я глянул на него исподлобья.

— Нет, — он улыбнулся краешком губ.

— Совсем-совсем нет?

— А что?

Он принялся посасывать кофе через трубочку. А я уставился на губы.

Не моргая.

Интересно, как он целуется?

А губы, наверное, сейчас горькие от кофе.

— Решил меня загипнотизировать?

— Да это ты меня… решил… загипнотизировать… — я приступил к десерту, ковыряя ложечкой.

— Это чем же?

— Ничем, блин! Сидишь… посасываешь тут, — я прикусил язык.

Артур глянул мне в глаза, явно собираясь сказать что-то не очень ласковое, но тут же, передумав, изменился в лице:

Детективы и Триллеры — Книги — Страница 1

Детективы и Триллеры

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.63 (60) 55|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 36

Добро пожаловать в Великую Аксонскую Империю!

Здесь по улицам все еще раскатывают и кэбы, и омнибусы, но под славным городом Бромли уже шумит метро. Здесь в переулке можно встретить бродячую гадалку или графиню, а если не повезет — получить ножом в бок. Здесь проходит рубеж веков — и за эпохой лошадей наступает эпоха паровозов, а следом уже спешат, подгоняя прогресс нетерпеливыми гудками, первые электромобили.

Здесь леди Виржиния-Энн пригласит вас в свою кофейню «Старое гнездо» на чашечку превосходного кофе — если, конечно, вам повезет.

Детектив и мистика, старый век и новый, ужасные преступления и блеск высшего света — все это Кофейные Истории!

Заходите на чашечку кофе!

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.61 (51) 45|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 46

Добро пожаловать в Великую Аксонскую Империю!

Здесь по улицам все еще раскатывают и кэбы, и омнибусы, но под славным городом Бромли уже шумит метро. Здесь в переулке можно встретить бродячую гадалку или графиню, а если не повезет — получить ножом в бок. Здесь проходит рубеж веков — и за эпохой лошадей наступает эпоха паровозов, а следом уже спешат, подгоняя прогресс нетерпеливыми гудками, первые электромобили.

Здесь леди Виржиния-Энн пригласит вас в свою кофейню «Старое гнездо» на чашечку превосходного кофе — если, конечно, вам повезет.

Детектив и мистика, старый век и новый, ужасные преступления и блеск высшего света — все это Кофейные Истории!

Заходите на чашечку кофе!

Ближе к весне в Бромли начинают курсировать жуткие слухи — мол, кто-то похищает приютских мальчишек и младших сыновей из бедных семейств, а затем подбрасывает тела к городским храмам.

В страшном преступлении испуганные люди готовы обвинить кого угодно — проходимцев-гипси, издавна живущих в городе, языческие общины эмигрантов с Юга, даже призраков…

Детектив Эллис и леди Виржиния еще и не подозревают, что за разгадкой им придется в буквальном смысле спуститься под землю.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.59 (61) 55|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 51

Добро пожаловать в Великую Аксонскую Империю!

Здесь по улицам все еще раскатывают и кэбы, и омнибусы, но под славным городом Бромли уже шумит метро. Здесь в переулке можно встретить бродячую гадалку или графиню, а если не повезет — получить ножом в бок. Здесь проходит рубеж веков — и за эпохой лошадей наступает эпоха паровозов, а следом уже спешат, подгоняя прогресс нетерпеливыми гудками, первые электромобили.

Здесь леди Виржиния-Энн пригласит вас в свою кофейню «Старое гнездо» на чашечку превосходного кофе — если, конечно, вам повезет.

Детектив и мистика, старый век и новый, ужасные преступления и блеск высшего света — все это Кофейные Истории!

Заходите на чашечку кофе!

Леди Виржиния отправляется в загородный дом. Отдохнуть от приключений, расследований и великосветского общества заодно. Только вот получится ли у нее?

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.58 (92) 65|15Год: 1966Язык книги: РусскийСтраниц: 28

Действие знаменитой повести Артура Конан Дойла «Знак четырёх» крутится вокруг некоего ларца с сокровищами правителя индийского княжества Агры, похищенного некогда англичанином Джонатаном Смолом и тремя туземцами во время боевых действий в Индии. Трудно сказать, знал ли Артур Конан Дойл подлинную подоплёку этого события или уж такова была сила его фантазии, что способна была порождать сюжеты, часто оказывавшиеся на поверку “почти подлинными”, но очень похожая история с сокровищами восточного владыки и английскими солдатами случилась на самом деле. Совсем как в произведении автора, она долгие годы сохранялась в глубокой тайне и вышла наружу только осенью 1893 года, когда в городе Уодсворт скончался отставной солдат, долгое время прослуживший в колониях. Перед смертью он, призвав священника и полисмена, сделал официальное заявление о совершении им кражи. По словам умирающего, он, служа в пехотном полку, в 1885 году принимал участие в боевых действиях против войск короля Бирмы Тибо. После взятия города Мандалай, столицы Бирмы, этот солдат попал в отряд, который охранял королевский дворец…

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9. 49 (124) 97|17Год: 2012Язык книги: РусскийСтраниц: 18

Книга закончена

В заброшенной лавке мясника обнаружено тело молодой женщины. Причина смерти неясна, следов борьбы или насилия нет, кроме зашитого надреза на теле, в котором что-то спрятано. То, что там скрыл убийца, повергает в шок даже опытных полицейских.

К расследованию привлекают специалиста по маньякам Роберта Харпера. На месте преступления он находит надпись, сделанную убийцей так, чтобы жертва видела ее: «Оно внутри тебя»…

Вскоре погибает еще одна девушка, внешне очень похожая на предыдущую жертву. На ее теле тоже есть зашитая рана, в которой оставлен «сюрприз». Детектив подозревает, что преступник удерживает силой еще нескольких женщин.

Однако убийца вовсе не хочет лишать их жизни. Он лишь исполняет их заветную мечту и дарит им именно такую любовь, о которой они всегда мечтали…

Этот роман основан на реальных событиях. Его автор, криминальный психолог, лично участвовал в расследовании более ста дел. Именно поэтому книга получилась столь увлекательной и реалистичной.

Автор создает напряженную атмосферу детектива, где каждая минута промедления может стоить жизни новой жертве…

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.49 (57) 54|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 54

Книга закончена

Очень давно я была обычной девушкой.  А сейчас, люди пытаются меня сломать, в то время как я пытаюсь их спасти, поборов в себе зло. Почему бы им всем не оставить меня в покое, чтобы я смогла все выдержать? Просто они не верят, что я смогу это сделать.  Никто не верит. Ни Рэн, ни мои родители, ни я сама.  Я чувствую, что не смогу. Может, мне умереть? Они заставляют меня делать выбор.  Но что бы я не выбрала, конец будет один. Это моя Судьба.   

 

Официальная группа:  https://vk.com/vfields

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9. 46 (74) 67|5Год: 2011Язык книги: РусскийСтраниц: 124

Книга рассказывает о Джейкобе, мальчике-подростке с синдромом Аспергера (аутизм). Он не в состоянии следить за ходом мысли других людей и не может нормально изъясняться. Как и большинство детей с этим заболеванием, Джейкоб сосредоточен лишь на одном каком-то занятии; в данном случае это — судебный анализ. Он всегда оказывается на месте преступлений (с помощью полицейского сканера, установленного в его комнате), где он рассказывает полицейским, что им следует сделать… и всегда оказывается прав. Каждую отдельную главу книги нам рассказывают главные действующие лица: Эмма, мать Джейкоба; Тео, брат Джейкоба и он сам. В их доме царили определенные правила: 1. Убирать за собой свой собственный беспорядок. 2. Говорить только правду. 3. Чистить зубы два раза в день. 4. Не опаздывать в школу. 5. Заботиться о своем брате, ведь он только один. Но затем однажды мертвым находят его учительницу, и полиция приходит к нему с допросом. И обвиняют Джейкоба в убийстве… Он просто спасал своего брата.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.4 (67) 59|4Год: 2011Язык книги: РусскийСтраниц: 45

30-е годы двадцатого века. Великая депрессия охватила Соединенные Штаты, но на юге кроме того по-прежнему сильны расовые предрассудки. Чернокожий пастор методистской церкви маленького города в штате Техас найден повешенным прямо в ее стенах. Полиция бездействует — шериф многим обязан местному богачу Эллису, сын которого Конрад держит в страхе всю округу и явно повинен в смерти священника. И тем не менее земное или небесное правосудие свершилось: день похорон брата Келвина стал последним в жизни самого Конрада. Вину за смерть белого убийцы взял на себя Дэвид Рейнуотер, сдержанный и немногословный человек, недавно поселившийся в местном пансионе. За те несколько недель, что Дэвид провел в городе, он успел стать поддержкой и опорой для всех бедняков в округе, и смог заставить Эллу Бартон, молодую, привлекательную вдову, вновь поверить в любовь.

Он не совершал преступления и все-таки готов ответить за него. Почему? И почему судьба дала им с Эллой Баррон всего несколько дней счастья?

Новый роман знаменитой Сандры Браун, мастера любовно-криминальной прозы, ответит на эти вопросы и подтвердит печальную и в то же время прекрасную истину: настоящая любовь стоит того, чтобы заплатить за нее любую цену.

Впервые на русском.

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.39 (315) 286|2

Язык книги: РусскийСтраниц: 130

Параллельные прямые не пересекаются. И не потому, что им так хочется, просто один из законов геометрии. Хорошо бы и людям, которым ни за что не стоит быть вместе, следовать их примеру. Но ведь и случаи бывают разные, и теорем на этот счет не выведено. ..

 И то, что начиналось, как веселое приключение, может обрасти такими подробностями и деталями, что поневоле начнешь ругать себя последними словами за желание помочь ближнему своему. Даже если эту помощь приходится оказывать почти против собственной воли. Но когда твой парень пропал, начнешь поддерживать в поисках хоть чёрта, лишь бы не слишком доставал и не наступал на ноги своими копытами.

 Итак, время пошло, а кто добежит до финишной ленточки, и будет ли в этом соревновании победитель, разберемся чуть позже.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.29 (62) 54|2

Язык книги: РусскийСтраниц: 28

Добро пожаловать в Великую Аксонскую Империю!

Здесь по улицам все еще раскатывают и кэбы, и омнибусы, но под славным городом Бромли уже шумит метро. Здесь в переулке можно встретить бродячую гадалку или графиню, а если не повезет — получить ножом в бок. Здесь проходит рубеж веков — и за эпохой лошадей наступает эпоха паровозов, а следом уже спешат, подгоняя прогресс нетерпеливыми гудками, первые электромобили.

Здесь леди Виржиния-Энн пригласит вас в свою кофейню «Старое гнездо» на чашечку превосходного кофе — если, конечно, вам повезет.

Детектив и мистика, старый век и новый, ужасные преступления и блеск высшего света — все это Кофейные Истории!

Заходите на чашечку кофе!

Леди Виржиния-Энн получает приглашение от старинной своей подруги. Немного эксцентричная герцогиня Абигейл Дагворт славится радушием, а попасть на прием в замок Дэлингридж считается большой честью даже у избалованных развлечениями аристократов, но на сей раз среди гостей оказываются не только доброжелатели…

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9. 21 (71) 68Год: 2015Язык книги: РусскийСтраниц: 80

Книга закончена

После повышения в юридической фирме Кэтлин Тёрнер учится основам работы следователя, что далеко не радует её бойфренда Блейна Кирка. Но когда мишенью преследователей становится не кто иной, как её наставник Кейд Деннон, процесс тренировок отходит на второй план. Бывший агент ФБР и наёмный ассасин, он был неприкасаемым до тех пор, пока у него не появилось слабое место, о котором узнали его враги — девушка его брата.

Тем не менее, Кэтлин, во что бы то ни стало, стремится стать следователем. К сожалению, новое дело оказывается для неё гораздо опаснее, чем кто-либо мог предположить. Зыбкая паутина событий очень скоро приводит девушку к переломной точке не только в её карьере, но и… в жизни, потому что кто-то из близкого окружения Блейна Кирка очень хочет разбить их отношения — и методы достижения этой цели могут оказаться для Кэтлин гораздо страшнее, чем просто смерть.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9. 16 (147) 103|19

Язык книги: РусскийСтраниц: 13

В Москве открывается клуб «Любовников Смерти» – сообщество, члены которого один за другим добровольно сводят счеты с жизнью. Участники клуба уверены, что земная жизнь – посланное им наказание. Но хотя мучение это временное, его нельзя прерывать самовольно, не увидев знак, поданный Смертью. Каждый из них с нетерпением ожидает этого знамения, а, встретив его, немедленно кончает с собой, оставив предсмертную стихотворную записку.

Провинциалка Маша Миронова, приехавшая в Москву к возлюбленному Пете, принимает его приглашение присоединиться к тайному сообществу. Вскоре члены клуба берут в свою компанию и Эраста Фандорина, который твердо намерен положить конец череде самоубийств.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.12 (104) 94|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 26

Добро пожаловать в Великую Аксонскую Империю!

Здесь по улицам все еще раскатывают и кэбы, и омнибусы, но под славным городом Бромли уже шумит метро. Здесь в переулке можно встретить бродячую гадалку или графиню, а если не повезет — получить ножом в бок. Здесь проходит рубеж веков — и за эпохой лошадей наступает эпоха паровозов, а следом уже спешат, подгоняя прогресс нетерпеливыми гудками, первые электромобили.

Здесь леди Виржиния-Энн пригласит вас в свою кофейню «Старое гнездо» на чашечку превосходного кофе — если, конечно, вам повезет.

Детектив и мистика, старый век и новый, ужасные преступления и блеск высшего света — все это Кофейные Истории!

Заходите на чашечку кофе!

У хозяйки кофейни, Виржинии-Энн, есть небольшие проблемы: сны о покойной бабушке, клиенты со своими тайнами, загадочные убийцы, которым почему-то не нравится Виржиния-Энн…

Кажется, проблемы у нашей Гинни не такие уж маленькие.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.11 (113) 94|9Год: 2011Язык книги: РусскийСтраниц: 82

Новый, напряженный и завораживающий роман писательницы Сэм Хайес, автора международных бестселлеров «Моя чужая дочь» и «В осколках тумана». История трех женщин, которых связала одна ужасающая тайна. Женщина стоит на мосту, над яростно бурлящей водой, от смерти ее отделяют лишь несколько десятков метров. Кто она? И в чем причина ее отчаяния? Нина Кеннеди — обычная женщина, любящая мать и жена, вот только от прочих женщин ее отличает страх. Восьмилетняя Эва день за днем просиживает на каменном подоконнике старинного особняка, в котором располагается детский приют. Эва ждет папу. Она ждет, что однажды он все-таки приедет и увезет из этого страшного места, где властвуют шепоты и тени… Здравомыслящая Фрэнки работает в престижной школе для девочек, где нет места никаким ужасам. Но Фрэнки боится.

Истории трех героинь причудливо переплетаются, заставляя читателя предполагать, что он сможет самостоятельно распутать головокружительную интригу, потянув за ниточку правильной версии. Однако неожиданная развязка поразит даже тех, кто обычно может вычислить преступника задолго до финала детектива. Сэм Хайес, как всегда, откроет тайну на самых последних страницах.

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.1 (373) 323|20Год: 2013Язык книги: РусскийСтраниц: 22

Книга закончена

Наше знакомство началось неправильно, потому что он неправильный. Я думал, что он младше меня, а он старше. Я думал, что он слабее меня, а он сильнее. Я думал — научу его жизни, а учителем оказался он. Я думал, что он всегда улыбается, но я был не прав. Пусть он прекратит улыбаться! И пусть он улыбается!

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.09 (290) 266|2Год: 2010Язык книги: РусскийСтраниц: 62

Книга закончена

Судьба бросает двух заклятых врагов …

Помощнице федерального прокурора Камерон Линд довелось заночевать по соседству именно с тем из всех гостиничных номеров, снимаемых прелюбодействующими чикагскими политиками, где жаркий и шумный секс закончился смертью. И из всех сотрудников ФБР штата Иллинойс именно специальный агент Джек Паллас назначен расследовать данное резонансное убийство. Тот самый Джек Паллас, который до сих пор винит Камерон за разгромный провал трехгодичной давности – и свою едва не загубленную карьеру.

 

В объятия друг друга …

Работать с Камерон Линд? Они что, издеваются? Вероятно, думает Джек, тут какой-то розыгрыш, вроде радушного приветствия после ссылки за пределы Чикаго. Но это вовсе не шутка: парочке придется зарыть топор войны и сосредоточиться на общем деле. Разумеется, если они смогут удержаться от бритвенно-острых взаимных насмешек и притушить обжигающее пламя сексуального напряжения.  

 

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru.

Перевод: lesya-lin

Редактура: codeburger

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.05 (114) 103|6Добавила: BestKatrina 13 ноября 2014, 21:08Год: 2014Язык книги: РусскийСтраниц: 18

Книга закончена

Каждое утро Кристин Лукас просыпается в незнакомой комнате, в постели с мужчиной, которого не узнает. Каждое утро этот мужчина терпеливо объясняет Кристин, что он ее муж, а она страдает амнезией с тех пор, как в молодости попала в аварию. По совету врача, занимающегося ее случаем, Кристин втайне от мужа начинает вести дневник, записывая туда все, что ей удается узнать и вспомнить в течение дня. Отчаянно пытаясь сложить из обрывков воспоминаний свое прошлое, Кристин задает все больше вопросов — себе и окружающим. Но каждое новое воскресшее воспоминание все больше пугает ее, ей все сложнее понять, что же на самом деле случилось с ней много лет назад, что именно стерло из памяти всю ее прежнюю жизнь?

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.05 (350) 302|12

Язык книги: РусскийСтраниц: 59

Книга закончена

Это история про то, что может получиться из ситуации когда один раб очень хочет, чтобы у него был хороший, правильный хозяин, а предполагаемому «счастливому обладателю» этот раб не нужен в принципе — он вообще против рабства как такового! — но отказаться от навязанного возможности нет. Вот и вертятся оба, пытаясь сообразить, что же делать? Вообще, ориентируйтесь на название, оно говорящее

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.03 (355) 319|4

Язык книги: РусскийСтраниц: 98

Книга закончена

Мы — поколение гаджиенутых. Не верите? Напрасно. Простой пример — можно полгода не видеться с друзьями в реале, но, стоит пару дней не появляться в соцсетях, как тут же объявят пропавшим без вести. Что уж говорить о ставшей внезапно недоступной сотовой связи…

 Инна совершила одну небольшую ошибку — забыла зарядить мобильник. Нет, конечно, потом она ещё и через темный лес поехала, но речь сейчас не об этом. Казалось бы, такая мелочь, но именно она может круто изменить жизнь. Например, поможет ввязаться в такие неприятности, о которых и подумать страшно. Узнать много нового о собственных друзьях и родственниках, даже встретить прекрасного принца. Вот только не всегда открытия бывают хорошими, а принцы — добрыми. ..

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9.01 (185) 180Год: 2014Язык книги: РусскийСтраниц: 85

Книга закончена

После смерти родителей Кэтлин Тернер покидает маленький городок и переезжает в Индианаполис в погоне за лучшей жизнью. Юная и одинокая, Кэтлин устраивается работать курьером во влиятельную юридическую фирму. Должность не самая престижная, но, по крайней мере, совмещая работу в офисе с вечерними подработками в баре, девушка в состоянии расплачиваться по своим счетам.

И неважно, что уже в первые недели работы Кэтлин успевает самым унизительным образом скомпрометировать себя перед совладельцем фирмы и местным плейбоем Блейном Кирком, после чего девушке приходится в буквальном смысле прятаться под столом, чтобы избегать дальнейших с ним встреч. К несчастью, когда убивают ее подругу и совершают покушение на ее собственную жизнь, Кэтлин не к кому обратиться, кроме Блейна.

Очень скоро девушке предстоит выяснить, что убийство подруги оказалось всего лишь звеном в паутине политических махинаций, нити которой вели непосредственно к той юридической фирме, где работала Кэтлин…

{«o»:null}

{«o»:null}

   9 (92) 72|4Год: 2008Язык книги: РусскийСтраниц: 59

1984 год. «Лето страха», как окрестили его журналисты. Три девочки-подростка случайно увидели в лесу, как неизвестный душил женщину. Тело ее найдено не было, а вскоре двое из подруг были убиты прямо в доме третьей свидетельницы преступления, Дарби. Ни полиция, ни ФБР не смогли поймать убийцу.

Спустя двадцать два года Дарби, ставшая криминалистом, снова сталкивается со случаями исчезновения женщин. И число их, возможно, уже превысило сотню…

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   9 (68) 64|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 79

Книга закончена

  Смерть никогда не прощает ошибок, поэтому каждый из них получит заслуженное наказание. За грехи, ошибки и неправильный выбор. И поэтому даже год спустя после ужасов, которые пришлось пережить юной Скайлер, кто-то все еще наблюдает за ней, преследует, запугивает, заставляет оборачиваться и нервным взглядом осматривать пространство позади себя. Заставляет сойти с ума, потому что это то, что она заслужила. И хуже всего в этой истории то, что Истина рядом и от нее не скрыться, как бы ни хотелось.   

официальная группа ВК:  https://vk.com/vfields

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.96 (212) 189|6Добавил: ephebus 22 апреля 2015, 8:27Год: 1992Язык книги: РусскийСтраниц: 25

Второй том серии «История любви» представлен романом популярной английской писательницы Дафны Дюморье (1907–1989) «Ребекка». Написанный в 1938 году роман имел шумный успех на Западе. У нас в стране он был впервые переведен лишь спустя 30 лет, но издавался небольшими тиражами и практически мало известен.

«Ребекка» — один из самых популярных романов современной английской писательницы Дафны Дюморье, чьи произведения пользуются успехом во всем мире.

Это история любви в жанре тонкого психологического детектива. Сюжет полон загадок и непредсказуемых поворотов. Герои романа любят, страдают, обманывают, заблуждаются и жестоко расплачиваются за свои ошибки.

События романа разворачиваются в прекрасной старинной усадьбе на берегу моря. Главная героиня — светская «львица», личность сильная и одаренная, но далеко не безгрешная — стала нарицательным именем в западной литературе. В роскошном благородном доме разворачивается страстная борьба — классическое противостояние — добро и зло, коварство и любовь, окутанные тайнами. Коллизии сюжета держат пик читательского интереса до последних страниц.

Книга удовлетворит взыскательным запросам и любителей романтической литературы, и почитателей детективного жанра.

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.96 (50) 35|8Год: 2001Язык книги: РусскийСтраниц: 104

Книга закончена

«Мустанг» Клэрис Старлинг с ревом съехал по въездной дорожке в гараж рядом со входом в БАТО на Массачусетс Авеню, штаб-квартира которого располагалась в доме, в целях экономии арендованном у преподобного Сон Мен Муна. Оперативная группа уже ждала, разместившись в трех машинах – помятом, неказистом микроавтобусе, который пойдет первым, на грязно-белых бортах которого были наклеены рекламные щиты с надписью «Крабы Мэрселла», и в двух черных автобусах спецчастей SWAT, которые пойдут следом. Все были готовы, моторы работали на холостом ходу, урча в похожем на пещеру гараже.

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.89 (238) 212|8

Язык книги: РусскийСтраниц: 35

Книга закончена

Винсент Пауль — детектив полиции в многомиллионном городе, где бурлит жизнь, каждая минута наполнена событиями, ритм заставляет с каждым шагом двигаться быстрее. Кому-то тяжело жить в такой бурной стихии, кому-то, но только не детективу Паулю. Он всей душой любит кипящий муравейник, потому что в чужих заботах всегда легко спрятать свои тайны…

{«o»:null}

{«o»:null}

   8. 86 (57) 33|12

Язык книги: РусскийСтраниц: 21

Интеллектуальное чтиво, сочетающее мастерски закрученный сюжет с возможностью многослойных интерпретаций.

Итак, все началось с картины мастера фламандской школы Питера ван Гюйса, которую главная героиня книги взялась реставрировать. Однако, картина таит в себе одну загадку, при попытке найти ответ на которую, загадки начинают возникать уже в реальности. Нарисованное и настоящее начинает сливаться, и в центре этого слияния находится шахматная партия, изображенная на полотне. Похоже, кто-то хочет доиграть ее всерьез, спустя пятьсот лет…

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.78 (113) 105|3Добавила: Хапсик 24 декабря 2013, 17:58Год: 2013Язык книги: РусскийСтраниц: 54

Книга закончена

«Новый триумф шведского детектива, покорившего весь мир!»

Stockholm Kuriren

 

«Кто лучше поймет психологию жестокого серийного убийцы, чем женщина, посвященная в тайны запретного мира БДСМ?»

Svenska magasin för kvinnor

 

«В этом эротическом детективе любовь рифмуется с болью, страсть с преступлением, а наслаждение со смертельным риском…»

Göteborgs Dagblad

 

«Захватывающе! Чувственно! Восхитительно! Любовный детектив высшей пробы!»

Gotlands Expressen

 

Начав на свой страх и риск расследование серии жестоких убийств, Линн Линдберг не представляла, как далеко заведет ее это дело. Проникнув в тайное БДСМ-сообщество, она не только нашла здесь любовь всей своей жизни, но и оказалась в кровавом лабиринте, откуда нет выхода, а каждое раскрытое убийство становится прелюдией к новому, еще более жуткому преступлению. Спасет ли любовь от смертельного ужаса? Поможет ли физическая боль забыть о духовной? Как вернуть вкус к жизни молодой женщине, потерявшей самое дорогое – своего ребенка?

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.77 (87) 83|2

Язык книги: РусскийСтраниц: 68

Книга закончена

Я хочу избавиться от воспоминаний, но кто-то знает о том, что я сделала.  Кое-что случилось со мной два года назад. Кое-что, о чем я не хочу думать. Что-то, что заставило мою жизнь после этого превратиться в ад. У меня есть догадки, но всей правды я не знаю. Зато знает кто-то другой. Кто-то, кто теперь названивает мне, и присылает записки.

Официальная группа ВК:   https://vk.com/vfields

   

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   8. 7 (74) 71|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 100

Книга закончена

После смертельного наезда, вследствие которого семнадцатилетняя Скайлер умерла на несколько минут, начинают происходить странные, пугающие вещи. Чтобы во всем разобраться, и восстановить воспоминания нужно найти ответы на вопросы, которые никогда не возникали в ее голове.  И в итоге она понимает, что правда не всегда должна быть раскрыта.  Прошлое, настоящее и будущее, — все это смешалось в яркий коктейль, с непредсказуемым вкусом, когда в ее жизни появляется Он. Читать ознакомительный фрагмент: https://www.wattpad.com/story/74261749

 

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.69 (95) 89|1

Язык книги: РусскийСтраниц: 58

Книга закончена

Джейми обожает двоюродного брата Нейта, неудивительно, что известие о его трагической гибели глубоко ее взволновало. Она во всем винит Диллона, который отсидел срок за избиение и пользуется в округе дурной репутацией.

Когда-то давно Нейт и Диллон были неразлучными друзьями…

Джейми без предупреждения наносит визит Диллону, но убеждается только в одном. Этот мужчина все так же опасен, как много лет назад и так же… притягателен. К тому же его унылый, стоящий на окраине дом оборачивается западней, хранящей мрачные и опасные секреты. Но Джейми вместо того, чтобы спасаться бегством, словно мотылек устремляется прямо в огонь….

Перевод: Anita, www.lady.webnice.ru

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.69 (105) 102Год: 2015Язык книги: РусскийСтраниц: 22

Книга закончена

Мы все в своей жизни встречаем кого-то, с кем пересекаются наши пути, основательно изменяя нас самих. Это могут быть личности, которые проносятся через нашу жизнь, оставив отпечаток в нашей душе. Они врезаются в наши мысли, в наши сердца и в решения, которые мы принимаем. Душа разбита или наоборот, появляется мечта, в зависимости, как посмотреть на это.

Моя личность — мистер Блэк.

Я не знала его настоящего имени, когда впервые встретилась с ним.

Я вообще ничего не знала о нем, но впечатление, которое он оставил после себя, было настолько мощным, как и имя, которым я называю его сегодня.

Он Блэк: беспощадный телохранитель и виртуозный соблазнитель.

Я Рэд: борец за справедливость и добровольный участник.

Вместе мы страсть. Цвета, столкнувшиеся в жизнях друг друга.

И когда наши секреты сливаются воедино при страстной встречи, может, стоит выйти из тени для того, чтобы просто рискнуть? 

Современный романтический триллер, предназначенный для читателей 18+

(в  книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)     

 

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.66 (90) 81|2Добавила: Arne Lati 5 ноября 2015, 5:39

Язык книги: РусскийСтраниц: 23

Книга закончена

Души людей, погрязшие в грехах и собственной алчности, перестали казаться привлекательными как для демонов, так и для ангелов. И что бы нечисть не сходила с ума от безделья, им было разрешено находиться на земле, но только в качестве госслужащих. По непонятной ошибке, в богом забытую школу, направляют сразу двух представителей враждующих рас. Смогут ли они сообща распутать клубок мистических исчезновений или же поубивают друг друга, тем более что ангел попался какой-то дефектный? 

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.62 (73) 71|1Год: 2015Язык книги: РусскийСтраниц: 73

Книга закончена

Говорят, что когда мстишь кому-то, теряешь часть своей невинности.

Но я далеко не невинна.

И уже давно.

Мою невинность украли. Ее забрала жизнь, которая, как предполагалось, у меня была. Душа, с которой я родилась. Рубиновое сердце, погруженное в жизнь, полную надежд и мечтаний.

Ушла.

Исчезла.

У меня даже не было выбора.

Я оплакиваю ту жизнь. Оплакиваю «а что было бы, если».

До сих пор.

Я готова вернуть то, что мне всегда предназначалось.

Но у каждого плана есть недостаток.

Иногда — это сердце.

ВНИМАНИЕ!!!

В книге присутствуют сцены НАСИЛИЯ, СЕКС и НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА!

+18

 

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.61 (102) 93|4Добавила: inna65037 13 марта 2015, 15:02

Язык книги: РусскийСтраниц: 40

Книга закончена

Доктор Платт отправляет последнее письмо в своей жизни, Питер Кендалл получает четвёртое письмо из Бюро воспроизводства населения, а Эйдан Стивенс сидит в наручниках на заднем сидении полицейской машины. Этих троих — бету, альфу и омегу — не связывает пока ничего, кроме того, что они живут в стране, где омег настолько мало, что государство взяло их использование под свой контроль.

Примечания автора:

Автор не разбирается в медицине, генетике, политике, геологии и географии. Зато автор читал «Рассказ служанки» Маргарет Этвуд. Красный цвет и многое другое — в её честь. SA-фактор (правда совершенно в иной ипостаси) вместе с фамилией Грант позаимствован из «Трёх слушаний по делу о наличии змей в крови человека» Дж. А. Гарднера.

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.59 (227) 213|2

Язык книги: РусскийСтраниц: 48

Книга закончена, но выложена только часть от целой книги

Ты мой наркотик. Ты в моей крови. Ты во мне. Разумом я ненавижу тебя, но сердце и тело бьются в ломке, когда ты не со мной. Ты все, что я презираю в этой жизни. Твои руки запятнаны кровью. У тебя нет сердца, нет души. Ты живешь по законам другого мира…Мира, где чужая жизнь ничего не значит. Я не знаю, чем ты привязал меня к себе. С тобой я испытала боль, унижения, познала все грани жестокости…Так почему же я не желаю тебе смерти, почему я стремлюсь к тебе, зная, что ты причинишь мне еще большую боль… Что это? Любовь? Разве бывает она такой? Моим чувствам нет названия. Ты просто мой наркотик. Очередная доза и минута счастье превращается в новую боль. Но я не могу уйти, я не могу остаться. Ты разрушаешь меня. Ты мой наркотик. И я зависима от тебя. Зависима…

{«o»:null}

{«o»:null}

   8.44 (57) 52|1Добавила: Arne Lati 22 октября 2015, 8:06

Язык книги: РусскийСтраниц: 82

Книга закончена

Ян — обычный пацан-беспризорник, с израненной душой и тяжким прошлым, волею судьбы оказался в непростом положении, от которого теперь зависит уже не только его жизнь. Судьба, словно насмехаясь, сплетает между собой троих, и теперь, чтобы каждый смог получить желаемое, им придется держаться вместе, что в принципе задача невыполнимая. Смогут ли они прийти к цели не поубивав друг друга на полпути, если каждый из них задумал свою игру?.. 

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   8 (215) 209|1Год: 2015Язык книги: РусскийСтраниц: 49

Книга закончена

Нас тринадцать девушек. Все мы находимся в плену и подчинении у нашего Мастера. Мастера, которого мы никогда не видели. Послушание — вот то единственное, что нам следовало знать во время нашего жалкого существования. Это та эмоция, которую нам разрешали чувствовать. Когда мы себя вели плохо, нас наказывали. Когда хорошо — нас вознаграждали. Наши шрамы становились все глубже. Но тем не менее, мы выжили, потому что мы должны были. Потому что это то, чему он нас учит. Мы — особенные, и это сильнее ощущается, когда мы вместе. Он держит нас по какой-то причине, но мы не понимаем, какова она. Мы никогда не видели его лица, но мы знаем, что нечто надломленное и непонятное скрывается под этой завесой тьмы. С каждым новым прикосновением, наказанием, мы лучше узнаем его. Но потом что-то изменилось. Он показал мне, кем является на самом деле. И теперь я хочу его. И я пойду против всего, что я знала, лишь бы быть с ним. Монстр. Мой монстр. Любить его — это грех, но я сама грешница. И я хочу узнать его целиком, каждую его частичку, и ни перед чем не остановлюсь. Даже если вся его сущность лежит где-то глубоко внутри. Я — тринадцатая. И это моя история.

 

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

{«o»:null}

   7.83 (105) 46|28

Язык книги: РусскийСтраниц: 135

День Гнева – чтиво не для слабонервных. Роман основан на реальных фактах и состоит из двух частей. Первая посвящена 14-летним. Она о жутких, запредельных событиях, случившихся в одной из санаторных школ конца 80-х. Во второй части показаны непростые судьбы главных героев в нынешнее время. Политика и бизнес, криминал и борьба с ним, служебные войны. Жесткая, подчас жестокая натура, реальная жизнь без всяких прикрас. Уж простите меня, любители релакса! Это не для вас…

Наверное я чудачка. Потому что до сих пор искренне верю, что писать книгу надо так, чтобы дрожь брала, эмоции хлестали через край. Чтоб смеяться и плакать, любить и ненавидеть… К сожалению, сейчас это неактуально. В почете книжки легкие, с релаксом.

Вообще, кто-то может обвинить меня в обилии тяжелых и порой просто страшных сцен. В том числе жестких сексуальных описаний. Что поделаешь! Писала о том, что было… 

Еще раз приношу извинения за обилие в романе тяжелых сцен, насилия, в том числе сексуального. Возможно, мне не следовало с такой «достоверностью» описывать события. Именно это отпугивает редакторов и издателей. Но вот лично я считаю, что «из песни слова не выкинешь». Не хочу заниматься литературной кастрацией. Так что заранее предупреждаю читателей: мало здесь никому не покажется. Это уж точно не «развлекаловка». Здесь все реально и всерьез. С уважением, Ольга Левицкая.

{«o»:null}

{«o»:null}

   7.64 (76) 74Год: 2015Язык книги: РусскийСтраниц: 19

Книга закончена

Проснувшись в темной, незнакомой комнате, я понятия не имею, чего мне ждать от этих теней. Мое воображение рисует мне демонов в худшем виде.

Но реальность гораздо хуже:

Ошейник без поводка. Тюрьма без стен. И жизнь лишена смысла.

Мне дали мерзкий контракт и попросили подписать. В нем изложены условия моего рабства. Всё, что я знаю о своем похитителе, так это две маленькие буквы в нижнем углу, обведенные чернилами:

J.S.

Вооруженная своими воспоминаниями, я должна сделать всё от меня зависящее, чтобы не попасть в ловушку его извращенных игр разума. Но в конце концов всё сводится к одному выбору:

Сопротивление и смерть.

Или подчиниться и отдать свою жизнь.

{«o»:null}

{«o»:null}

   7.3 (88) 85|2Год: 2015Язык книги: РусскийСтраниц: 76

Книга закончена

*Примечание автора: Это не типичная романтическая история. Некоторые готовы убить за любовь.*  

Он пришел убить меня. 

Я пользуюсь своим телом. Я же им и злоупотребляю. В дни, когда казалось, проще умереть, я продала свою душу дьяволу, а теперь пришло время заплатить. Когда у твоей головы дуло пистолета, у тебя не особо большой выбор – ты только слушаешь и подчиняешься. Но я так просто на колени не стану. Нет ничего сильнее, чем желание выжить. Как только он ступил на порог моей комнаты в мотеле, все внутри меня призывало спасаться. 

Вот только когда я посмотрела в его глаза, то увидела, как на меня смотрит отражение моего собственного сердца. История, запятнанная кровью. 

Я не знаю его имени, но знаю, что он хочет меня. Я спасусь, лишь пожертвовав своим благоразумием. И телом. И душой. Мне кажется, что шрам в форме икса – единственный способ отсюда выбраться. Он – мистер Икс. Человек, который пришел, чтобы заявить права на мою жизнь. Есть ли у меня шанс на спасение до того, как он потребует мое сердце? 

ВНИМАНИЕ!! Книга содержит шокирующие сцены, сцены с двойным подтекстом, сцены, которые заставляют затаить дыхание, нецензурную лексику, сцены, касающиеся наркотиков и алкоголя.

18+

 

{«o»:null}

{«o»:null}

{«g»:»g2″,»order»:»rating_avg_down»,»o»:100}

Эякуляция и поллюции — источник здоровья подростков

Сперма, сок, сперма, бюст, кончаю . Неважно, как вы это называете, если у вас есть пенис*, есть большая вероятность, что вы сможете эякулировать или кончить. Это совершенно нормально и чувствует себя прекрасно!

Люди с вагиной тоже могут эякулировать, но эта страница посвящена эякуляции пенисов.

Что такое эякуляция?
  • Когда вы эякулируете, мышцы выталкивают сперму (сперму) через уретру на кончике полового члена.
  • Обычно это происходит после прикосновения к пенису или его стимуляции, а также после сексуальных мыслей или снов.
  • Обычно вы испытываете оргазм во время эякуляции, но это происходит не всегда.

Что такое оргазм?
  • Оргазм является пиком сексуального удовольствия и обычно включает сокращение мышц половых органов, нижних мышц таза и заднего прохода.
  • Оргазмы могут быть очень интенсивными, и вам может показаться, что вы покоряете вершину холма на американских горках.
  • Оргазм также высвобождает эндорфины в вашем мозгу, которые заставляют вас чувствовать себя по-настоящему счастливыми, расслабленными и хорошими.
  • Для получения дополнительной информации о сексе посетите раздел «Секс» на этом веб-сайте.

Могу ли я испытать оргазм без эякуляции?
  • Да, вы можете испытать оргазм без эякуляции, хотя это не очень распространено.

Могу ли я эякулировать без оргазма?
  • Да, вы можете эякулировать (кончить) без оргазма.

Что такое сперма?
  • Сперма представляет собой беловатую (или желтоватую) липкую жидкость, содержащую сперму (клетки, которые могут оплодотворить яйцеклетку и забеременеть), а также другие жидкости.
  • Существует множество различных терминов для обозначения спермы, таких как сперма, сперма, сок, сливки, порция, спудж, пачка, мужское молоко, сперма и т. д.

Что такое преякулят?
  • Предэякулят — это жидкость, которая иногда выделяется из кончика полового члена при возбуждении.
  • Предэякулята может быть всего несколько капель жидкости.

Может ли преякулят вызвать беременность?
  • Преэякулят сам по себе не должен содержать сперматозоидов и поэтому сам по себе не может вызвать беременность.
  • В то время как тела обычно работают именно так, результаты некоторых исследований показывают, что у части людей неизбежно просачивается сперма в преякулят.
  • Более ранняя эякуляция (в результате секса, мастурбации и т. д.) может оставить сперму в уретре. Эта сперма может быть вымыта предэякулятом (тогда преякулят будет содержать сперму), и вместе они могут вызвать беременность.
  • Мочеиспускание может смыть остатки спермы из уретры. Если люди делают это перед сексом, то в уретре не должно быть сперматозоидов, которые должны быть вымыты преякулятом.
  • Даже в тех случаях, когда сперматозоиды попадают в предэякулят, риск беременности в результате этого остается низким.
  • Может ли кто-то забеременеть, также зависит от того, была ли у него овуляция или нет.

Может ли преякулят распространять инфекции, передающиеся половым путем (ИППП)?
  • Да! Дополнительную информацию о том, как защитить себя от ИППП, см. в разделе, посвященном ИППП.

Когда происходит эякуляция?
  • Эякуляция (или кончание) обычно происходит во время оргазма, но не всегда.
  • У вас может быть оргазм во время полового акта или когда вы спите и видите поллюции.

Когда у меня начнется эякуляция?
  • Все люди впервые эякулируют (кончают) в разном возрасте, обычно в возрасте от 12 до 14 лет.
  • Люди часто испытывают первую эякуляцию во время мастурбации или сна.

Что такое преждевременная эякуляция?
  • Когда вам трудно контролировать эякуляцию и эякулировать раньше, чем вам хочется.
  • Преждевременная эякуляция совершенно нормальна и может произойти в любом возрасте.

Могу ли я контролировать время и способ эякуляции?
  • Когда вы становитесь старше, люди часто лучше контролируют, как и когда они эякулируют.
  • Попробуйте попрактиковаться в методе запуска и остановки, когда мастурбируете.Когда вы возбуждены (возбуждены) и чувствуете желание эякулировать, прекратите мастурбировать и постарайтесь сдержать это. После того, как вы сдерживали его в течение нескольких минут, продолжайте мастурбировать и сдерживаться, пока не будете готовы кончить.
  • Для получения дополнительной информации о мастурбации см. нашу информационную страницу о мастурбации [ссылка].

Что такое поллюции?
  • Когда вы эякулируете (сперматозоиды) во время сна, это называется поллюциями.
  • Обычно они сопровождаются снами с сексуальным подтекстом.
  • Поллюции очень распространены, когда люди моложе, и обычно случаются реже, когда вы становитесь старше.
  • Поллюции не о чем беспокоиться. Кроме того, мечтать о сексуальных мечтах может быть весело и приятно!
  • Поллюции во сне о ком-то не обязательно означают, что он вас привлекает.

У меня все время поллюции! Это нормально?
  • Да! Совершенно нормально часто видеть поллюции!
  • Когда вы станете немного старше и ваши гормоны успокоятся, у вас, вероятно, будет меньше поллюций.

Если у вас есть вопросы по этой теме, не стесняйтесь обращаться к одному из наших наставников. [Ссылка]


*Мы знаем, что это не те слова, которые все используют для обозначения своего тела (например, трансгендеры), и поддерживаем вас, используя язык, который вам больше нравится.

Последнее редактирование: май 2020 г.

Подросток хочет кончить внутрь — бесплатное Мобильное Порно | XXX секс-видео и порнофильмы

Продолжительность: 8:17
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 8 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 14:58
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 12 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 11:45
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 10 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 13:57
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 10 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 3:48
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 6 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 15:39
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 6 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 4:27
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 10 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 8:12
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 12 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 5:52
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 6 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 7:23
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 12 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 36:46
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 6 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Продолжительность: 6:03
[Нажмите, чтобы посмотреть и скачать]

Время выполнения: 11 мин
[Нажмите для предварительного просмотра и загрузки]

Больной мусор.

com — Человечество в своих худших проявлениях
  • Большой черный папочка трахается как сучка

    Вот еще одно отличное видео с пеггингом от SickJunk. Большой […]

  • Неверная подруга вылизывает киску своей подруги

    Неверная подруга вылизывает киску своей подруги. А […]

  • Симпатичный подросток трахается, разговаривая по телефону со своей мамой

    Симпатичный подросток трахается, пока разговаривает по телефону с ней […]

  • Грудастая тинка любит фистинг

    Грудастая тинка любит фистинг.[…]

  • Папочка Форс Трахает Развратную Шлюху

    Папочка Форс Трахает Развратную Шлюху. […]

  • Сучки, делающие сексуальные селфи на работе

    Сучки, делающие сексуальные селфи на работе. […]

  • Милфа привлекает много внимания у глорихола

    Милфа привлекает много внимания у глорихола. […]

  • Mario Sex Video Game: Видео

    Mario Sex Video Game: Вот фантастическое видео […]

  • Транс кончает на хуй чувака, затем сосет его

    Транс кончает на хуй чувака, а затем сосет его. […]

  • Транс-вечеринка Coked Out, живите прямо сейчас!

    Привет, ребята, мы все любим транссексуалок, и теперь вы можете общаться […]

  • Бабушка делает снежную шалость, потом дедушка писает на нее

    Бабушка делает снежную шалость, а потом дедушка писает на нее. […]

  • Видео анального сквирта милфы

    Видео анального сквирта милфы: отличное видео милфы […]

  • подросток сосет свой собственный член глотает сперму
  • Чувак натирает воском яйца и мастурбирует

    Чувак натирает воском яйца и мастурбирует.[…]

  • Slut Blows Random Guys: Видео

    Slut Blows Random Guys: Если вам понравилось это видео, то […]

  • Для любителей спермы

    Для любителей спермы: Если вы похожи на меня, то […]

  • Фитнес-милфу трахнул дракон

    Фитнес-милфу трахнул дракон: […]

  • Чуваки и дайки трахают случайных шлюх в баре у глорихола

    Чуваки и дайки трахают случайных шлюх в баре у глорихола.

  • Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.